Фандом: Ориджиналы. Профессионалу всегда нужно выбрать сторону, на которой он будет работать.
Добавить в моё избранное
18 мин, 43 сек 10974
Максим, которого пригласили выступить на заседании студенческого научного кружка по криминалистике, объяснил:
— Лично моя заслуга в этом была незначительной. Мне несколько месяцев назад доложили, что появился новый, очень точный метод генетической экспертизы, и я вспомнил, что много лет назад мы нашли протез тазобедренного сустава убитого криминального авторитета Кантора, но его убийцу так и не поймали. Я заказал проведение такой экспертизы, и благодаря этому нам удалось обнаружить ДНК Зубова. Я восстановил всю цепочку событий и понял, что он никак не мог оставить эти следы, если не он извлек этот протез.
Студент, задавший вопрос, задумался.
— Но почему вы вообще решили сопоставить обнаруженную ДНК с ДНК Зубова?
— Я попросил эксперта сравнить ее не только с ДНК Зубова, но и с ДНК Полянского, а также с ДНК некоторых других лиц, которые могли быть причастны к исчезновению Кантора. Полянского я подозревал с самого начала, а вот Зубова стал подозревать, когда он меня ни с того, ни с сего попросил бросить это дело. Это было настолько не в его стиле, что я насторожился. К сожалению, тогда у меня не было возможности что-либо доказать.
— А как вы получили образцы их ДНК?
— Организовал спецоперацию на банкете, где они были, — улыбнулся Максим. — А после получения результатов экспертизы мне пришлось разыграть целый спектакль, чтобы вся группа Полянского и Зубова поверила, что я — взяточник. И она поверила.
Девушка, сидевшая на первой парте и до этого молчавшая, вдруг спросила:
— Вам не кажется, что Зубов был не так уж и неправ? Он ведь убивал одних преступников!
Максим от этого вопроса вздрогнул.
— Мне кажется, что, если вы так думаете, из вас выйдет хороший адвокат, — тихо сказал он.
— Лично моя заслуга в этом была незначительной. Мне несколько месяцев назад доложили, что появился новый, очень точный метод генетической экспертизы, и я вспомнил, что много лет назад мы нашли протез тазобедренного сустава убитого криминального авторитета Кантора, но его убийцу так и не поймали. Я заказал проведение такой экспертизы, и благодаря этому нам удалось обнаружить ДНК Зубова. Я восстановил всю цепочку событий и понял, что он никак не мог оставить эти следы, если не он извлек этот протез.
Студент, задавший вопрос, задумался.
— Но почему вы вообще решили сопоставить обнаруженную ДНК с ДНК Зубова?
— Я попросил эксперта сравнить ее не только с ДНК Зубова, но и с ДНК Полянского, а также с ДНК некоторых других лиц, которые могли быть причастны к исчезновению Кантора. Полянского я подозревал с самого начала, а вот Зубова стал подозревать, когда он меня ни с того, ни с сего попросил бросить это дело. Это было настолько не в его стиле, что я насторожился. К сожалению, тогда у меня не было возможности что-либо доказать.
— А как вы получили образцы их ДНК?
— Организовал спецоперацию на банкете, где они были, — улыбнулся Максим. — А после получения результатов экспертизы мне пришлось разыграть целый спектакль, чтобы вся группа Полянского и Зубова поверила, что я — взяточник. И она поверила.
Девушка, сидевшая на первой парте и до этого молчавшая, вдруг спросила:
— Вам не кажется, что Зубов был не так уж и неправ? Он ведь убивал одних преступников!
Максим от этого вопроса вздрогнул.
— Мне кажется, что, если вы так думаете, из вас выйдет хороший адвокат, — тихо сказал он.
Страница 6 из 6
