Свобода

Прежде чем Броди успел ответить, она исчезла в толпе, а потом хлопнула дверь — должно быть, Элетея вернулась на свой позорный «пост».

— Красивая, — одобрительно сказал стражник. — Я — Герион, — он протянул руку. Броди привык, что смертные знакомятся таким странным образом, но рука Гериона оказалась больше и теплее, чем он предполагал.

— Броди.

— Странное имя.

— Какое же не странное? — Броди понял, что сам улыбается. — Джосмаэль?

— Ты что, его выдумал? — Герион снова расхохотался.

Они заговорили об именах, о том, как много странного можно увидеть в Киркволле. Броди рассказал про рогатого человека, а Герион ответил, что таких привозят с севера после военных походов.

— «Кунари», так их называют.

— Почему?

— Кто их знает? Вечно бормочут: «Кун, кун».

Герион рассказал, что работает в страже больше пяти лет и скоро получит повышение. Будет больше денег, но и работы прибавится. Он охотно объяснял, как устроена работа городской стражи, нисколько не смущаясь тем, что говорит с эльфом. Броди почувствовал себя «своим», обычным горожанином, и это было приятно.

— Ты как тут очутился? — спросил, наконец, Герион.

— Меня продали в рабство, — ответил Броди и наткнулся на испуганный, недоверчивый взгляд. Пришлось рассказывать Гериону все по порядку. Про корабль, путешествие, площадь и странного человека в белых перчатках.

Герион слушал внимательно, но когда речь зашла про перчатки — стал смеяться.

— Все ушастые такие брехуны?

— Я не вру! — обиделся Броди, вино сделало его честным и вспыльчивым.

— Врешь, — уверенно ответил Герион.

— Зачем мне врать? Ты купил мне вина и слушаешь меня, как будто я человек! Я стал бы обманывать тебя? — Броди было плевать, что подумает Герион, он говорил то, что хотел сказать.

— Белые перчатки, — сказал Герион, — две женщины за его спиной, одна укутана в черное, другая — обнажена. Его ты видел на площади?

Броди кивнул.

— Это был Архитектор, — прошептал Герион. Он наклонился поближе к Броди. — Вчера он прибыл в город, чтобы лично осмотреть рабов, которых подготовили для него, чтобы выслать в Минратоус. Нам приказали держать улицы закрытыми все утро. Потом он покинул поместье и отправился посмотреть на здешний рынок. Флавий сказал, он забрал с собой несколько рабов прямо оттуда.

— Кто такой архитектор?

— Верховный жрец Уртемиэля, — Герион шептал едва слышно. — Как же тебе объяснить… Кто у вас говорит с Богами?

— Каждый из нас, — уверенно ответил Броди.

— Это понятно, — отмахнулся Герион, будто это было неважно. — Я говорю о другом. Я спрашиваю, кому у вас отвечают Боги? Жрецы? Есть у вас жрецы?

— Есть хранители знаний, — неохотно ответил Броди. Про такие вещи рассказывать случайному знакомому было страшно.

— Считай, это самый главный из хранителей знаний, — объяснил Герион, но это ничего не прояснило Броди.

— Он — маг?

— Конечно, он маг! — Герион крикнул слишком громко и зажал себе рот. — Конечно, он маг, — он повторил шепотом. — Разве может верховный жрец не быть магом?

— Я здесь всего два дня, — пожал плечами Броди.

— Заруби себе на носу, — Герион почти лежал на столе, и Броди не знал, как дальше отодвинуться от него — сзади была стена. — Заруби себе на носу, говорю тебе, если услышишь что-нибудь о магистрах, магах и даже каком-нибудь завалящем чародее, веди себя тихо-тихо. С таким вещами не шутят, парень! Если тебя и вправду освободил Архитектор, ты — самый счастливый человек Киркволла.

— Элвен, — поправил его Броди.

— Элвен, — согласился Герион. Броди понял, что разговор о жреце не понравился собеседнику, но ничего не мог исправить. Что было — то было.

— Как думаешь, где мне найти работу? — он решил сменить тему.

— Работу? — Герион снова рассмеялся, но теперь это был печальный смех. — Красавчик, оставайся тут. Заломи цену повыше и работай в свое удовольствие, от девиц отбоя не будет, а я расскажу про тебя знакомым ребятам. У матушки никого не обижают, я и сам, бывает, присматриваю на улице, чтоб не случилось чего. Сытно, тепло — чего еще надо?

Броди промолчал, глядя в пустую кружку.

— Не хочешь? — догадался Герион. — Верховный жрец останется в городе до завтрашнего вечера, и я тебе этого не говорил, ясно? В высокий город тебя пустят, если наденешь чистое и шепнешь страже, что я разрешил пройти. Доберешься до поместья, а там — делай, что сумеешь. Пой песни, танцуй, рассказывай байки. Он тебя приметил на площади, может подвернется удача — будешь возле него вроде зверушки.

— Зверушки? — с презрением переспросил Броди.

— Не смотри на меня так, красавчик, ты не в том положении, — Герион сел на место, шутливый тон исчез, теперь перед Броди сидел городской стражник, метящий на повышение.