Фандом: Гарри Поттер. Злые, несправедливые слова, брошенные в мальчишеской обиде… и она — чужая жена… Эта история совсем с другими героями… Но он будет ждать ее. Всегда.
Добавить в моё избранное
6 мин, 29 сек 7999
— У зайчика — боли, у ежика — боли, у лисички — боли, а у Энни — заживи, — рыжеволосая, пухленькая девушка с ямочками на щеках от улыбки и ясными глазами взмахивает палочкой. Ссадина на коленке зареванной первоклашки затягивается. Молли вытирает малявке нос, отряхивает мантию, — а теперь марш на занятия. Так что ты хотел сказать мне, Люциус?
Высокий, красивый юноша протягивает свой подруге руку, помогает подняться с корточек:
— Ничего особенного: ты пойдешь со мной на выпускной бал?
— Ох, Люциус, — Молли действительно смущена и расстроена, — ох, я не думала, что ты захочешь пойти со мной… да любая согласится! Но Артур Уизли… он уже пригласил меня… с ним же никто больше не пойдет… я ему пообещала… вот, — как извинение, выдыхает она.
— Ты не думала, что я приглашу тебя? Мы же… дружим с первого курса!
— Это другое, Люциус, как ты не понимаешь? — Молли чуть не плачет.
— Та-а-а-ак! — Беллатрисса Блэк любит эффектные появления и драматические паузы, — надо же: Люциуса, неотразимого и великолепного, отшила нищая гриффиндорская толстуха! С кем ты связался, Малфой!
На скулах юноши выступают красные пятна:
— Да кому нужна эта нищенка?!
Слезы мгновенно высыхают на глазах Молли, щеки вспыхивают:
— Вот значит, как вы думаете, мистер? Тогда эта нищенка пойдет на бал с нормальным парнем, а не с задавакой и воображалой, который себе цены не сложит!
Люциус понимает, что зашел слишком далеко, но ехидный и умный взгляд Беллатриссы не дает остановиться, будто подталкивает:
— Катись к своему Уизли! Хоть на бал, хоть куда! Можешь и замуж за этого голодранца выйти!
— У тебя не спросила! А вот и выйду!
К этому празднику в Министерстве Молли готовилась тщательно и радостно. Они с Артуром так редко куда-нибудь выбираются. А на вечеринке в День Всех Святых должно быть очень весело. А еще вовсе необязательно наряжаться по последней моде. Это даже — дурной тон, а вот ретро — именно то, что нужно. Можно переделать бабушкину мантию: бархат всегда достойно смотрится, и серебряная брошь — подарок Артура — просто замечательно к ней подойдет.
… Молли искренне веселилась. На вечеринке оказалось много знакомых: женатых друзей, замужних подруг — все много шутили, знакомили Молли с супругами, показывали фотографии своих карапузов (когда только успели… Молли восхищенно ахала, громко сообщала, что глаза у малыша — мамины, но сам — вылитый дед по отцовской линии, а тот был в свое время красавцем и ловеласом, и ее тетушка до сих пор о нем вздыхает и прячет под подушкой его портрет. С ней спорили и при этом благодарно улыбались…
Малфои стояли немного особняком. Люциус и Нарцисса были очень красивой парой. Даже красивее, чем на фотографиях в «Пророке». Об их браке — союзе двух древних, уважаемых семейств — много писали в прессе, а фотографии их свадьбы, перепечатанные из газет, украшали многочисленные пособия по организации брачных торжеств. Молли часто встречала упоминания о молодой чете Малфой на страницах светской хроники иллюстрированных журналов. Она хотела подойти и поздравить Люциуса, но он за весь вечер лишь один раз взглянул в ее сторону и отвернулся, и Молли передумала. Когда гости расходились, Люциус, проходя мимо, небрежно задел ее плечом и даже не извинился.
Вечером дома Молли была рассеяна, сразу легла спать, но долго не могла уснуть, прислушивалась к шуму дождя за окном.
— Ты чем-то расстроена, малышка?
— Все хорошо, Артур, просто устала. И ноги растерла. Я не умею ходить на каблуках, ты же знаешь.
Утром, накормив мужа завтраком и проводив на службу, Молли начинает уборку: долго и старательно скоблит стол на кухне, начищает кастрюли, перетирает с песком ложки и ножи, тщательно вытирает пыль в гостиной, решает вымыть фарфоровые фигурки с каминной полки. Время от времени она поглядывает на свою парадную мантию, которая до сих пор брошена на стуле, но из-за какого-то непонятного ей самой упрямства Молли не спешит убрать ее. Затем, будто что-то решив для себя, Молли запихивает в дальний угол шкафа туфли, достает плечики для одежды, несколько раз встряхивает мантию, прежде чем аккуратно повесить. Из кармана выпадает маленький бумажный прямоугольник. Молли с удивлением наклоняется за ним. Это визитная карточка. Молли не нужно смотреть на напечатанное имя — она узнает почерк.
«Приходи. На наше место. Буду ждать. Всегда».
Комкает в руках записку, резко швыряет ее в камин и смотрит, как бумага сворачивается черным лепестком, буквы на ней обесцвечиваются…
Да что он себе воображает?! — Что Молли прибежит к нему по первому зову! Она — замужняя женщина! И очень-очень счастлива с Артуром! Малфой может прождать ее до хоть Страшного Суда! Она не придет! И не подумает даже! И пусть сидит себе на «нашем месте», пока корни не пустит! Или нет! Она придет и все-все ему выскажет!
Высокий, красивый юноша протягивает свой подруге руку, помогает подняться с корточек:
— Ничего особенного: ты пойдешь со мной на выпускной бал?
— Ох, Люциус, — Молли действительно смущена и расстроена, — ох, я не думала, что ты захочешь пойти со мной… да любая согласится! Но Артур Уизли… он уже пригласил меня… с ним же никто больше не пойдет… я ему пообещала… вот, — как извинение, выдыхает она.
— Ты не думала, что я приглашу тебя? Мы же… дружим с первого курса!
— Это другое, Люциус, как ты не понимаешь? — Молли чуть не плачет.
— Та-а-а-ак! — Беллатрисса Блэк любит эффектные появления и драматические паузы, — надо же: Люциуса, неотразимого и великолепного, отшила нищая гриффиндорская толстуха! С кем ты связался, Малфой!
На скулах юноши выступают красные пятна:
— Да кому нужна эта нищенка?!
Слезы мгновенно высыхают на глазах Молли, щеки вспыхивают:
— Вот значит, как вы думаете, мистер? Тогда эта нищенка пойдет на бал с нормальным парнем, а не с задавакой и воображалой, который себе цены не сложит!
Люциус понимает, что зашел слишком далеко, но ехидный и умный взгляд Беллатриссы не дает остановиться, будто подталкивает:
— Катись к своему Уизли! Хоть на бал, хоть куда! Можешь и замуж за этого голодранца выйти!
— У тебя не спросила! А вот и выйду!
К этому празднику в Министерстве Молли готовилась тщательно и радостно. Они с Артуром так редко куда-нибудь выбираются. А на вечеринке в День Всех Святых должно быть очень весело. А еще вовсе необязательно наряжаться по последней моде. Это даже — дурной тон, а вот ретро — именно то, что нужно. Можно переделать бабушкину мантию: бархат всегда достойно смотрится, и серебряная брошь — подарок Артура — просто замечательно к ней подойдет.
… Молли искренне веселилась. На вечеринке оказалось много знакомых: женатых друзей, замужних подруг — все много шутили, знакомили Молли с супругами, показывали фотографии своих карапузов (когда только успели… Молли восхищенно ахала, громко сообщала, что глаза у малыша — мамины, но сам — вылитый дед по отцовской линии, а тот был в свое время красавцем и ловеласом, и ее тетушка до сих пор о нем вздыхает и прячет под подушкой его портрет. С ней спорили и при этом благодарно улыбались…
Малфои стояли немного особняком. Люциус и Нарцисса были очень красивой парой. Даже красивее, чем на фотографиях в «Пророке». Об их браке — союзе двух древних, уважаемых семейств — много писали в прессе, а фотографии их свадьбы, перепечатанные из газет, украшали многочисленные пособия по организации брачных торжеств. Молли часто встречала упоминания о молодой чете Малфой на страницах светской хроники иллюстрированных журналов. Она хотела подойти и поздравить Люциуса, но он за весь вечер лишь один раз взглянул в ее сторону и отвернулся, и Молли передумала. Когда гости расходились, Люциус, проходя мимо, небрежно задел ее плечом и даже не извинился.
Вечером дома Молли была рассеяна, сразу легла спать, но долго не могла уснуть, прислушивалась к шуму дождя за окном.
— Ты чем-то расстроена, малышка?
— Все хорошо, Артур, просто устала. И ноги растерла. Я не умею ходить на каблуках, ты же знаешь.
Утром, накормив мужа завтраком и проводив на службу, Молли начинает уборку: долго и старательно скоблит стол на кухне, начищает кастрюли, перетирает с песком ложки и ножи, тщательно вытирает пыль в гостиной, решает вымыть фарфоровые фигурки с каминной полки. Время от времени она поглядывает на свою парадную мантию, которая до сих пор брошена на стуле, но из-за какого-то непонятного ей самой упрямства Молли не спешит убрать ее. Затем, будто что-то решив для себя, Молли запихивает в дальний угол шкафа туфли, достает плечики для одежды, несколько раз встряхивает мантию, прежде чем аккуратно повесить. Из кармана выпадает маленький бумажный прямоугольник. Молли с удивлением наклоняется за ним. Это визитная карточка. Молли не нужно смотреть на напечатанное имя — она узнает почерк.
«Приходи. На наше место. Буду ждать. Всегда».
Комкает в руках записку, резко швыряет ее в камин и смотрит, как бумага сворачивается черным лепестком, буквы на ней обесцвечиваются…
Да что он себе воображает?! — Что Молли прибежит к нему по первому зову! Она — замужняя женщина! И очень-очень счастлива с Артуром! Малфой может прождать ее до хоть Страшного Суда! Она не придет! И не подумает даже! И пусть сидит себе на «нашем месте», пока корни не пустит! Или нет! Она придет и все-все ему выскажет!
Страница 1 из 2
