Фандом: Ориджиналы. Только ты подумаешь, что жизнь прекрасна, как её что-то да испортит… Закон подлости. А ещё и подруга в очередной раз замуж идти не хочет. И что делать в такой ситуации? Налаживать свою личную жизнь или подруги? А, может быть, взяться за всё сразу? Но, как говорится, за двумя зайцами погонишься, от обоих по морде получишь.
Добавить в моё избранное
182 мин, 3 сек 8755
От навалившегося облегчения хочется петь, прыгать, орать, хохотать, как безумному. — Нельзя так, понимаешь?! Нельзя! Ты должен был сказать мне всё. Довериться, а ты…
— А я испугался! Думаешь, легко адекватно реагировать на такие угрозы?! Ведь ты всё, что у меня есть, — тихо заканчивает своё пылкое возмущение брат.
Я прижимаю его к себе. Стискиваю так, что он выдыхает чуть болезненно, но не вырывается, сжимая меня в ответ в крепком объятии.
— Я же чуть умом не тронулся, Игорь…
— Я тоже. А что поделать, ты важнее моего ума, — с лёгкой улыбкой шепчет он мне в шею. — Кем бы ни был этот урод, который угрожал твоей безопасности, думаю, тут он нам не помеха, правда?
— Игорь…
— Тссс… помолчи. Мне кажется, я как наркоман во время ломки… мне срочно нужна доза тебя… пожалуйста.
Разве я могу ему отказать?
Он тянет меня за собой, и уже через секунду я прижимаю его к кровати, целуя так, будто это наш первый и одновременно последний поцелуй. Он стонет, выгибается навстречу, а у меня в голове мысль бьётся, что дверь закрыть надо, но не могу заставить себя оторваться от него. От такого отзывчивого, открытого… от такого моего. Наконец-то он тут… рядом со мной, где ему и положено быть.
— Кир, Кир, пожалуйста, скорее…
Он бесстыдно раздвигает ноги. И я не могу сопротивляться такому откровенному приглашению. Я хочу его. Так сильно, что перед глазами всё плывёт. И жарко, словно меня на огне медленном поджаривают. Мне кажется, что руки движутся на автомате, избавляя нас от ненужной одежды.
Я вхожу в него медленно, растягивая удовольствие для обоих. Мы ведь никуда не спешим, верно? Впереди целая ночь. Но, кажется, так думаю лишь я. Брат вздрагивает всем телом подо мной, вскрикивает и с силой подаётся назад, насаживаясь. Ощущение дежавю… так было уже давным-давно.
Я закусываю губу, стараясь не сорваться и банально не затрахать его до обморока. Но, кажется, моим потугам грош цена. Игорь так стонет и так откровенно отдаётся наслаждению, что все барьеры, если таковые были у меня, летят к чертям. Я вбиваю его в матрац, пальцами оставляя синяки на бёдрах. И двигаюсь в нём… боже… как мне этого не хватало. Его не хватало. Кажется, фраза про кислород не всегда верна. Бывает что-то важнее него…
— Киркиркир, — шепчет он, как заведённый, царапая мои плечи, и тянется губами к губам.
Целует сладко, нежно, грубо. Да, всё одновременно, так что остатки рассудка покидают меня с обещанием вернуться очень нескоро.
Игорь вскрикивает, дёргается, сжимая меня ногами, и выплёскивается себе на живот. Дрожит, хватая губами воздух. А я через мгновение срываюсь за ним, вжимаясь в него, словно хочу стать продолжением. Будто мечтаю врасти в него, что бы никогда не покидать.
— Прости меня, — его пальцы в моих волосах, голос охрип и прерывается.
— Мелкий, ты всё же такой придурок, — выдыхаю тихо, целуя его сосок.
Он вздрагивает, хрипло смеётся, прижимая меня за затылок:
— У нас это семейное, дорогой брат.
Я что-то утвердительно мычу, продолжая губами играть с комочком плоти. Игорь часто и рвано дышит, сжимая мои волосы и подрагивая.
— Прекращай, извращенец! — возмущённо шепчет он. — У меня нет сил, я хочу спать.
— Не спал толком?
— Как и ты, кретинище.
— Уж кто бы говорил! Кто в этом виноват?
— Я…
— Вот именно. Так что помалкивай, мелкий…
Я ложусь у него под боком, накрываю нас лёгким одеялом и устраиваюсь удобнее. Всё это время Игорь не сводит с меня глаз.
— Назови меня так ещё раз, а?
— Как?
— Как обычно. Не делай такие глаза, а! Я не прошу тебя убивать детей и насиловать женщин!
— Мелкий, — выдыхаю тихо, сдерживая совершенно счастливый смех.
— Чёрт… кто бы мог подумать! Я скучал по это дурацкой кличке!
— Я польщён, — бормочу, целуя его довольную улыбку. Такую же счастливую, как у меня.
Теперь я точно знаю, что мне самому не много для этого счастья надо. Только бы брат был рядом. И вот так улыбался. Теперь так оно и будет.
И хрен он теперь куда денется!
Аня.
Обед в компании Кира и Натальи прошёл более или менее спокойно. Правда, я постоянно ловила на себе насмешливые взгляды друга. Под конец этого миниатюрного ада я поклялась себе, что не успокоюсь, пока не сживу этого негодяя со свету. Однако, стоило только раз взглянуть на сидящего рядом Ваньку, как все мстительные порывы улетучились, словно дымок под порывом ветра. Я же должна быть благодарной… И да, я благодарна.
Прощание вышло скомканным. Я даже не поняла, куда мы так спешно собрались с ним. Вообще соображала плохо, если честно. Наташа пожелала нам всего хорошего и пригласила в гости завтра, Кир заговорщицки подмигнул, обнял и пожал Ване руку.
— А я испугался! Думаешь, легко адекватно реагировать на такие угрозы?! Ведь ты всё, что у меня есть, — тихо заканчивает своё пылкое возмущение брат.
Я прижимаю его к себе. Стискиваю так, что он выдыхает чуть болезненно, но не вырывается, сжимая меня в ответ в крепком объятии.
— Я же чуть умом не тронулся, Игорь…
— Я тоже. А что поделать, ты важнее моего ума, — с лёгкой улыбкой шепчет он мне в шею. — Кем бы ни был этот урод, который угрожал твоей безопасности, думаю, тут он нам не помеха, правда?
— Игорь…
— Тссс… помолчи. Мне кажется, я как наркоман во время ломки… мне срочно нужна доза тебя… пожалуйста.
Разве я могу ему отказать?
Он тянет меня за собой, и уже через секунду я прижимаю его к кровати, целуя так, будто это наш первый и одновременно последний поцелуй. Он стонет, выгибается навстречу, а у меня в голове мысль бьётся, что дверь закрыть надо, но не могу заставить себя оторваться от него. От такого отзывчивого, открытого… от такого моего. Наконец-то он тут… рядом со мной, где ему и положено быть.
— Кир, Кир, пожалуйста, скорее…
Он бесстыдно раздвигает ноги. И я не могу сопротивляться такому откровенному приглашению. Я хочу его. Так сильно, что перед глазами всё плывёт. И жарко, словно меня на огне медленном поджаривают. Мне кажется, что руки движутся на автомате, избавляя нас от ненужной одежды.
Я вхожу в него медленно, растягивая удовольствие для обоих. Мы ведь никуда не спешим, верно? Впереди целая ночь. Но, кажется, так думаю лишь я. Брат вздрагивает всем телом подо мной, вскрикивает и с силой подаётся назад, насаживаясь. Ощущение дежавю… так было уже давным-давно.
Я закусываю губу, стараясь не сорваться и банально не затрахать его до обморока. Но, кажется, моим потугам грош цена. Игорь так стонет и так откровенно отдаётся наслаждению, что все барьеры, если таковые были у меня, летят к чертям. Я вбиваю его в матрац, пальцами оставляя синяки на бёдрах. И двигаюсь в нём… боже… как мне этого не хватало. Его не хватало. Кажется, фраза про кислород не всегда верна. Бывает что-то важнее него…
— Киркиркир, — шепчет он, как заведённый, царапая мои плечи, и тянется губами к губам.
Целует сладко, нежно, грубо. Да, всё одновременно, так что остатки рассудка покидают меня с обещанием вернуться очень нескоро.
Игорь вскрикивает, дёргается, сжимая меня ногами, и выплёскивается себе на живот. Дрожит, хватая губами воздух. А я через мгновение срываюсь за ним, вжимаясь в него, словно хочу стать продолжением. Будто мечтаю врасти в него, что бы никогда не покидать.
— Прости меня, — его пальцы в моих волосах, голос охрип и прерывается.
— Мелкий, ты всё же такой придурок, — выдыхаю тихо, целуя его сосок.
Он вздрагивает, хрипло смеётся, прижимая меня за затылок:
— У нас это семейное, дорогой брат.
Я что-то утвердительно мычу, продолжая губами играть с комочком плоти. Игорь часто и рвано дышит, сжимая мои волосы и подрагивая.
— Прекращай, извращенец! — возмущённо шепчет он. — У меня нет сил, я хочу спать.
— Не спал толком?
— Как и ты, кретинище.
— Уж кто бы говорил! Кто в этом виноват?
— Я…
— Вот именно. Так что помалкивай, мелкий…
Я ложусь у него под боком, накрываю нас лёгким одеялом и устраиваюсь удобнее. Всё это время Игорь не сводит с меня глаз.
— Назови меня так ещё раз, а?
— Как?
— Как обычно. Не делай такие глаза, а! Я не прошу тебя убивать детей и насиловать женщин!
— Мелкий, — выдыхаю тихо, сдерживая совершенно счастливый смех.
— Чёрт… кто бы мог подумать! Я скучал по это дурацкой кличке!
— Я польщён, — бормочу, целуя его довольную улыбку. Такую же счастливую, как у меня.
Теперь я точно знаю, что мне самому не много для этого счастья надо. Только бы брат был рядом. И вот так улыбался. Теперь так оно и будет.
И хрен он теперь куда денется!
Аня.
Обед в компании Кира и Натальи прошёл более или менее спокойно. Правда, я постоянно ловила на себе насмешливые взгляды друга. Под конец этого миниатюрного ада я поклялась себе, что не успокоюсь, пока не сживу этого негодяя со свету. Однако, стоило только раз взглянуть на сидящего рядом Ваньку, как все мстительные порывы улетучились, словно дымок под порывом ветра. Я же должна быть благодарной… И да, я благодарна.
Прощание вышло скомканным. Я даже не поняла, куда мы так спешно собрались с ним. Вообще соображала плохо, если честно. Наташа пожелала нам всего хорошего и пригласила в гости завтра, Кир заговорщицки подмигнул, обнял и пожал Ване руку.
Страница 28 из 50
