Фандом: Тетрадь Смерти. К несчастью, Лайт родилась девочкой в тоталитарном мире, где у женщин нет шансов на нормальное образование и карьеру. Она рано лишилась отца и с тех пор была вынуждена носить чужую маску. Имя L в этом мире наводит ужас на обывателей. Будет ли их противостояние поединком гениев или всего лишь безрассудной игрой?
Добавить в моё избранное
165 мин, 17 сек 20228
Лайт не понравился странный тон детектива. На сердце стало тревожно. Намного хуже, чем от приставаний Мисы.
— Если Лайт не вернется в штаб-квартиру через десять минут, он будет немедленно арестован.
— Рю…
— В штаб-квартиру! Немедленно, Лайт! Остальные займутся задержанием мисс Амане…
Разговор оборвался, как и сердце Лайт.
Не желая признавать поражение, она направилась к роллс-ройсу, ожидавшему на улице. Кира не сдастся! Она очистит этот прогнивший мир, и даже L не сможет преградить ей путь.
Комментарии переводчика:
… Те, кто хорошо знаком с фэндомом, могут пропустить этот комментарий.
Почему Миса сначала называет Лайт Луной?
Имя «Лайт» пишется при помощи кандзи 月 (цуки, гацу, гэцу) — луна, месяц. Но зачастую в японских именах используется нестандартное чтение. Поэтому в Японии при знакомстве принято обмениваться визитками или объяснять написание имени.
В каноне Миса узнала информацию о Лайте позже, из интернета. Здесь, судя по всему, она уже где-то читала о нем раньше. Допустим, следила за выдающимися людьми страны с профессиональным интересом.
— Я не Кира!
Едва Лайт вошла в гостиничный номер, Рюдзаки тотчас сковал ее руки наручниками, что даже не удивило ее. Во время короткого совещания в штаб-квартире она подтвердила полицейским личность арестованной Мисы Амане. Потом Ватари отвез Лайт в их «Страну Чудес». Она держалась гордо, но вежливо. И мужественно. По крайней мере, до тех пор, пока L не решил показать темную сторону своей специальной подготовки.
Наручники сжимали запястья так сильно, что немели руки. Невзирая на сопротивление, Рюдзаки завязал ей глаза и крепко прижал к стене. Лайт чувствовала себя насекомым на булавке. Унизительно. Ублюдок допрашивал очень странным способом. В некоторых странах подобное обращение классифицировалось бы как мягкая пытка.
— Прекрати лгать, — в сотый раз повторил Рюдзаки, с силой вдавив ноющие плечи Лайт в стену. Он взялся за скованные запястья и начал тянуть, выкручивая руки. Неужели детектив готов ломать кости, чтобы выбить признание? В довершение всего, над ухом время от времени раздавались смешки и ехидные комментарии Рюука. С момента встречи с Мисой этот любитель подглядывать с замашками садиста постоянно был рядом.
— У меня почти нет сомнений в том, кто является Кирой. Осталось выяснить, как убивает Кира? Ответь мне!
— Это незаконно!
L с нажимом давил ногой на определенную точку сзади под коленом, болезненно выворачивая сустав.
— Прекрати! Что за черт! Я помог тебе поймать второго Киру. Я не… Я не убийца! Я не знаю, как убивает Кира! Пожалуйста!
Если бы только она знала его имя! Сорок секунд, и Лайт была бы свободна.
В отчаянии она думала о том, как близка была страна к революции. Шестеро ненавистных олигархов уже умерло, осталось только двое. На глаза навернулись слезы. Система была готова сломаться подобно треснувшей ручке. Лайт вспомнила, как чернила расплылись кровавым пятном на нетронутых белых страницах и как черной кровью блестели на ладони. Ей почти удалось стать богом. Она начала менять мир, поднесла спичку к пороховой бочке. Бах-бах. Лайт держала дымящийся пистолет. Только пули никто не найдет, это оружие не оставляет следов.
— Ты — Кира?
— НЕТ!
Из глаз посыпались искры — Рюдзаки ударил ее головой о стену.
Он резко вытолкнул Лайт на середину комнаты. Больное колено подломилось, и она рухнула на пол. Детектив дернул ее за волосы.
— Ты — Кира?
— Черт! Нет. Отпусти меня!
— Не вынуждай меня продолжать, Лайт. Сознайся. Я все равно узнаю правду так или иначе, когда Миса расколется.
— Ты забыл о правосудии!
Он ударил ногой по ребрам, у Лайт перехватило дыхание.
— Я — L. Я — правосудие!
— Почему?
— Лайт забывает, что я не только детектив, — Рюдзаки говорил монотонно, но голос звучал зловеще. — Интересно, Лайту понравилось целоваться с Мисой? Он думал, что сможет одурачить L, когда бесстыдно обнимался со вторым Кирой?
Наконец, немного отдышавшись, Лайт заговорила лихорадочно-быстро:
— Что? Откуда взялась эта линия допроса? Думаешь, мне было приятно целоваться с этой шлюхой? Да я сам был в шоке, придурок! И если я не сопротивлялся этой… женщине, то только потому… Потому, что не мог поверить, что она может… делать ТАКОЕ при всех. И я задавал ей вопросы, как ты мне поручил… между ее попытками приставать ко мне.
— Откуда Миса узнала имя Лайта?
— Каждый, кто умеет читать, знает мое имя. Я набрал высшие баллы на вступительном экзамене. Возможно, она ходила в ту же школу, что и я. Просто вспомнила мое лицо и имя. Я не спрашивал, откуда Миса меня знает, а просто подыгрывал ей.
— Лайт врет так красиво, — мрачный тон не предвещал ничего хорошего. Кто этот человек?
— Если Лайт не вернется в штаб-квартиру через десять минут, он будет немедленно арестован.
— Рю…
— В штаб-квартиру! Немедленно, Лайт! Остальные займутся задержанием мисс Амане…
Разговор оборвался, как и сердце Лайт.
Не желая признавать поражение, она направилась к роллс-ройсу, ожидавшему на улице. Кира не сдастся! Она очистит этот прогнивший мир, и даже L не сможет преградить ей путь.
Комментарии переводчика:
… Те, кто хорошо знаком с фэндомом, могут пропустить этот комментарий.
Почему Миса сначала называет Лайт Луной?
Имя «Лайт» пишется при помощи кандзи 月 (цуки, гацу, гэцу) — луна, месяц. Но зачастую в японских именах используется нестандартное чтение. Поэтому в Японии при знакомстве принято обмениваться визитками или объяснять написание имени.
В каноне Миса узнала информацию о Лайте позже, из интернета. Здесь, судя по всему, она уже где-то читала о нем раньше. Допустим, следила за выдающимися людьми страны с профессиональным интересом.
— Я не Кира!
Едва Лайт вошла в гостиничный номер, Рюдзаки тотчас сковал ее руки наручниками, что даже не удивило ее. Во время короткого совещания в штаб-квартире она подтвердила полицейским личность арестованной Мисы Амане. Потом Ватари отвез Лайт в их «Страну Чудес». Она держалась гордо, но вежливо. И мужественно. По крайней мере, до тех пор, пока L не решил показать темную сторону своей специальной подготовки.
Наручники сжимали запястья так сильно, что немели руки. Невзирая на сопротивление, Рюдзаки завязал ей глаза и крепко прижал к стене. Лайт чувствовала себя насекомым на булавке. Унизительно. Ублюдок допрашивал очень странным способом. В некоторых странах подобное обращение классифицировалось бы как мягкая пытка.
— Прекрати лгать, — в сотый раз повторил Рюдзаки, с силой вдавив ноющие плечи Лайт в стену. Он взялся за скованные запястья и начал тянуть, выкручивая руки. Неужели детектив готов ломать кости, чтобы выбить признание? В довершение всего, над ухом время от времени раздавались смешки и ехидные комментарии Рюука. С момента встречи с Мисой этот любитель подглядывать с замашками садиста постоянно был рядом.
— У меня почти нет сомнений в том, кто является Кирой. Осталось выяснить, как убивает Кира? Ответь мне!
— Это незаконно!
L с нажимом давил ногой на определенную точку сзади под коленом, болезненно выворачивая сустав.
— Прекрати! Что за черт! Я помог тебе поймать второго Киру. Я не… Я не убийца! Я не знаю, как убивает Кира! Пожалуйста!
Если бы только она знала его имя! Сорок секунд, и Лайт была бы свободна.
В отчаянии она думала о том, как близка была страна к революции. Шестеро ненавистных олигархов уже умерло, осталось только двое. На глаза навернулись слезы. Система была готова сломаться подобно треснувшей ручке. Лайт вспомнила, как чернила расплылись кровавым пятном на нетронутых белых страницах и как черной кровью блестели на ладони. Ей почти удалось стать богом. Она начала менять мир, поднесла спичку к пороховой бочке. Бах-бах. Лайт держала дымящийся пистолет. Только пули никто не найдет, это оружие не оставляет следов.
— Ты — Кира?
— НЕТ!
Из глаз посыпались искры — Рюдзаки ударил ее головой о стену.
Он резко вытолкнул Лайт на середину комнаты. Больное колено подломилось, и она рухнула на пол. Детектив дернул ее за волосы.
— Ты — Кира?
— Черт! Нет. Отпусти меня!
— Не вынуждай меня продолжать, Лайт. Сознайся. Я все равно узнаю правду так или иначе, когда Миса расколется.
— Ты забыл о правосудии!
Он ударил ногой по ребрам, у Лайт перехватило дыхание.
— Я — L. Я — правосудие!
— Почему?
— Лайт забывает, что я не только детектив, — Рюдзаки говорил монотонно, но голос звучал зловеще. — Интересно, Лайту понравилось целоваться с Мисой? Он думал, что сможет одурачить L, когда бесстыдно обнимался со вторым Кирой?
Наконец, немного отдышавшись, Лайт заговорила лихорадочно-быстро:
— Что? Откуда взялась эта линия допроса? Думаешь, мне было приятно целоваться с этой шлюхой? Да я сам был в шоке, придурок! И если я не сопротивлялся этой… женщине, то только потому… Потому, что не мог поверить, что она может… делать ТАКОЕ при всех. И я задавал ей вопросы, как ты мне поручил… между ее попытками приставать ко мне.
— Откуда Миса узнала имя Лайта?
— Каждый, кто умеет читать, знает мое имя. Я набрал высшие баллы на вступительном экзамене. Возможно, она ходила в ту же школу, что и я. Просто вспомнила мое лицо и имя. Я не спрашивал, откуда Миса меня знает, а просто подыгрывал ей.
— Лайт врет так красиво, — мрачный тон не предвещал ничего хорошего. Кто этот человек?
Страница 16 из 48
