Фандом: Тетрадь Смерти. К несчастью, Лайт родилась девочкой в тоталитарном мире, где у женщин нет шансов на нормальное образование и карьеру. Она рано лишилась отца и с тех пор была вынуждена носить чужую маску. Имя L в этом мире наводит ужас на обывателей. Будет ли их противостояние поединком гениев или всего лишь безрассудной игрой?
Добавить в моё избранное
165 мин, 17 сек 20286
Рюдзаки потянул молнию и тут же сунул руку. Лайт бросило в дрожь. Он возобновил более смелые игры, от которых отказался какое-то время назад. Лайт прикусила губу, сражаясь с бурей эмоций и голосами в своей голове. Они требовали немедленной реакции. Нельзя ему позволять! Кончики пальцев ласкали самое интимное место.
Лайт резко выдохнула, непроизвольно впившись ногтями в его грудь.
Черные глаза встретились с медово-карими.
Детектив убрал руку и склонил голову. Казалось, он смутился.
— Прости! Я забываюсь рядом с Лайтом.
Мысли вихрем завертелись в ее голове. Рюдзаки попытался аккуратно отстранить Лайт. Но она неожиданно приняла решение.
— ЛАЙТ!
Его равнодушные глаза вспыхнули, в них читалось удивление. Она усмехнулась. Впервые Лайт обрела контроль в этой игре. Она крепко сжала в руке свой приз. Извращенец каждый раз возбуждался от поцелуев. Лайт считала это чем-то вроде комплимента. Рюдзаки хотел ее, она была ему дорога. Он считал ее массовым убийцей, знал о ее обмане, терпел побои. И все равно мечтал сделать своей любовницей. Лайт почувствовала свою власть над ним. Приятную власть. Рюдзаки выглядел таким беспомощным в ее руках.
— Мне надоело ждать, когда ты решишься, наконец.
— Л-лайт хочет? Но он сказал… Ооо!
— Я просто беру с тебя пример, — протянула Лайт. — Прикасаюсь к тому, что мне не разрешали трогать. Но ты не выглядишь оскорбленным.
Рюдзаки хмыкнул и покачал головой:
— Лайт может делать со мной, что хочет.
— Ты такой странный, Рюдзаки.
Неожиданно она легла на постель, сердце часто забилось.
— Что Лайт хочет от меня?
Она шевельнулась:
— Мне нужно произнести вслух?
— Нет, — пробормотал Рюдзаки. — Но мне хотелось бы знать, почему?
— Ладно. Мне восемнадцать лет. У меня естественные желания. Ты рядом, и Кира может скоро убить нас. Может быть, я не хочу умереть девственницей… Да мало ли еще какая чушь.
Детектив усмехнулся:
— Лайт никогда не прекращает лгать, не так ли?
Лайт покраснела и отвернулась:
— Если ты хочешь оскорбить меня…
Он нежно взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, их губы встретились. Поцелуй был приятным.
— Раз Лайт хочет продолжить… Я хотел бы… чтобы он называл меня по имени.
— По имени?
Он смущенно кивнул:
— L. Зови меня L.
Лайт закатила глаза. Похоже, он привык к этому прозвищу больше, чем к остальным. Удивительно, но она всерьез собралась спать с парнем, у которого куча имен и одно из них — буква. Когда-то, среди обломков штаб-квартиры, он сказал, что буквы не бывают героями любовных романов. Лайт и L не персонажи мелодрамы, а всего лишь люди, попавшие в странную ситуацию. Она заботилась о нем, а он утверждал, что влюблен. Это казалось нереальным.
И вместе с тем было их реальностью. Реальной жизнью.
Одни влюбляется мгновенно, будто охваченные жарким пламенем — бурные романы, страстные тайные свидания. Другие встречаются и чинно гуляют в парке, и иногда тоже влюбляются. Огонь их любви спокоен и тих.
Лайт задрожала.
Она была не готова, но не привыкла отступать.
— Чего же ты ждешь, L?
Он прижал ее к себе и впился в губы страстным поцелуем. Лайт схватила его за волосы. Странно. Она считала себя холодной. Но теперь чувствовала, как огонь охватил ее, заставляя забыться в жарком пламени. Поцелуй длился долго. А затем L сделал то, чего Лайт совсем не ожидала. Он разомкнул наручники и швырнул цепь через всю комнату.
— А как же круглосуточное наблюдение?
— В ближайшее время Лайт будет рядом со мной.
L не дал ей ничего сказать в ответ. Неуклюже срывая одежду, он не отпускал ее ни на секунду. Лайт крепко прижалась к нему.
Она была права?
Она ошибалась?
— Лайт.
— L?
Он накрыл ладонями ее грудь.
— Я люблю тебя.
Лайт уже сама целовала его.
Она решила рискнуть.
Вечер застал двух любовников в постели. Рюдзаки был не в силах отпустить Лайт. Он держал в объятиях женщину, которую любил больше жизни. L знал — Лайт погубит его. Во сне она выглядела такой невинной. Легко было забыть, что однажды Лайт вернет страшную силу Киры и, скорее всего, обратит свое оружие против Рюдзаки. Он прожил короткую жизнь. Двадцать пять лет, посвященных карьере лучшего в мире детектива и решению невероятно сложных задач. Его мир был черно-белым. Пока не наступил рассвет.
В последние два месяца Лайт привнесла в его жизнь больше красок, чем он видел за все эти напрасно потраченные годы.
И под конец Кира окрасит все в красный цвет.
Но сейчас она мирно спала, уютно устроившись в его объятиях. Будто он был обычным мужчиной, а она — обычной женщиной. В их ласках не было злобы, грубости и страха.
Лайт резко выдохнула, непроизвольно впившись ногтями в его грудь.
Черные глаза встретились с медово-карими.
Детектив убрал руку и склонил голову. Казалось, он смутился.
— Прости! Я забываюсь рядом с Лайтом.
Мысли вихрем завертелись в ее голове. Рюдзаки попытался аккуратно отстранить Лайт. Но она неожиданно приняла решение.
— ЛАЙТ!
Его равнодушные глаза вспыхнули, в них читалось удивление. Она усмехнулась. Впервые Лайт обрела контроль в этой игре. Она крепко сжала в руке свой приз. Извращенец каждый раз возбуждался от поцелуев. Лайт считала это чем-то вроде комплимента. Рюдзаки хотел ее, она была ему дорога. Он считал ее массовым убийцей, знал о ее обмане, терпел побои. И все равно мечтал сделать своей любовницей. Лайт почувствовала свою власть над ним. Приятную власть. Рюдзаки выглядел таким беспомощным в ее руках.
— Мне надоело ждать, когда ты решишься, наконец.
— Л-лайт хочет? Но он сказал… Ооо!
— Я просто беру с тебя пример, — протянула Лайт. — Прикасаюсь к тому, что мне не разрешали трогать. Но ты не выглядишь оскорбленным.
Рюдзаки хмыкнул и покачал головой:
— Лайт может делать со мной, что хочет.
— Ты такой странный, Рюдзаки.
Неожиданно она легла на постель, сердце часто забилось.
— Что Лайт хочет от меня?
Она шевельнулась:
— Мне нужно произнести вслух?
— Нет, — пробормотал Рюдзаки. — Но мне хотелось бы знать, почему?
— Ладно. Мне восемнадцать лет. У меня естественные желания. Ты рядом, и Кира может скоро убить нас. Может быть, я не хочу умереть девственницей… Да мало ли еще какая чушь.
Детектив усмехнулся:
— Лайт никогда не прекращает лгать, не так ли?
Лайт покраснела и отвернулась:
— Если ты хочешь оскорбить меня…
Он нежно взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, их губы встретились. Поцелуй был приятным.
— Раз Лайт хочет продолжить… Я хотел бы… чтобы он называл меня по имени.
— По имени?
Он смущенно кивнул:
— L. Зови меня L.
Лайт закатила глаза. Похоже, он привык к этому прозвищу больше, чем к остальным. Удивительно, но она всерьез собралась спать с парнем, у которого куча имен и одно из них — буква. Когда-то, среди обломков штаб-квартиры, он сказал, что буквы не бывают героями любовных романов. Лайт и L не персонажи мелодрамы, а всего лишь люди, попавшие в странную ситуацию. Она заботилась о нем, а он утверждал, что влюблен. Это казалось нереальным.
И вместе с тем было их реальностью. Реальной жизнью.
Одни влюбляется мгновенно, будто охваченные жарким пламенем — бурные романы, страстные тайные свидания. Другие встречаются и чинно гуляют в парке, и иногда тоже влюбляются. Огонь их любви спокоен и тих.
Лайт задрожала.
Она была не готова, но не привыкла отступать.
— Чего же ты ждешь, L?
Он прижал ее к себе и впился в губы страстным поцелуем. Лайт схватила его за волосы. Странно. Она считала себя холодной. Но теперь чувствовала, как огонь охватил ее, заставляя забыться в жарком пламени. Поцелуй длился долго. А затем L сделал то, чего Лайт совсем не ожидала. Он разомкнул наручники и швырнул цепь через всю комнату.
— А как же круглосуточное наблюдение?
— В ближайшее время Лайт будет рядом со мной.
L не дал ей ничего сказать в ответ. Неуклюже срывая одежду, он не отпускал ее ни на секунду. Лайт крепко прижалась к нему.
Она была права?
Она ошибалась?
— Лайт.
— L?
Он накрыл ладонями ее грудь.
— Я люблю тебя.
Лайт уже сама целовала его.
Она решила рискнуть.
Вечер застал двух любовников в постели. Рюдзаки был не в силах отпустить Лайт. Он держал в объятиях женщину, которую любил больше жизни. L знал — Лайт погубит его. Во сне она выглядела такой невинной. Легко было забыть, что однажды Лайт вернет страшную силу Киры и, скорее всего, обратит свое оружие против Рюдзаки. Он прожил короткую жизнь. Двадцать пять лет, посвященных карьере лучшего в мире детектива и решению невероятно сложных задач. Его мир был черно-белым. Пока не наступил рассвет.
В последние два месяца Лайт привнесла в его жизнь больше красок, чем он видел за все эти напрасно потраченные годы.
И под конец Кира окрасит все в красный цвет.
Но сейчас она мирно спала, уютно устроившись в его объятиях. Будто он был обычным мужчиной, а она — обычной женщиной. В их ласках не было злобы, грубости и страха.
Страница 33 из 48
