Безрассудная игра

Я влюбился в Лайта. Неважно, что он может оказаться Кирой. Неважно, что он меня не любит. Думаю, Лайт должен знать, что я люблю его. Очень сильно.

— Не будь смешным!

— Даже величайшие из людей становятся глупцами из-за любви.

— Ложись спать.

— Утром я по-прежнему буду любить Лайта.

Прежде чем отпустить, Рюдзаки поцеловал ее в последний раз. В смятении Лайт долго не могла уснуть.

Рюук стоял на вершине небоскреба и зловеще скалился. О, просто восхитительно! Людишки затеяли войну! Запах смерти приятно щекотал ноздри. Он захихикал. Скоро придет время снова изменить игру. Пора разбудить милого Киру, чтобы он полюбовался на свой новый мир.

— Удивительно! Ты сделал все это за одну ночь?

Рюдзаки кивнул со скучающим выражением на лице, устремив безразличные глаза в потолок. Лайт лишь качнула головой, она давно привыкла к его манерам.

— У нас достаточно доказательств, чтобы вызвать на допрос по делу Киры этого… Миками Тэру, — сказала Лайт, закрыв лэптоп. — Мы можем сегодня же остановить убийства.

— Да, конечно.

— Что-то не так? Не похоже, что ты счастлив. Разве ты не хочешь поймать Киру и закрыть дело раз и навсегда?

Всемирно известный детектив продел палец в звено цепи. Он сидел на постели в своей излюбленной позе с прижатыми к груди коленями и шевелил босыми пальцами ног.

— Счастлив? Да, хорошо, что убийства прекратятся. Но боюсь, пройдет совсем немного времени и вернется первый Кира. И тогда я вряд ли проживу и пару дней, — он встретил смущенный взгляд Лайт. — Потому что сейчас я сижу рядом с настоящим Кирой. А этажом ниже находится его сообщник. Я мешаю Кире создать его совершенный мир, и он хочет моей смерти. Я прекрасно это знаю.

Лайт схватила подушку и запустила ей в голову Рюдзаки:

— Идиот! Я не Кира.

Детектив даже не попытался увернуться.

— Не сейчас. Но Лайт станет им снова. И у меня не хватит решимости сделать то, что я должен.

— Рюдзаки?

— Я с самого начала знал, что влюбился в своего врага, — его голос прозвучал резко. — То, что Лайт потерял память, равно как и Миса, лишь подтверждает мою правоту.

Рюдзаки сунул большой палец в рот.

— L и Кира по разные стороны баррикад. Но теперь мы оба настроены против Олигархии. Меня беспокоит, что я больше не уверен в своей правоте.

— Ты хочешь сказать, что собираешься объединиться с этим монстром Кирой? После всего, что он сделал? … Отвратительно.

Лайт ударила кулаком в подбородок, и L опрокинулся набок. Рюдзаки вскрикнул от боли, но не сопротивлялся, когда она схватила его за ворот рубашки и начала трясти как безвольную куклу. По щекам Лайт текли горячие слезы. Она чувствовала бессилие и злость, хотелось придушить глупого детектива. Но Лайт лишь оттолкнула его и, вскочив с кровати, отошла как можно дальше, насколько позволяла цепь.

— Я хочу поймать Киру и доказать свою невиновность, — немного помолчав, сказала Лайт. — Поэтому необходимо отдать Миками Тэру в руки правосудия.

— Да.

— И чего же ты ждешь?

— Думаю об опасности, — Рюдзаки сел. — У нас нет прежних возможностей. Мне придется заняться расследованием в одиночку. Обычно я стараюсь избегать подобных действий, когда речь идет о столь серьезных преступлениях. Но моей команды больше нет, а ты, милый Лайт, прикован ко мне цепью. Я не хочу рисковать твоей жизнью.

— Так освободи меня!

Рюдзаки не смотрел на Лайт. Он покрутил наручник.

— Я боюсь.

— Что?!

— Я могу умереть сегодня же.

— Хватит паниковать! Ты не умрешь.

Рюдзаки резко потянул на себя цепь, Лайт потеряла равновесие и упала в его объятия. Он прижал ее к себе и нежно поцеловал в шею. Щеки жарко вспыхнули. Руки извращенца поначалу не ощупывали ее. Он обнимал Лайт и страстно покрывал поцелуями лицо. Здравый смысл подсказывал оттолкнуть детектива и даже влепить ему пощечину, но Лайт замерла, благосклонно принимая ласки.

Она знала, чего он хочет.

Давно знала.

Еще с тех пор, когда Рюдзаки впервые дал волю рукам, пытаясь выяснить ее тайну.

Робкий внутренний голос напомнил Лайт, что тогда она хотела соблазнить его. В то время сама мысль казалась отвратительной. Все изменилось. И хотя Лайт была далека от тех волнующих чувств, о которых так любят шептаться девушки, далека от всепоглощающего желания, ей уже не претила мысль переспать с детективом. Конечно, она не проявляла особого энтузиазма, но у Рюдзаки его хватало на двоих.

— Стоило мне только накричать на тебя…

— О, Лайт делает это очень страстно.

— А ты возбуждаешься от наших стычек. Извращенец!

— Не я один, — ответил он, осторожно расстегивая ее брюки.

— Чего ты хочешь? — резко спросила Лайт, оставив попытки отстранить его руки.