Фандом: Тетрадь Смерти. К несчастью, Лайт родилась девочкой в тоталитарном мире, где у женщин нет шансов на нормальное образование и карьеру. Она рано лишилась отца и с тех пор была вынуждена носить чужую маску. Имя L в этом мире наводит ужас на обывателей. Будет ли их противостояние поединком гениев или всего лишь безрассудной игрой?
Добавить в моё избранное
165 мин, 17 сек 20298
Она чуть не задохнулась от неожиданности, услышав из динамика голос Уэди. Воровка жива? Лайт снова посмотрела на L. Он отшатнулся от нее и кивнул, будто белобрысая стерва дала мудрый совет.
— Кира должен умереть, — отчетливо сказал он. — Сегодня казнь Киры будет транслироваться по телевидению и радио на весь мир. Это стабилизирует обстановку в Олигархии, равно как и устранит национальную угрозу.
— Нет… Ты… Ты не сделаешь этого!
L привычно прикусил большой палец и посмотрел в потолок.
— Я подчиняюсь приказам, — он указал на мерцающий глазок камеры на стене. — Уэди, пора!
Глаза расширились от ужаса. Лайт пыталась освободиться, но кресло было привинчено к полу, оковы впились в запястья. Она попробовала лягнуть детектива, цепь на ногах громко загремела. Он оставил без внимания ее удар.
L обогнул кресло и встал позади Лайт. Она почувствовала на горле его холодные липкие пальцы. Что он собирается делать? Задушить? Сломать ей шею?
Хе-хе-хе.
Лайт вздрогнула, когда услышала отдаленный хохот шинигами. Зачем он явился? Просто чтобы подождать, пока не закончатся эти ужасные последние мгновения ее жизни? Чертов садист!
— Зря ты не захотела получить глаза, Лайт.
— НЕТ! Стой! Пожалуйста, не делай этого!
L силой заставил ее откинуть голову назад. Нет, все не может закончиться так! Лайт соблазнила детектива, чтобы предотвратить подобное. Почему он считает, что имеет право убить ее после того, что было?
Она зажмурилась, не в силах смотреть в лицо этого предателя.
Ее соперник победил.
— Лайт должен открыть глаза.
Зачем? Чтобы L мог наблюдать, как жизнь покидает ее?
Лайт упрямо продолжала жмуриться, пока он не потянул ее веки вверх. Зашипев от боли, она открыла глаза и свирепо посмотрела на своего врага. Он встретил ее взгляд.
L схватил Лайт за волосы и повернул ее голову в сторону телевизионного монитора в углу. Экран неожиданно снова включился. На нем появилось изображение, и сердце Лайт чуть не остановилось.
В точно такой же комнате сидела связанная Миса Амане, глаза закрывала черная повязка. Девушка умоляла о пощаде.
— Пожалуйста, отпустите меня! Я ничего не сделала! Я не Кира!
L наблюдал, как эмоции сменялись на лице Лайт, смертельная бледность разлилась по ее щекам. Он пытался прочитать ее мысли. Именно она заставила его проявить слабость. Знала ли Лайт об этом? Положительный герой давно бы казнил преступниц и положил конец злу. Но L уже понял, что он не положительный герой. Детектив вершил правосудие. Но любовь смешала все карты, и он больше не был беспристрастным.
Придумав эту хитрость, он руководствовался не логикой, а чувствами и надеждой. L не был азартным игроком, но сейчас уповал лишь на колесо Фортуны. Он перевел взгляд на безумно хохочущего Рюука. L знал правила Тетради Смерти: кто писал в ней имена — не попадет ни в рай, ни в ад. Его жизнь заберет шинигами, прежде владевший тетрадью. Черные крылья затрепетали на несуществующем ветру. Дурное предзнаменование?
Нет, если все пойдет по плану.
L посмотрел на монитор. Миса вырывалась и умоляла о пощаде. В любом случае, ей оставалось недолго жить. Когда он забирал мисс Амане из госпиталя, врачи выдали медицинское заключение. Человек не может выздороветь после таких травм. Быстрая смерть станет для Мисы спасением от долгих мучений.
Но Лайт не знала об этом.
Она многого не знала.
Перед камерой проскользнул белый силуэт. L нахмурился. Рэм, хранительница тетради Мисы. Детектив обязательно сожжет тетрадь, когда закончится весь этот кошмар. Стараясь успокоить девушку, шинигами погладила ее уродливой рукой. Миса перестала кричать и что-то тихо говорила Рэм, губы едва шевелились. Девушка отказывалась от тетради? В любом случае, это уже неважно.
— Ты… ты собираешься убить Мису вместо меня? — прошептала Лайт, привлекая внимание L.
— Нет, — он не лгал. — Я убью Киру.
— Киру…
L подошел к столу, где лежала тетрадь Лайт. Он почувствовал поток темной энергии. Чертова тетрадь будто лопалась от самодовольства. Она обрекала Лайт на гибель. Без Тетради Смерти и воспоминаний о ней девушка была… доброй. Да, гордой и самоуверенной, но невинной. L хотел снова видеть ее такой, спасти ее. Но только она могла все исправить.
Он взял двумя пальцами отвратительный предмет и подошел к Лайт. L сильно ссутулился, одна рука в заднем кармане, в другой Тетрадь Смерти. В глазах девушки вспыхнул огонь, напоминавший безумие. Несчастное искалеченное существо.
— Если Лайт откажется от Тетради Смерти, Кира умрет вместе с мисс Амане.
Лайт уставилась на него с недоверием:
— И это все твои требования? Так просто?
— Не совсем. Официально Лайт уже мертв. Если он откажется от Тетради Смерти, я отвезу его в безопасное место и помогу начать новую жизнь в другой стране.
— Кира должен умереть, — отчетливо сказал он. — Сегодня казнь Киры будет транслироваться по телевидению и радио на весь мир. Это стабилизирует обстановку в Олигархии, равно как и устранит национальную угрозу.
— Нет… Ты… Ты не сделаешь этого!
L привычно прикусил большой палец и посмотрел в потолок.
— Я подчиняюсь приказам, — он указал на мерцающий глазок камеры на стене. — Уэди, пора!
Глаза расширились от ужаса. Лайт пыталась освободиться, но кресло было привинчено к полу, оковы впились в запястья. Она попробовала лягнуть детектива, цепь на ногах громко загремела. Он оставил без внимания ее удар.
L обогнул кресло и встал позади Лайт. Она почувствовала на горле его холодные липкие пальцы. Что он собирается делать? Задушить? Сломать ей шею?
Хе-хе-хе.
Лайт вздрогнула, когда услышала отдаленный хохот шинигами. Зачем он явился? Просто чтобы подождать, пока не закончатся эти ужасные последние мгновения ее жизни? Чертов садист!
— Зря ты не захотела получить глаза, Лайт.
— НЕТ! Стой! Пожалуйста, не делай этого!
L силой заставил ее откинуть голову назад. Нет, все не может закончиться так! Лайт соблазнила детектива, чтобы предотвратить подобное. Почему он считает, что имеет право убить ее после того, что было?
Она зажмурилась, не в силах смотреть в лицо этого предателя.
Ее соперник победил.
— Лайт должен открыть глаза.
Зачем? Чтобы L мог наблюдать, как жизнь покидает ее?
Лайт упрямо продолжала жмуриться, пока он не потянул ее веки вверх. Зашипев от боли, она открыла глаза и свирепо посмотрела на своего врага. Он встретил ее взгляд.
L схватил Лайт за волосы и повернул ее голову в сторону телевизионного монитора в углу. Экран неожиданно снова включился. На нем появилось изображение, и сердце Лайт чуть не остановилось.
В точно такой же комнате сидела связанная Миса Амане, глаза закрывала черная повязка. Девушка умоляла о пощаде.
— Пожалуйста, отпустите меня! Я ничего не сделала! Я не Кира!
L наблюдал, как эмоции сменялись на лице Лайт, смертельная бледность разлилась по ее щекам. Он пытался прочитать ее мысли. Именно она заставила его проявить слабость. Знала ли Лайт об этом? Положительный герой давно бы казнил преступниц и положил конец злу. Но L уже понял, что он не положительный герой. Детектив вершил правосудие. Но любовь смешала все карты, и он больше не был беспристрастным.
Придумав эту хитрость, он руководствовался не логикой, а чувствами и надеждой. L не был азартным игроком, но сейчас уповал лишь на колесо Фортуны. Он перевел взгляд на безумно хохочущего Рюука. L знал правила Тетради Смерти: кто писал в ней имена — не попадет ни в рай, ни в ад. Его жизнь заберет шинигами, прежде владевший тетрадью. Черные крылья затрепетали на несуществующем ветру. Дурное предзнаменование?
Нет, если все пойдет по плану.
L посмотрел на монитор. Миса вырывалась и умоляла о пощаде. В любом случае, ей оставалось недолго жить. Когда он забирал мисс Амане из госпиталя, врачи выдали медицинское заключение. Человек не может выздороветь после таких травм. Быстрая смерть станет для Мисы спасением от долгих мучений.
Но Лайт не знала об этом.
Она многого не знала.
Перед камерой проскользнул белый силуэт. L нахмурился. Рэм, хранительница тетради Мисы. Детектив обязательно сожжет тетрадь, когда закончится весь этот кошмар. Стараясь успокоить девушку, шинигами погладила ее уродливой рукой. Миса перестала кричать и что-то тихо говорила Рэм, губы едва шевелились. Девушка отказывалась от тетради? В любом случае, это уже неважно.
— Ты… ты собираешься убить Мису вместо меня? — прошептала Лайт, привлекая внимание L.
— Нет, — он не лгал. — Я убью Киру.
— Киру…
L подошел к столу, где лежала тетрадь Лайт. Он почувствовал поток темной энергии. Чертова тетрадь будто лопалась от самодовольства. Она обрекала Лайт на гибель. Без Тетради Смерти и воспоминаний о ней девушка была… доброй. Да, гордой и самоуверенной, но невинной. L хотел снова видеть ее такой, спасти ее. Но только она могла все исправить.
Он взял двумя пальцами отвратительный предмет и подошел к Лайт. L сильно ссутулился, одна рука в заднем кармане, в другой Тетрадь Смерти. В глазах девушки вспыхнул огонь, напоминавший безумие. Несчастное искалеченное существо.
— Если Лайт откажется от Тетради Смерти, Кира умрет вместе с мисс Амане.
Лайт уставилась на него с недоверием:
— И это все твои требования? Так просто?
— Не совсем. Официально Лайт уже мертв. Если он откажется от Тетради Смерти, я отвезу его в безопасное место и помогу начать новую жизнь в другой стране.
Страница 45 из 48
