Диссоциация

Для начала, то, что она — он. Подкрашенный, в ненормально узких джинсах, со смазливой рожей и этими треклятыми мелкими кудряшками… и вдруг «он»! Как говорится, нет слов — одни слюни, и те матерные.

— М… я, ну, — пробулькал — по-другому просто не скажешь.

— Понятно, — произносит на выдохе, почти неслышно. Опускает голову; волосы наполовину скрывают усыпанное веснушками лицо, так, что видно только обветренные губы и подбородок с ямочкой.

— Ты в порядке? — как ни странно, ответ меня действительно интересует.

Вскидывает взгляд. Улыбается так, что в груди щемить начинает.

— Нет…

Какое совпадение, я тоже.

— Тебя сестра ждет, — напомнил вдруг он. Я охнул и достал мобильник. Нормально вообще: у меня где-то здесь Вика, никакая в ноль, а я прохлаждаюсь в какой-то подсобке с некой голубой личностью. Ты, Макс, не просто Буратино, но сволочное гуманоидное бревно.

— Не звони, они и так сейчас придут, — он коснулся моей руки. Я сглотнул: по позвоночному столбу будто бы ток пропустили, без того зыбкая реальность стала сюрреальностью и запахла чем-то вроде паленой проводки.

Интересно, а можно ли диссоциировать в состоянии диссоциации? При условии, конечно, что я в этом самом состоянии. В логической алгебре число с двойным отрицанием равно тому же числу; опять же, аналогично минус на минус дает плюс… по такой логике мне следовало бы в этот самый миг излечиться чудесным образом.

— Ты-то откуда знаешь?

Наверное, я бы даже не удивился, если бы этот парень оказался хреновым оракулом-медиумом-телепатом, каких во всяких «Битвах экстрасенсов» показывают. Уж больно у него вид не от мира сего.

— Я сказал, что найду тебя. Тори нажралась в хлам, а минут десять назад ей плохо стало, так что ее подруга с ней.

После секундной заминки я сообразил, что Тори — это та же Вика, только… э… Тори. Так ее зовут друзья. Любят же эти неформалы всякие дурацкие клички. Раздражает оно меня, равно как и пирсинг, татуировки и прочие их эти… девиации. Впрочем, я и сам не слишком тянул на нормального человека. Ни то и ни се, вишу где-то посередине.

— М-м… а как ты меня нашел, стесняюсь спросить? — оторопь потихоньку проходила и ко мне возвращалась привычная холодно-саркастическая манера изъясняться.

— Ну, как тебе сказать, — очередная улыбка у парня вышла кривоватой. — Алина — ее ведь так зовут? — в общем, она велела, чтобы я между баром и мягкой зоной искал долговязого белобрысого задрота в очках.

— Типичная Лина, — услышав столь лестную характеристику, я только хмыкнул и пожал плечами.

— Кроме того…

— Что?

— Вы с Тори очень похожи.

— Да в каком месте? — интересуюсь почти раздраженно. Хотя, почему «почти»? Меня дико раздражает, когда чего-то не понимаю.

— Может быть, дело не во внешности? В изнанке?

— Ага, все прямо такие великие психологи.

— Не все… как не могут все быть в этом вашем культе «красивой обложки».

— А что, разве не так? — нервно хлопаю себя по карманам куртки. Хрен там, бросил же. — Неужто не слышал такое выражение «По одежке встречают»?

— Бросаешь курить?

Невпопад, но и не в бровь, а в глаз. Проняло меня, что и говорить. До чертиков проняло.

И снова телефон звонит. Это не реально, это какое-то дебильное кино; здесь будто бы в каждом кусте по роялю. Если я, конечно, правильно понимаю выражение «рояль в кустах». Говоря по чести, чем больше я учился на технической специальности, тем меньше интересовался «нормальной» литературой. И это вовсе не норма технарей в целом, а, пожалуй, конкретно моя проблема… вот только я ничего не делаю; хочу, видимо, одеревенеть до кондиции Буратино.

— Не хочешь взять трубку? — эти его лукавые, непонятного цвета глаза сверкали откровенной насмешкой. Сердито выдохнув, я все же ничего не ответил и, хм, ответил. На звонок, то есть.

— Лин, вы где?

— У белого друга, где ж еще, — сварливо отозвалась Лина. Принимая во внимание ее брезгливость, я сделал вывод, что Вике там ну очень плохо. — Отем тебя разыскал?

— Угу, — невнятно мычу в ответ. Отем. Могу предположить, что это от «autumn» — осень. По каким критериям они дают друг другу эти кретинские погоняла?

— Короче, дуй к главному входу, я это тело скоро туда же отконвоирую.

— Ладно. К главному, так к главному.

Отем молча дернул меня за рукав, призывая следовать за ним. Мы вышли через служебный выход; свет, идущий от лампочки над дверью, внезапно оказался куда ярче, чем в коридорах.

— Будешь? — с запозданием понимаю, что мы снова остановились, и гляжу не без удивления на протянутую мне пачку сигарет. Никогда и ни за что не подумал бы, что такой откровенно женоподобный мальчик может курить Lucky Strike… скорее, какие-нибудь «зубочистки» типа голубеньких LD, которые Вика смолит временами, не забывая старательно шифроваться от родителей.