Индивидуалист. Четвёртый курс

— Тёмный Лорд вернулся, — усмехнулся Урхарт в тишине, и спорить с ним никто не стал.

Розье некоторое время ждала вопросов или возражений, не дождалась и, вспомнив, что она староста, приказала младшекурсникам отправляться в кровати. Мы с Ноттом посчитали, что сон полезнее очередного витка обсуждений, и тоже отправились спать.

— Если он вправду вернулся, тебе придётся определяться со стороной, — посулил Теодор и с головой накрылся одеялом.

С утра выяснилось, что гости пребывают в панике — никто не удосужился навестить их ночью и объяснить, что происходит. Турнир из-за этого оказался под угрозой — делегации не желали оставаться в месте, которое трясёт, и в Хогвартс зачастили представители Министерства магии. Но на нашей учёбе это никак не сказалось.

Всё чаще в нашей в гостиной возникали стихийные собрания, на которых слизеринцы вполголоса обсуждали свой выбор. Я опасался, что мы с Джинни снова станем изгоями на факультете, но — ничего подобного, нас уже приняли и менять мнение не собирались. Правда, были в этом и неприятные стороны — вопросы.

Если события на Чемпионате мира по квиддичу лишь намекали на возможность возвращения Тёмного Лорда, в конце концов, метку мог запустить кто угодно, то второй за год ритуал, настолько масштабный, что сотряс Хогвартс, уже почти однозначно свидетельствовал, что он вернулся.

— Уизли, а вы что будете делать?

Я пожал плечами, Джинни фыркнула и отшутилась, но нам всем было предельно понятно, что решение принимать придётся.

— И всё же? Лучше решить сейчас, чем в критической ситуации растеряться.

Я смотрел на Боула и не знал, как объяснить, что любое решение будет не соответствовать тому выбору, что я хотел бы сделать. Потому что выбирать-то я и не хотел. Да и как я мог? Выступить против родителей и братьев, которые наверняка не станут отсиживать в безопасности, начнись настоящее противостояние? Я не смогу. Меня бесили близнецы, раньше я терпеть не мог Перси, обида на равнодушие Билла всё ещё была сильна, но… Я мог ругаться с ними, мог даже подраться, но — не больше. Про родителей и вовсе говорить не стоило: я больше не чувствовал себя частью их семьи, от сыновьей любви не осталось и ошмётков, и всё же была грань, которую я не мог перейти.

С другой стороны были друзья, которые приняли меня настоящего, и не потому, что так было нужно или правильно, а просто потому, что захотели со мной дружить. Грегори, выручивший меня, когда я оказался никому из родных не нужен, Теодор, который вполне возможно станет моим родственником. Как я мог сражаться против них или их отцов, что были добры ко мне, несмотря на то, что моя фамилия Уизли? Да тот же Малфой! Мы даже не приятельствовали, и всё же я не хотел оказаться тем человеком, что направит против него палочку.

— Я не хочу выбирать, — просто ответил я, поняв, что моего ответа ждут. — И не стану, пока это возможно. Меня вполне устроит нейтралитет. И я приложу максимум усилий, чтобы сохранить его.

И начну я, пожалуй, с того, что выясню, насколько скоро может произойти возвращение Тёмного Лорда на политическую арену: проверю Патил на наполненность магического резерва.

Глава 7

Патил я, конечно, проверил, в очередной раз получив подтверждение, что моя безумная догадка верна: её резерв увеличился в размерах и снова оказался пуст. И снова она заметила сканирование и разозлилась.

Я не понимал, почему она ничего не предпринимает. Наполнить столь огромный резерв непросто, конечно, но года, а тем более двух, на это более чем достаточно, в конце концов, она не сквиб, чтобы довольствоваться только искусственным наполнением. Однако Патил продолжала увеличивать свои возможности, притворяясь студенткой четвёртого курса. Зачем? Вряд ли подобные ритуалы можно было проводить лишь в Хогвартсе, из болтовни в гостиной было очевидно, что подходящих мест существует немало. Хотя… Вычислить её в школе, среди множества учеников, было на порядок сложнее, чем отследить на пустынной территории вокруг места силы. Или — я не прав? Если уж я, ничем не выдающийся студент, сумел её вычислить, то почему же мудрые и могущественные маги оказались бессильны?

Вопрос, на который у меня по определению не могло быть ответа.

Я не мог поверить, что никто не искал мага, перепугавшего весь Хогвартс, однако и то, что поиски проводились настолько незаметно, что ни у кого не возникло никаких подозрений, было мало похоже на правду. Дамблдор не мог спустить на тормозах применение Тёмной магии на территории подконтрольной ему школы, а если вспомнить, что заклинание определения магической силы я нашёл в книге по чарам, стоявшей в свободном доступе в библиотеке, то напрашивался вопрос: почему этим заклинанием не воспользовались? Или — воспользовались?

Безответных вопросов становилось всё больше, и меня это не радовало. Для себя я решил пока ничего не предпринимать.