В Южных морях

Ин­тересно, что бы ты сказал, если бы знал, что твой внук назвал своих сыновей в честь тебя и твоего брата? Что бы ты сказал, прадед, уз­нав, что один твой правнук — шпион, а второй — контрабандист? Если верить тому, что о тебе рассказывали — так пожалуй, еще и порадо­вался бы… Ты извини, прадед, что никто из нас до сих пор до твоей могилы не добрался — я один знаю, где тебя похоронили, но я напишу родным, а то как-то нехорошо получается…

Постояв еще немного, Рок неторопливо зашагал прочь — и столкнулся с Датчем, пройдя от силы десяток шагов. Босс был странно печален и молчалив больше обыкновенного. Коротко взглянул на Рока, отвернулся от старой могилы, надел очки и двинулся прочь.

— Навещал родню? — негромко спросил Рок.

— Как и ты…

— Как и я… Знаешь, я всегда удивлялся — вроде все в нашей семье знают, что прадед мой погиб здесь — а вот где похоронен, даже и не пы­тались узнать. Я и то случайно знаю…

— Бывает и так, — пожал плечами Датч, — я ведь тоже много лет собирался к дяде на могилу придти, да все никак не получалось… Так ведь и до самого конца мог не собраться, а у меня-то родни нет. Тебе проще — у тебя хоть Реви есть… Да и семья в Японии…

— Да что с тобой, босс? Ты, случаем, не болен, а?

— Ничего, просто о вечном задумался… Я же все-таки уже не молод, пора уже, как говорится, и о душе подумать.

— А о патронах ты не думал? Не то, чтобы их начинало не хватать…

— По идее, это твоя работа.

— Моя, — согласился Рок, — и я ее сделал.

Из кармана появилась пачка накладных, которые Датч изучил самым внимательным образом.

— Удивительно, — наконец, сказал он, — как, впрочем, и всегда. Все абсолютно чисто.

— Тогда, думаю, мы можем отплывать.

— Как только вернемся на борт.

— Могу сказать одно, — объявила Реви, развалившись на палубе в купальнике, — вся эта Полинезия — одна сплошная чертова дыра.

— Строго говоря, это еще Меланезия, — поправил ее Рок, сидевший рядом, — но спорить я не буду. Дыра на дыре, хотя в войну тут было жар­ко… Кстати говоря, даже если мы ничего не найдем — стоит понырять на обратном пути. Почти наверняка поднимем что-нибудь ценное…

— Поднять-то не сложно, только знаешь, как Балалайка говорит? «Брось, а то уронишь». Вот как бы и у нас так не получилось с нашей до­бычей. Когда мы отплывали из Хониары, опять австралийский «Орион» поблизости шарахался.

— У австралийцев учения, сама знаешь.

— Угу. Только вот район учений малость не там, где эта бандура. Нет, я не возражаю, он и случайно мог залететь, только вот я в такие слу­чайности не очень-то верю.

Рок задумчиво взъерошил волосы.

— Мне тоже кажется, что дело нечисто, — признал он, — но втягивать в это дело армию… Возможно, кто-то из военных решил частным поряд­ком нами заняться, но тогда у него особого пространства для маневров и нет. К счастью…

— С другой стороны, — подключился к разговору выбравшийся на палубу Бенни, — нас он прекрасно видит и даже в радаре не нуждается. Спрятаться от него мы не можем, прогнать — тоже…

Рок осведомился:

— А зачем нам это делать? Помешать нам он точно так же не в состоянии, как и мы ему. Если только… Нет, помешать мы им, конечно, не сможем, а вот потрепать нервы — запросто. Пойдемте в рубку, я изложу Датчу, а вы послушаете.

Оглядев собравшихся, Рок принялся излагать свою идею:

— Если мы время от времени будем останавливаться и делать вид, что ищем что-то на дне, мы можем порядком запутать этого разведчика. Да и всех остальных, если они есть — тоже. Судя по всему, они не знают, куда мы направляемся, а если мы начнем поиски прямо сейчас, это собьет их с толку. Более того, если они знают про золото, то, возможно, решат, что ищем мы не его.

— В последнем я сомневаюсь, но идея здравая, — прокомментировал Датч, — начать, я думаю, стоит попозже — ближе к какому-нибудь остро­ву.

— Тогда завтра, — предложила Роберта, — в виду Порт-Вила. Так, чтобы нас уж точно увидели.

— А также всякий раз, когда появляется этот дурацкий «Орион», — добавил Рок, — пойду, что ли, снаряжение приготовлю…

Вынырнув, Рок выплюнул загубник, поднял маску и доложил:

— Ничего интересного. Много современного мусора и акула. Мелкая, но наглая… Ладно, больше нам тут делать нечего.

— Тогда двинемся, как только ты будешь на борту.

— Уже, — Рок взобрался на палубу и принялся избавляться от акваланга, — сколько нам осталось?

— Минут десять, — отозвался Датч, разворачивая катер, — заправимся — и сразу можем двигаться дальше.

— Думаю, это будет лучше всего, — согласился Гарсиа, — я бы не хотел задерживаться.

— Мы, вообще-то, тоже, — ответил Рок.

Дозаправка заняла пятнадцать минут, и катер снова вышел в море.