Семь лет до победы

Противоядие сразу же начало действовать, и профессор даже не потерял сознание. Я сел на колени рядом с полулежащим профессором.

— Как ты, Поттер? Страшно было? — тихо спросил он. Я порадовался тому, что его связки не повреждены, но ответить так и не смог. Вместо этого я заплакал. А Северус обнял меня и прижал к своей заляпанной кровью груди. Мы сидели так совсем недолго, но это были лучшие минуты в моей жизни.

— Кто убьёт змею? — спросил он, немного погодя.

— Невилл, — охрипшим голосом ответил я. А потом пришло осознание. Он ведь не мог так спрашивать! Так, словно мне известен ответ! Я поднял голову. Профессор провёл пальцем по моей шее, и я ощутил холод металла. Цепочка! Хроноворот…

— Обычно становится видимой за час до окончания срока, — заметил он. И с интересом взглянул на меня. — Сколько, Поттер?

Я не знал, что ответить…

— Желательно, правду, — подсказал Северус, убирая чёлку с моих покрасневших глаз.

— Семь, профессор…

Он немного удивился, но ничего не произнёс, видно, что-то просчитывая в голове.

— Семь лет, — я спрятал голову в складках его мантии, подозревая, что это последний наш разговор. Навряд ли после такого Северус захочет меня видеть. Я почувствовал ладонь профессора, она медленно скользила по спутанным волосам, снова и снова; его вторая рука так и лежала на моём плече.

— Профессор, вы что, не сердитесь? — совершенно по-детски спросил я. Северус странно на меня взглянул.

— Сердиться на безрассудство гриффиндорца так же бессмысленно, как и на хитрость слизеринца, дотошность райвенкловца или приземлённость хаффлпаффца.

— Сэр… — я чуть не подавился воздухом, когда Северус постучал мне согнутым пальцем по лбу:

— Раз уж в твоей лохматой голове я Северус, уже Мерлин знает, сколько времени, не стоит лишний раз притворяться вежливым…

«Гарри!», взмолился я про себя, «Скажи, Гарри!»

— … Гарри, — с видимым удовольствием протянул он.