Фандом: Гарри Поттер. Драко вступил в полное анимагическое наследие, но весь ужас в том, что он не может вновь стать человеком. Гарри спешит на помощь, он всегда рад помочь… пока не узнает, кто же прячется в звериной шкуре. И все, что остается Драко — объясниться.
Добавить в моё избранное
79 мин, 57 сек 7340
В течение последних пяти лет умами родителей Драко и семейства Гринграсс владела идея об объединении их семей путем бракосочетания Драко и Астории — младшей сестры Дафны. Но такое развитие событий не стоит рассматривать ввиду явной утопичности. Грег женился на Милисенте, и молодая чета вместе с родителями переехали жить в Германию. Эдриан Пьюси перебрался в Америку сразу же после свадьбы со Сью Ли, и с тех пор про молодоженов никто ничего не слышал.
Итогом череды свадеб стало то, что и без того не впечатляющий круг друзей Драко стремительно истаял. Все свое время Малфой проводил за учебой на Мастера Зелий, следуя по стопам своего крестного Северуса Снейпа, или помогал отцу с инвестициями в традиционно успешные для Малфоев сферы деятельности.
Мысль о том, что Роза Уизли стала его первым настоящим другом за последние семь лет, отнюдь не грела душу. Печально, что новому другу всего-то три года от роду, а жизнь этому ребенку дали люди, которых Драко всячески третировал и задирал в школе. Да уж, судьба-злодейка оказалась изобретательна на глумливые забавы.
И не стоит сбрасывать со счетов Поттера. Который, по глубокому убеждению Малфоя, общался с ним столь доброжелательно исключительно потому, что не знал, кто на самом деле скрывается под шкурой Руи. В противном случае, немедленно бы отказался помогать в память об их далеко не безоблачном прошлом.
Когда четырнадцатого июня Поттер вошел в бывшую лабораторию зелий, намереваясь приступить к занятиям, Драко поприветствовал наставника, ткнувшись мордой в подушку меж вытянутых лап и отказываясь вставать с мягкого ложа. Немыслимую твердость он проявил и в отказе от лакомств, которыми Поттер пытался соблазнить подопечного в надежде привлечь внимание. Но неожиданно раздавшийся звук, больше всего похожий на рык большой кошки, вынудил Малфоя удивленно вскинуть голову.
Дыхание сбилось, будто весь воздух разом выкачали из легких. Перед Драко замерла огромная пантера с лоснящейся иссиня-черной шерстью. Пантера полыхнула самыми зелеными из когда-либо виденных Драко глазами — определенно, наследием Поттера-человека. Единственным, что нарушало аспидно-черное совершенство роскошного блестящего меха, оказалось белое пятно в форме молнии над правым глазом зверя. «Поттер — пантера», — билось в виски изумление. Будь зверь чуть крупнее, с более длинными усами — его можно было бы отнести к виду Нунду. Мерлин, как же он прекрасен!
Огромная пантера, издав низкий рык, казалось, исходящий из недр мощной грудной клетки, боднула Драко головой, сбивая с ног небольшого тигренка. Толчок рассердил белую кошку, заставив ощетиниться, пока инстинкты с опозданием не подсказали, что не рассчитавший силы черный зверь всего лишь призывает принять участие в игре. Оскалившись, тигренок бросился на пантеру. Под аккомпанемент притворно грозного рычания противники обменивались укусами и шуточными ударами, валяя друг друга по полу. Несмотря на то, что Драко не сразу находил силы вскочить на ноги и напасть на игривого черного противника, впервые за долгое время он чувствовал себя беззаботно и свободно.
Заигравшись, они потеряли счет времени, но сковывающая мышцы усталость напомнила о себе, заставив капитулировать и жалобным мявом намекнуть Поттеру, что его гость нуждается в отдыхе. Запыхавшийся, утомленный возней тигренок свернулся на облюбованных подушках, с удивлением обнаружив, что к нему присоединилась пантера, обвиваясь вокруг воспринимающимся до безумия правильным защитным объятием. Лизнув большой черный нос, Драко закрыл глаза, чувствуя себя в полной безопасности.
В течение последующих двух дней Поттер неоднократно превращался в пантеру, позволяя тигренку почувствовать себя более комфортно. По всему выходило, что Руи наслаждался совместными играми и проказами, однако почему-то отказываясь перекидываться в человека. Занимаясь подобной работой не первый год, Гарри пришел к пониманию, что необычный подопечный смирился с блоком, попросту создавая видимость старания и рвения в обреченных на провал попытках. Ранее Поттер обязательно огорчился бы подобным поворотом дела, но сейчас его подспудно грызла нерадостная мысль, что стоит детенышу тигра вновь стать человеком, кропотливая работа будет закончена, и их пути разойдутся.
Но понимание не означает смирения с неудачей, и потому Поттер не сумел избежать нелицеприятного срыва. Однажды, не сдержавшись, он накричал на Руи, обвинив в том, что застрявший в теле животного анимаг попусту тратит их время, не прилагает усилий, едва ли не саботируя работу. Тигренок встретил обвинения рыком, и прежде чем Гарри попытался исправить причиненный вред, с оглушительным хлопком исчез. Доселе Поттер ни разу не сталкивался с подобным, и сказать, что он удивился — мимоходом заметить, что в Сахаре немного жарковато в полдень. Рванувшись из лаборатории, Гарри криком попросил у Винки и Кричера помощи в поисках гостя, краем сознания фиксируя вызов по каминной сети из кухни.
Итогом череды свадеб стало то, что и без того не впечатляющий круг друзей Драко стремительно истаял. Все свое время Малфой проводил за учебой на Мастера Зелий, следуя по стопам своего крестного Северуса Снейпа, или помогал отцу с инвестициями в традиционно успешные для Малфоев сферы деятельности.
Мысль о том, что Роза Уизли стала его первым настоящим другом за последние семь лет, отнюдь не грела душу. Печально, что новому другу всего-то три года от роду, а жизнь этому ребенку дали люди, которых Драко всячески третировал и задирал в школе. Да уж, судьба-злодейка оказалась изобретательна на глумливые забавы.
И не стоит сбрасывать со счетов Поттера. Который, по глубокому убеждению Малфоя, общался с ним столь доброжелательно исключительно потому, что не знал, кто на самом деле скрывается под шкурой Руи. В противном случае, немедленно бы отказался помогать в память об их далеко не безоблачном прошлом.
Когда четырнадцатого июня Поттер вошел в бывшую лабораторию зелий, намереваясь приступить к занятиям, Драко поприветствовал наставника, ткнувшись мордой в подушку меж вытянутых лап и отказываясь вставать с мягкого ложа. Немыслимую твердость он проявил и в отказе от лакомств, которыми Поттер пытался соблазнить подопечного в надежде привлечь внимание. Но неожиданно раздавшийся звук, больше всего похожий на рык большой кошки, вынудил Малфоя удивленно вскинуть голову.
Дыхание сбилось, будто весь воздух разом выкачали из легких. Перед Драко замерла огромная пантера с лоснящейся иссиня-черной шерстью. Пантера полыхнула самыми зелеными из когда-либо виденных Драко глазами — определенно, наследием Поттера-человека. Единственным, что нарушало аспидно-черное совершенство роскошного блестящего меха, оказалось белое пятно в форме молнии над правым глазом зверя. «Поттер — пантера», — билось в виски изумление. Будь зверь чуть крупнее, с более длинными усами — его можно было бы отнести к виду Нунду. Мерлин, как же он прекрасен!
Огромная пантера, издав низкий рык, казалось, исходящий из недр мощной грудной клетки, боднула Драко головой, сбивая с ног небольшого тигренка. Толчок рассердил белую кошку, заставив ощетиниться, пока инстинкты с опозданием не подсказали, что не рассчитавший силы черный зверь всего лишь призывает принять участие в игре. Оскалившись, тигренок бросился на пантеру. Под аккомпанемент притворно грозного рычания противники обменивались укусами и шуточными ударами, валяя друг друга по полу. Несмотря на то, что Драко не сразу находил силы вскочить на ноги и напасть на игривого черного противника, впервые за долгое время он чувствовал себя беззаботно и свободно.
Заигравшись, они потеряли счет времени, но сковывающая мышцы усталость напомнила о себе, заставив капитулировать и жалобным мявом намекнуть Поттеру, что его гость нуждается в отдыхе. Запыхавшийся, утомленный возней тигренок свернулся на облюбованных подушках, с удивлением обнаружив, что к нему присоединилась пантера, обвиваясь вокруг воспринимающимся до безумия правильным защитным объятием. Лизнув большой черный нос, Драко закрыл глаза, чувствуя себя в полной безопасности.
В течение последующих двух дней Поттер неоднократно превращался в пантеру, позволяя тигренку почувствовать себя более комфортно. По всему выходило, что Руи наслаждался совместными играми и проказами, однако почему-то отказываясь перекидываться в человека. Занимаясь подобной работой не первый год, Гарри пришел к пониманию, что необычный подопечный смирился с блоком, попросту создавая видимость старания и рвения в обреченных на провал попытках. Ранее Поттер обязательно огорчился бы подобным поворотом дела, но сейчас его подспудно грызла нерадостная мысль, что стоит детенышу тигра вновь стать человеком, кропотливая работа будет закончена, и их пути разойдутся.
Но понимание не означает смирения с неудачей, и потому Поттер не сумел избежать нелицеприятного срыва. Однажды, не сдержавшись, он накричал на Руи, обвинив в том, что застрявший в теле животного анимаг попусту тратит их время, не прилагает усилий, едва ли не саботируя работу. Тигренок встретил обвинения рыком, и прежде чем Гарри попытался исправить причиненный вред, с оглушительным хлопком исчез. Доселе Поттер ни разу не сталкивался с подобным, и сказать, что он удивился — мимоходом заметить, что в Сахаре немного жарковато в полдень. Рванувшись из лаборатории, Гарри криком попросил у Винки и Кричера помощи в поисках гостя, краем сознания фиксируя вызов по каминной сети из кухни.
Страница 11 из 24
