Освободи меня

Поторопившись ответить, Поттер изрядно удивился, увидав во всполохах зеленого пламени лицо занятого разговором с Кричером Рона.

— Рон, привет, что случилось?

— Это я у тебя хотел поинтересоваться, дружище — ответил Рон. — Мы с Рози гуляли во дворе, когда внезапно появился Тигги. Заперев дочь в ее комнате, я оттеснил тигра в ту часть леса, где сосредоточены твои сдерживающие клетки. А теперь просвети меня: существует ли какая-нибудь внятная причина, по которой тигр-анимаг мог вновь очутиться во дворе моего дома?

— Как бы объяснить… мы с Руи повздорили из-за того, что он не полностью выкладывается в своих попытках стать человеком. Разозлившись на мои упреки, он зарычал, и, не дожидаясь извинений, попросту испарился, будь он проклят.

— Что? — переспросил Рон. — Я не знал, что анимаги способны на использование магии, пока находятся в животной форме.

— Вообще-то, нет, но Руи оказался довольно сильным магом. Например, я могу левитировать вещи, но я никогда не пытался аппарировать, будучи пантерой.

— Проклятье, Миона препарирует котенка, узнав, что произошло.

— Я сейчас приду забрать его. Дай мне пару минут на сборы, захвачу летучий порох — и сразу к тебе.

— Давай, партнер, до скорого, — попрощался Рон, исчезая в ореоле пламени.

— Мерлин, какого черта на тебя нашло, Руи?! — сыпал проклятиями Гарри, во второй раз направляясь в дом лучшего друга за упрямым тигром.

Однако вернуть беглого анимага домой оказалось нелегкой задачей. Роза была тверда в намерении не дать Гарри еще раз отнять у нее друга, да еще и раскричалась, услышав, как Поттер называет тигра «Руи». Рон с Гермионой поспешили увести девочку прочь от клетки. А после выдворения заплаканной защитницы Герою пришлось иметь дело с рычащим, разъяренным амурским тигренком, крайне недовольным возвращению в дом на площади Гриммо.

— Руи, я понимаю, что происходящее не приносит тебе радости. Но вернуть себе человеческий облик ты сможешь, только максимально приложив усилия.

Руи ответил на увещевания грозным рычанием и попыткой цапнуть Поттера сквозь прутья клетки.

— Отлично, можешь и дальше вести себя, как звереныш, — заметил Гарри, разворачиваясь и уходя. Ему необходимо было дистанцироваться от упрямого анимага. Похоже, ему самому придется выложиться на полную, возвращая естественный облик магу или ведьме. Сейчас Гарри требовалось просто посидеть и подумать, ибо он исчерпал весь имеющийся в распоряжении арсенал. Но стоило ему добраться до верха лестницы, мысленно распутывая подброшенный тигренком ребус, как трель звонка возвестила о появлении гостя на пороге дома. «Кто бы это мог быть?» — удивился Гарри, отправляя Кричера впустить визитера.

На крыльце обнаружились Нарцисса и Луциус Малфои.

— Добрый день, мистер Поттер, — тепло поприветствовала хозяина дома Нарцисса.

— Мистер и миссис Малфой, — с натянутой улыбкой вернул Гарри любезность. — Чем обязан вашему визиту?

— Мистер Поттер, может быть, вы соизволите пригласить нас в дом, прежде чем ваши соседи начнут с подозрением коситься в нашу сторону? — поинтересовался Люциус Малфой, на первый взгляд выдерживая тот же тон, что и супруга, но щедро сдобрив его ярко выраженной насмешкой. Гарри отступил, позволяя чете магов войти в дом.

— Кричер, подай чай в синюю гостиную, — предлагая гостям пройти в ближайшую комнату, мягко распорядился Поттер застывшему в ступоре старому домовому эльфу. Исполненные царственного достоинства высокие светловолосые гости, прошествовав мимо хозяина в открытую дверь, опустились на мягкие небесно-голубые кресла, дожидаясь, пока Поттер присоединится к ним.

— Не хочу показаться невоспитанным, — сухо произнес Гарри, обеспечив нежданных гостей чаем, — но могу ли я поинтересоваться, что вы позабыли на пороге моего дома?

— Хорошо, я буду краток по мере сил, — начал Люциус, перехватывая инициативу в беседе. — Наш сын, Драко, утром своего дня рождения вступил в полное анимагическое наследие. Но не все прошло гладко — возникла проблема с обратным превращением в человека. Моя супруга пыталась помочь, однако вздорный характер Драко одержал вверх над здравомыслием, и, проведя несколько часов в бесплодных попытках, он, в свойственной ему манере, сбежал.

— Согласен, ситуация неприятная, однако не вполне пониманию, какое отношение упомянутая проблема имеет ко мне? — невозмутимо полюбопытствовал Гарри. Он был склонен помочь Нарциссе, но по поводу равнодушия к постигшим Люциуса и Драко неприятностям Поттер не испытывал угрызений совести. По его глубокому убеждению, мужская часть семейства Малфой должна испытывать благодарность за то, что Гарри вступился за них на заседаниях суда. Конечно, после их освобождения из Азкабана чванливое семейство засыпало Поттера благодарственными письмами, но глядя сейчас на чету магов, Гарри не мог не задаваться вопросом: кто на самом деле был инициатором и автором всех этих писем.