Фандом: Ориджиналы. Когда приходит весна, можно позволить себе многое: отдых, отношения, любовь и даже сказку. Можно растянуть это время, можно наслаждаться им, можно быть счастливой, но это всего лишь миг. Февраль к концу месяца стал теплым и солнечным, а у меня случился неожиданный отпуск…
Добавить в моё избранное
17 мин, 21 сек 10858
— Орейри, еще одна такая выходка — и ты труп!
— Да, шеф. Хорошо, шеф. Люблю тебя, шеф.
А что еще ему ответить? Да и было бы из-за чего злиться. Выезд прошел без происшествий. Никто не ранен, контрабанда изъята, нарушители задержаны. А то, что стрижка у меня теперь асимметричная да обмундирование слегка потрепали, это пустяки. Артефакты подзарядить — и вперед. Странно, что заклятьем задели по касательной меня, а молнии швыряет во все стороны почему-то шеф.
— Пошла вон из кабинета! И чтобы до следующего понедельника я тебя здесь не видел!
А это уже верный признак, что шеф действительно пребывает в гневе. Он прожигает меня взглядом, рывком распахивает тонюсенький ноутбук и начинает что-то с бешенством печатать. Через две минуты я узнаю, что именно: приказ о моем временном отстранении от работы. И да, действительно до следующего понедельника.
Я удивленно смотрю на распечатку. Если учесть, что сегодня только среда, это неплохой неожиданный отпуск получается. Если, конечно, срочно на работу не вызовут. Всерьез надеяться, что мне дадут проспать все эти дни, увы, не стоит. В Си-граде никогда не бывает спокойно. Все же я живу в городе, где граница между мирами истончается так сильно, что можно пройти сквозь нее.
В среду бесполезно искать того сумасшедшего, кто составит мне компанию для похода в бар. Либо все такие грустные, потому что февраль, депрессия, авитаминоз, конец месяца, денег нет, секса нет, радости в жизни тоже нет… Или же все такие правильные: ложимся спать в девять вечера, ведь с утра на работу. Жуть.
«Хорошо тебе, — говорят они, — у тебя отпуск».
«Ага», — соглашаюсь я и про себя додумываю, что это мой первый отпуск за три с половиной года. С тех пор как мне поручили тренировать группу новичков, даже выходные приходилось отвоевывать. Где теперь те новички? Выросли, возмужали и стали полноценными коллегами. Так что отпуск мне давно нужен!
В бар я все-таки попадаю и даже не в один. В третье по счету заведение меня вносит с толпой народа. Оказалось, что зал зарезервирован, так что приходится пробираться к стойке. Здесь и спокойнее, и свободнее. Из народа — зажимающаяся парочка в углу, скучающий бармен, я и парень через два кресла от меня. Он-то и привлекает мое внимание.
Парень даже на первый взгляд забавный такой, нездешний. Профессиональное чутье таможенника делает на него стойку. Одергиваю себя, это последнее дело приставать к заграничнику с вопросом, есть ли у него виза, в первый день отпуска. Поскольку если этой визы у него нет, первый день моего отпуска станет последним. Так что я очень даже легко перевожу интерес в другую плоскость. Откровенно признаюсь, меня всегда привлекает все странное. Наверное, это судьба. Так что, отодвинув в сторону вопящее чувство самосохранения и мелькающие в голове страницы из должностной инструкции, я пересаживаюсь чуть ближе к объекту внимания.
Со второго взгляда убеждаюсь: заграничный мальчик, никаких больше сомнений. Это становится понятным, когда он поворачивает голову, почувствовав движение рядом. Почему мальчик? Просто с каких-то пор для меня все окружающие делятся на мальчиков и девочек, пока у них нет внуков, и на тетенек и дяденек, если выглядят особо потрепанными жизнью. Так вот, этот совсем мальчик.
Заграничных гостей всегда легко узнать по одежде. Вроде бы и шмотки не особо отличаются от наших: штаны, плащи… Но то ли крой такой, то ли материалы со специфическим блеском, поэтому одежда выглядит как нечто чужеродное. Этот красавец закутан в черный плащ с широкими рукавами и глубоким капюшоном, на ногах высокие сапоги и узкие штаны. Наверное, молодой совсем мальчик, оцениваю я, потому что их старшие предпочитают плащи длиннее середины бедра, а чаще всего и вовсе в пол.
Но дело даже не в одежде; экзотической стрижкой тоже уже никого не удивишь. Скорее я могу ошарашить обывателя своей косой до копчика, чем парень — высоким хвостом. Черты лица незнакомца резкие, слишком характерные для заграничников. Хотя мне до сих пор больше рыжие и веснушчатые пришельцы попадались; с курносыми носами, глазами насыщенного карего цвета и полными губами. Правда, потом оказалось, что рыжие приходятся друг другу родственниками, кто дальними, кто вообще сестрами-братьями. Главный маг заграничный, например, вообще радикально черной масти: и глаза, и волосы, и даже ногти. А этот скучающий в баре мальчик — серенький и не такой уж красавец. Волосы серые, глаза темно-серые, лицо бледное. Моль, да и только. Но вместе с тем его лицо все равно привлекает внимание: у него прямой нос, четко очерченные тонкие губы, черные ресницы и брови. Забавное сочетание. Непривычное, но манящее.
Заграничник держится как нервничающий турист, который не помнит толком, все ли документы забрал из номера или что-то нужное могло остаться, потеряться. И руки у него красивые, с широкой ладонью и длинными пальцами, с аккуратным маникюром.
— Да, шеф. Хорошо, шеф. Люблю тебя, шеф.
А что еще ему ответить? Да и было бы из-за чего злиться. Выезд прошел без происшествий. Никто не ранен, контрабанда изъята, нарушители задержаны. А то, что стрижка у меня теперь асимметричная да обмундирование слегка потрепали, это пустяки. Артефакты подзарядить — и вперед. Странно, что заклятьем задели по касательной меня, а молнии швыряет во все стороны почему-то шеф.
— Пошла вон из кабинета! И чтобы до следующего понедельника я тебя здесь не видел!
А это уже верный признак, что шеф действительно пребывает в гневе. Он прожигает меня взглядом, рывком распахивает тонюсенький ноутбук и начинает что-то с бешенством печатать. Через две минуты я узнаю, что именно: приказ о моем временном отстранении от работы. И да, действительно до следующего понедельника.
Я удивленно смотрю на распечатку. Если учесть, что сегодня только среда, это неплохой неожиданный отпуск получается. Если, конечно, срочно на работу не вызовут. Всерьез надеяться, что мне дадут проспать все эти дни, увы, не стоит. В Си-граде никогда не бывает спокойно. Все же я живу в городе, где граница между мирами истончается так сильно, что можно пройти сквозь нее.
В среду бесполезно искать того сумасшедшего, кто составит мне компанию для похода в бар. Либо все такие грустные, потому что февраль, депрессия, авитаминоз, конец месяца, денег нет, секса нет, радости в жизни тоже нет… Или же все такие правильные: ложимся спать в девять вечера, ведь с утра на работу. Жуть.
«Хорошо тебе, — говорят они, — у тебя отпуск».
«Ага», — соглашаюсь я и про себя додумываю, что это мой первый отпуск за три с половиной года. С тех пор как мне поручили тренировать группу новичков, даже выходные приходилось отвоевывать. Где теперь те новички? Выросли, возмужали и стали полноценными коллегами. Так что отпуск мне давно нужен!
В бар я все-таки попадаю и даже не в один. В третье по счету заведение меня вносит с толпой народа. Оказалось, что зал зарезервирован, так что приходится пробираться к стойке. Здесь и спокойнее, и свободнее. Из народа — зажимающаяся парочка в углу, скучающий бармен, я и парень через два кресла от меня. Он-то и привлекает мое внимание.
Парень даже на первый взгляд забавный такой, нездешний. Профессиональное чутье таможенника делает на него стойку. Одергиваю себя, это последнее дело приставать к заграничнику с вопросом, есть ли у него виза, в первый день отпуска. Поскольку если этой визы у него нет, первый день моего отпуска станет последним. Так что я очень даже легко перевожу интерес в другую плоскость. Откровенно признаюсь, меня всегда привлекает все странное. Наверное, это судьба. Так что, отодвинув в сторону вопящее чувство самосохранения и мелькающие в голове страницы из должностной инструкции, я пересаживаюсь чуть ближе к объекту внимания.
Со второго взгляда убеждаюсь: заграничный мальчик, никаких больше сомнений. Это становится понятным, когда он поворачивает голову, почувствовав движение рядом. Почему мальчик? Просто с каких-то пор для меня все окружающие делятся на мальчиков и девочек, пока у них нет внуков, и на тетенек и дяденек, если выглядят особо потрепанными жизнью. Так вот, этот совсем мальчик.
Заграничных гостей всегда легко узнать по одежде. Вроде бы и шмотки не особо отличаются от наших: штаны, плащи… Но то ли крой такой, то ли материалы со специфическим блеском, поэтому одежда выглядит как нечто чужеродное. Этот красавец закутан в черный плащ с широкими рукавами и глубоким капюшоном, на ногах высокие сапоги и узкие штаны. Наверное, молодой совсем мальчик, оцениваю я, потому что их старшие предпочитают плащи длиннее середины бедра, а чаще всего и вовсе в пол.
Но дело даже не в одежде; экзотической стрижкой тоже уже никого не удивишь. Скорее я могу ошарашить обывателя своей косой до копчика, чем парень — высоким хвостом. Черты лица незнакомца резкие, слишком характерные для заграничников. Хотя мне до сих пор больше рыжие и веснушчатые пришельцы попадались; с курносыми носами, глазами насыщенного карего цвета и полными губами. Правда, потом оказалось, что рыжие приходятся друг другу родственниками, кто дальними, кто вообще сестрами-братьями. Главный маг заграничный, например, вообще радикально черной масти: и глаза, и волосы, и даже ногти. А этот скучающий в баре мальчик — серенький и не такой уж красавец. Волосы серые, глаза темно-серые, лицо бледное. Моль, да и только. Но вместе с тем его лицо все равно привлекает внимание: у него прямой нос, четко очерченные тонкие губы, черные ресницы и брови. Забавное сочетание. Непривычное, но манящее.
Заграничник держится как нервничающий турист, который не помнит толком, все ли документы забрал из номера или что-то нужное могло остаться, потеряться. И руки у него красивые, с широкой ладонью и длинными пальцами, с аккуратным маникюром.
Страница 1 из 5
