Наугад

— Гван-Ло — великий, справедливый, мудрый…

— Ага, ага, — прервал Тонконюх. — Потом увидишь. Слушай внимательнее, Сокрушитель Скал, если хочешь спасти свой народ от тирана как можно скорее. Или лучше смотри. Вот перед тобой мои владения. Здесь каждый делает то, что умеет. Да, здесь есть королевская власть и есть вельможи, мы не рудокопы, которые свергли своих королей и живут без них. У нас есть слуги, ты моих видел. Но рабов у нас нет. Мы никого не порабощали ни силой, ни хитростью, ни магией, и никому из моих достославных предков это и в голову бы не пришло.

— Вот видишь, как мудр Гван-Ло? Он установил новые порядки: арзаки работают на нас, выполняя то, к чему у нашего народа душа не лежит. Они находятся под нашей защитой и контролем, всем хорошо.

— Нет! — вспыхнул король, теряя свою невозмутимость. — Наши предки сражались друг с другом, равные против равных, и союз заключили на равных, а что сделали вы? Подлостью, магией! Низость это, вот что! — переведя дух, он заговорил снова: — Моё королевство живёт счастливо во многом потому, что здесь действует принцип добровольности. То, что делается по своей воле, выходит лучше, чем то, что по принуждению. Эту мудрость я тоже почерпнул из опыта предков.

— Мы сильнее, вот поэтому и…

— Это не сила, — прервал Тонконюх. — Это трусость. Почему вы их так боялись? Завидовали? Тут два года назад появилась колдунья, которая хотела извести всех, кто не покорился бы её воле. Колдунью сразил добрый великан. И так было всегда, злых правителей свергает их собственный народ, и летописи не знают исключений.

— Но гипноз… — заикнулся генерал. Тонконюх посмотрел на него снисходительно:

— И много он вам тут помог? Всё ещё ищете арзаков по полям и лесам?

Замолчав, Баан-Ну потёр виски. От мыслей заболела голова.

— Так ты пытаешься нам сказать, что наш правитель — злой тиран, мы — слабаки и неудачники, не способные ни на что, кроме зависти, и поступили не мудро, а подло?

— Пришелец, в политике не бывает рыжего и черно-бурого, — сказал Тонконюх. — Всё гораздо сложнее. Множество мотивов, трактовок, интриг, личных интересов… Подумай сам, кому выгодно, чтобы арзаки были рабами?

— Менвитам, естественно! — ответил Баан-Ну. — Кому же ещё?

— А кому выгодно, чтобы менвиты считали свой позор триумфом?

— Ну знаешь! — взвился генерал. — Ты подталкиваешь меня в сторону государственной измены! Знаешь, что у нас делают с изменниками?

Тонконюх грациозно повернулся и выкусил из хвоста колючку, словно не обращая внимания на собеседника.

— Ты говорил, у тебя был слуга, — сказал он. — Который оказался вожаком у своих.

— Я его видеть не хочу, — буркнул Баан-Ну. — Я ему доверял, а он! И потом такого мне наговорил!

— Куснул тебя, когда ты отвернулся? Обидно, не спорю. Но в свете того, что я тебе сказал… Подумай сам, мог бы ты на его месте поступить иначе? Если бы рыжие попали в такую же зависимость от черно-бурых… — Тонконюх покачал головой. — Я сделал бы всё, чтобы освободить их. На то я и король. А власть, понимаешь ли, действует в обе стороны.

— Никто и никогда не пускал арзаков первыми в опасное место, чтобы посмотреть, что будет, — возразил генерал. — Никто и никогда не прятался за их спинами. Свои обязанности по отношению к рабам мы знаем хорошо.

— А вот гибкости мышления тебе не хватает, — заметил Тонконюх. — Прекрати думать в одном ключе. Поставь всё с ног на голову.

— Это трудно, — признал генерал. Лис коснулся лапой его колена.

— Я понимаю, — сказал он. — И, возможно, не один день займёт. Но ты попросил — и я попытался тебе помочь.

— Это да, но делать-то что? Как их вернуть?

— Чтобы что? — сухо спросил Тонконюх. — Ты ничего не понял? Гипноз ты запретил, и это мудрое решение. Но дальше… По-моему, главное — не пытаться вернуть всё так, как было.

— А как?

— Ты не знаешь, как можно иначе? Так придумай! Найди, нащупай! Кто вожак твоей стаи, я, что ли?

— Я главный уже только над частью экспедиции…

— Так договаривайся со вторым вожаком! — воскликнул король. Баан-Ну посмотрел на него с подозрением.

— И что я ему предложу? — спросил он.

— Я обещал помочь, а не решать всё за тебя!

Генерал поднялся. Жажда действия охватила его, и он сам испугался своей поспешности.

— Мне нужно его найти, — твёрдо сказал он. — Найти и поговорить. Хоть он меня и предал, я всё равно едва не погиб и за него тоже.

При мысли о том, что Ильсор всё это время прячется где-то в лесу, кишащем зверями, ему стало не по себе.

— Думаю, тебе туда, — философски заметил король, указывая направление.

Баан-Ну поклонился ему, поблагодарил за гостеприимство и зашагал с пригорка.

— Заходи, если захочешь поговорить, — донеслось ему вслед. Лисий король сидел в траве и невозмутимо вылизывал лапу.