Околоквиддич

Об этом можете не волноваться

Уже очутившись на улицах Лондона, Фред смял конверт и, не читая письма, выкинул его в урну. Он и так знал, что там написано: «Франсиско Хорхе Альфредо Уизли, если вы будете превышать установленный срок пребывания на территории Соединенного Королевства, мы будем вынуждены передать ваше дело в Визенгамот».

«А если не было никакого нападения?» — Пако шел, не разбирая дороги. Направо, прямо мимо«Флориш и Блоттс», еще метров триста вперед по Косому переулку, потом свернуть, пройти живую изгородь и оказаться в «Сорванной башне». Идея Крама сначала показалась ему ужасной, но постепенно он начинал верить в ее подлинность. Пако никогда не думал, что ему придется расследовать самое настоящее преступление и вряд ли обладал смекалкой детектива. Несмотря на все попытки, он не мог найти более-менее серьезный мотив для покушения на Финиста. Нежелание Фальткона возвращаться тоже казалось вполне логичным — если он сам инсценировал исчезновение.

Никто на него не нападал. Он хотел исчезнуть, чтобы не жить, как его семья. Не делать, что скажут. Не жениться на Аделине.

«Он был изранен, когда ты нашел его, — зашептал внутренний голос. — Он бы умер, если бы не ты! Как это объяснишь?». Пако знал ответ на этот вопрос — птичка вырвалась из клетки. Как ни крути, юные анимаги не приспособлены к отсутствию цивилизации.

Сейчас он отправится в Аргентину и прижмет Финиста к стенке.

«Ты сам все придумал!», — скажет он. Финист будет злодеем, а он, Пако, хорошим. Станимира не простит Фалькона за то, как жестоко он пошутил. Она все поймет. Идеальный, до тошноты правильный образ Фалькона разбился на мелкие кусочки. Версия давала еще одну радость Пако — в Финисте все же нашелся серьезный изъян.

— Ты все придумал, ты все придумал, — шептал Пако, сжимая руки в кулаки в кармане мантии.

— Что придумал?

Пако поднял глаза — Станимира, стоящая у двери дома, посмотрела на него удивленно. Похоже, он чуть в нее не врезался.

— Ола, — пробормотал он вместо ответа и, опустив взгляд, прошел в дом.

— Пако! — Станимира снова окликнула его, и Уизли остановился. — Мне кажется, у тебя что-то случилось.

— Ты все придумала, — Пако обернулся. — Я в порядке. В полном.

Господи, какая же она была красивая. Пако не мог смотреть ей в глаза дольше пары секунд — хотелось отвести взгляд, исчезнуть, раствориться. Невысокая, худенькая, черные волосы забраны в небрежный пучок на затылке, карие глаза смотрят настороженно, словно она ждет какого-то подвоха, губы потрескались, руки сложены на груди. Такая чужая, такая незнакомая. Пако готов был залезть на стенку, лишь бы заслужить хотя бы минутку ее внимания.

— А мне кажется, нет, — сказала она просто. — Аргентина проиграла Перу?

— Мы играем завтра, — машинально ответил Пако. — Постой, ты следишь за Аргентиной?

— Я читаю «Спортивный Пророк», они всегда печатают таблицу. Я не очень много знаю про южноамериканский чемпионат. Перу — сильная команда?

— Они звери, — Пако улыбнулся.

Это был такой простой, незатейливый разговор о квиддиче. Но все-таки они разговаривали!

— Как они играют?

— Любят контратаки. У них ловец, его фамилия Итурьяса, высокий нескладный чувак. Он летает, растянувшись вдоль метлы ¬— бладжером его сбить невозможно, попасть-то можно, но сбить — никак! Если только целиться в метлу, чтобы сразу в щепки, но это же против правил…

Пако осекся. Он знал — стоило заговорить о тактике квиддича, его начинало страшно заносить. В Хогвартсе у него было несколько подружек — все исчезали одна за другой. Не сказать, чтобы Пако сильно об этом жалел. Однако не мог ничего сделать. Даже Рокси говорила, что к нормальным отношениям ее брат не приспособлен. «Ты можешь быть таким милым, Пакито, — всегда говорила Рокси, посмеиваясь. — Только для тех, кто хорошо тебя не знает. Для остальных ты жуткий адепт квиддича, плетущий свои странные тактические схемы. Зануда, проще говоря».

— Какой у тебя план? — Станимира усмехнулась.

— У меня его нет, — честно признался Пако. — Я не знаю, что буду делать завтра. Может, импровизировать. Может, раскурочу-таки ему метлу. В крайнем случае.

— Я знаю таких ловцов, — Крам пожала плечами. — Они по сути не могут летать по-другому из-за роста и строения тела. Обычно бестолковы на виражах — летают прямо, четко.

Пако присел на край стола.

— И что дальше? — спросил он с любопытством.

— Скорее всего, вся схема такая же геометрическая и построена под ловца.

— Прекрасно! — Пако хлопнул в ладоши. — Расположиться на разной высоте, под самыми неудобными углами, заставить их кружиться и поворачивать. Разбить их схему.

— Да, наверное. Я бы сделала как-то так.

За окном уже почти стемнело. Пако открыл один из кухонных шкафов, взял оттуда круглую чашку и небольшую серебряную трубочку.