Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
Добавить в моё избранное
331 мин, 24 сек 8817
Он составлял механику компанию на рыбалке, а потом пропадал на камбузе, гремя сковородками. Жакуй был без ума от местной рыбки твойвы, которой изобиловали здешние воды. Там, где купаются многочисленные курортники, твойву не сыскать. Она не терпит даже малейших аммиачных загрязнений.
Сам Иван тоже сначала рванул со всеми, но вернулся из Ингарры уже через два дня. Шумный курорт ему не понравился, но он терпел. Хуже стало, когда его принялась преследовать некая многодетная зеленокожая особа, которую он видел впервые в жизни, с требованием выплатить алименты и признать хотя бы половину отпрысков, к слову, имевших явные признаки двух рас, но только обе они не имели ничего общего с внешностью аборигенов Земли. А еще дурацкие шуточки команды, которая подбадривала то одну, то вторую сторону… Тут он не выдержал и сбежал обратно на корабль. Зато его вполне устроило, что в опустевшей «Ежевике» можно спокойно бездельничать.
Полдень. Аркхене стоит в зените, заливая космодром и песчаные барханы вокруг ослепительным светом и обдавая зноем. Только морской бриз приносит некоторое облегчение.
Но стажеру жара не мешала. Удобный лежак, рядом несколько банок самоохлаждающегося кваса, а в руках — книга о начальных шагах землян в космос, «Первые космонавты Земли и Луны».
Фолиант он нашел во время уборки на корабле среди подготовленного роботами к утилизации хлама. Начал листать, рассматривая древние фотографии и рисунки, и… оставил книгу себе. Судя по небольшому экслибрису в виде часового циферблата, на котором цифры расположены против хода стрелок, эта книга раньше принадлежала бывшему хозяину корабля Чарльзу Форду.
— Привет, Ваня! Что делаешь? — за спиной раздался голос незаметно подошедшего матроса.
Иван от неожиданности вздрогнул, обернулся и шутливо замахнулся на матроса книгой:
— Ежевика! Ну нельзя же так пугать людей!
Потом критически осмотрел побитый жизнью корпус старого судового робота, управление которым сейчас перехватила Ежевика, и задумчиво спросил:
— Слушай, подруга… А ты не думала, чтоб себе какого-нибудь робота посимпатичнее приобрести в качестве материального аватара, вместо того, чтобы робоматросов гонять?
— Думала. Вот попадем на подходящую планетку, я себе прикуплю железа. А то эти консервные банки уж очень неуклюжие.
Ежевика обошла шезлонг и остановилась, рассматривая обложку книги.
— Что это ты читаешь? Сказки?
— Нет, — усмехнулся Иван, — былины. Это про то, как мы, земляне, несколько тысяч лет назад в космос вышли. Знаешь, очень интересная история оказалась. Сначала на ракетах запускали собак…
— Собачек? А почему?
— Ну, тогда ещё было совсем непонятно, как живое существо будет чувствовать себя в космосе. Сможет ли оно дышать? Не потеряет ли сознание в условиях невесомости? Все было в первый раз…
— Вот оно что… — металлический палец указал на обложку, на которой стилизованная до мультяшности ракета летела ввысь с такой же мультяшной собачкой. — А картинка лучше этой есть?
Иван перелистал страницы и нашел желаемое фото.
— Вот, смотри. Есть одна фотка. Её звали Лайка. Это первая собака, которая вышла на орбиту планеты Земля.
Он повернул книгу так, чтобы Ежевика получше рассмотрела фото глазами робота-матроса.
— К сожалению, она погибла через несколько часов после выхода на орбиту…
— Почему?
Иван пожал плечами:
— Тут сказано, что остановилось сердце.
— Жалко…
Манипуляторы робота взяли книгу и поднесли к фотоэлементам поближе.
— Ну и ну! Бывает же такое! — удивленно сказала Ежевика. — Эта Лайка — точная копия Кайлы, собаки нашего кэпа. Она спасла его в детстве, помнишь, я тебе рассказывала?
— Ага, помню. Вот это совпадение! Надо будет показать мистеру Хиксу!
Ежевика не ответила. Иван посмотрел на робота. Тот, болтая ногами, уже развалился на песке, подперев голову одной рукой и подставив спину под лучи Аркхене. Но было понятно, что Ежевика сейчас о чем-то размышляет.
Наконец, что-то решив, робот резво вскочил, и звонко похлопал по корпусу, стряхивая песчинки:
— Ваня, знаешь, а у капитана скоро день рождения! Точнее, два дня рождения сразу. Они как раз выпадают на конец отпуска. Надо бы ему подарок сделать…
— И какой же? Ты уже придумала?
Сам Иван принялся перебирать варианты, чем он может порадовать кэпа. Пока в голову ничего не приходило… Даже модель «Ежевики» ещё была недостроена. Основные части сделаны, но вот всякая мелочевка… Иван тяжело вздохнул: требовалось изготовить несколько тысяч миниатюрных копий различных частей корпуса и внешнего оборудования. И лажать тут не следовало, так как вся команда будет с пристрастием искать ошибки моделиста.
Следующий вопрос Ежевики прервал его размышления:
— Ты говоришь, что собака погибла в космосе…
Сам Иван тоже сначала рванул со всеми, но вернулся из Ингарры уже через два дня. Шумный курорт ему не понравился, но он терпел. Хуже стало, когда его принялась преследовать некая многодетная зеленокожая особа, которую он видел впервые в жизни, с требованием выплатить алименты и признать хотя бы половину отпрысков, к слову, имевших явные признаки двух рас, но только обе они не имели ничего общего с внешностью аборигенов Земли. А еще дурацкие шуточки команды, которая подбадривала то одну, то вторую сторону… Тут он не выдержал и сбежал обратно на корабль. Зато его вполне устроило, что в опустевшей «Ежевике» можно спокойно бездельничать.
Полдень. Аркхене стоит в зените, заливая космодром и песчаные барханы вокруг ослепительным светом и обдавая зноем. Только морской бриз приносит некоторое облегчение.
Но стажеру жара не мешала. Удобный лежак, рядом несколько банок самоохлаждающегося кваса, а в руках — книга о начальных шагах землян в космос, «Первые космонавты Земли и Луны».
Фолиант он нашел во время уборки на корабле среди подготовленного роботами к утилизации хлама. Начал листать, рассматривая древние фотографии и рисунки, и… оставил книгу себе. Судя по небольшому экслибрису в виде часового циферблата, на котором цифры расположены против хода стрелок, эта книга раньше принадлежала бывшему хозяину корабля Чарльзу Форду.
— Привет, Ваня! Что делаешь? — за спиной раздался голос незаметно подошедшего матроса.
Иван от неожиданности вздрогнул, обернулся и шутливо замахнулся на матроса книгой:
— Ежевика! Ну нельзя же так пугать людей!
Потом критически осмотрел побитый жизнью корпус старого судового робота, управление которым сейчас перехватила Ежевика, и задумчиво спросил:
— Слушай, подруга… А ты не думала, чтоб себе какого-нибудь робота посимпатичнее приобрести в качестве материального аватара, вместо того, чтобы робоматросов гонять?
— Думала. Вот попадем на подходящую планетку, я себе прикуплю железа. А то эти консервные банки уж очень неуклюжие.
Ежевика обошла шезлонг и остановилась, рассматривая обложку книги.
— Что это ты читаешь? Сказки?
— Нет, — усмехнулся Иван, — былины. Это про то, как мы, земляне, несколько тысяч лет назад в космос вышли. Знаешь, очень интересная история оказалась. Сначала на ракетах запускали собак…
— Собачек? А почему?
— Ну, тогда ещё было совсем непонятно, как живое существо будет чувствовать себя в космосе. Сможет ли оно дышать? Не потеряет ли сознание в условиях невесомости? Все было в первый раз…
— Вот оно что… — металлический палец указал на обложку, на которой стилизованная до мультяшности ракета летела ввысь с такой же мультяшной собачкой. — А картинка лучше этой есть?
Иван перелистал страницы и нашел желаемое фото.
— Вот, смотри. Есть одна фотка. Её звали Лайка. Это первая собака, которая вышла на орбиту планеты Земля.
Он повернул книгу так, чтобы Ежевика получше рассмотрела фото глазами робота-матроса.
— К сожалению, она погибла через несколько часов после выхода на орбиту…
— Почему?
Иван пожал плечами:
— Тут сказано, что остановилось сердце.
— Жалко…
Манипуляторы робота взяли книгу и поднесли к фотоэлементам поближе.
— Ну и ну! Бывает же такое! — удивленно сказала Ежевика. — Эта Лайка — точная копия Кайлы, собаки нашего кэпа. Она спасла его в детстве, помнишь, я тебе рассказывала?
— Ага, помню. Вот это совпадение! Надо будет показать мистеру Хиксу!
Ежевика не ответила. Иван посмотрел на робота. Тот, болтая ногами, уже развалился на песке, подперев голову одной рукой и подставив спину под лучи Аркхене. Но было понятно, что Ежевика сейчас о чем-то размышляет.
Наконец, что-то решив, робот резво вскочил, и звонко похлопал по корпусу, стряхивая песчинки:
— Ваня, знаешь, а у капитана скоро день рождения! Точнее, два дня рождения сразу. Они как раз выпадают на конец отпуска. Надо бы ему подарок сделать…
— И какой же? Ты уже придумала?
Сам Иван принялся перебирать варианты, чем он может порадовать кэпа. Пока в голову ничего не приходило… Даже модель «Ежевики» ещё была недостроена. Основные части сделаны, но вот всякая мелочевка… Иван тяжело вздохнул: требовалось изготовить несколько тысяч миниатюрных копий различных частей корпуса и внешнего оборудования. И лажать тут не следовало, так как вся команда будет с пристрастием искать ошибки моделиста.
Следующий вопрос Ежевики прервал его размышления:
— Ты говоришь, что собака погибла в космосе…
Страница 4 из 98
