Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
Добавить в моё избранное
331 мин, 24 сек 8818
— Да, — кивнул Иван. — А потом капсула с ней сгорела в атмосфере.
— Тогда давай спасем ее и подарим капитану! — в голосе Ежевики прорезался энтузиазм молодого неофита. — Вытащим Лайку из этой страшной банки! А чтобы не заметил никто — подменим на орбите на муляж…
Иван от неожиданности даже привстал с шезлонга:
— Чего? Это же произошло тысячи лет назад. Против хода времени никто, кроме сирен, не может путешествовать. Да и сирены, говорят, тоже не могли. Это в легендах им приписали это умение.
Сирены были почти что мифическими существами. Они покинули Галактику больше тысячи лет назад. Сведения о сиренах были противоречивы, но до сих пор у космоплавателей, не важно, какой расы, ходили легенды, что встреча с сиреной приносит удачу.
— Ты, случайно, не сирена, Ежевика? — с ехидцей в голосе спросил Иван.
Ежевика коротко хохотнула, из уст робота это прозвучало немного жутковато.
— Никакая я не сирена! Но в прошлое слетать могу. Ты помнишь, я на зонтик выменяла новый генератор у того странного любителя закусить идеями?
— Конечно! — хмыкнул Иван. — Такое не забудешь.
— Вот этот генератор и позволяет двигаться против времени. Действительно, материальные объекты двигаться в прошлое не могут. Всё, что имеет массу, движется в потоке времени только из прошлого в будущее. Но ты же понимаешь, что и само время — штука относительная. Когда мы идем в гиперпространстве, времени вокруг, кроме внутрикорабельного, не существует. Да ты и сам это из курса звездной навигации знаешь!
Иван знал, что в «гипере» нет понятия времени. Но преодолев, а точнее, обойдя световой барьер теории относительности Эйнштейна, звездоплаватели уперлись в другой барьер. За пройденные в«гипере» парсеки все равно приходилось платить. Топливом и внутрикорабельным временем. Даже топливу нужно время, чтобы отдать энергию.
— В гипере нет времени, — подтвердил Иван. — Точнее, оно там застыло, словно лед на реке. Где нет гравитации, там «лед» ровный, а где она есть, впадина. Чем сильнее гравитация, тем впадина глубже…
— Ну, где-то так, — хмыкнула Ежевика. Она-то знала, как на самом деле выглядит гиперпространство. Человеческий разум не в силах был охватить эту картину, родившимся в четырехмерном мире, к сожалению, этого было не дано.
— У нас есть штука, которая позволит нам двигаться внутри этого «льда», — продолжила Ежевика. — Это наш новый так называемый «генератор». Я долго не могла разобраться, как же он действительно работает, но немного поэкспериментировав, поняла… Он превращает материальные объекты в фантастическую идею, а фантазия может двигаться куда угодно. Хоть в прошлое. Я уже пробовала… Помнишь, у нас был сбой главного корабельного хронометра?
Иван помнил. По неизвестной причине, в позапрошлом рейсе по прибытию в порт все часы «Ежевики» опережали текущее галактическое время на две миллисекунды.
Капитан вызвал техников, но они ничего не нашли. Тогда все списали на флуктуацию. На неё всегда списывают всё непонятное.
— Еще не забыл, — кивнул стажер.
— Моя работа. Это я тестировала наш генератор. Но лучше его называть не так.
— А как?
— Я еще не придумала…
— Ого! — опешил Иван. — Круто! Но… Ежевика, если об этом узнают власти или просто плохие люди, то…
— Я и сама это понимаю, Ваня! Потому и не кричу на всех планетах, что «Ежевика» теперь — не просто грузовик, а машина времени. Грузовая.
— И что, вот так просто можно туда-сюда гонять? В прошлое и будущее?
— Есть ограничения… — с легким сожалением ответила Ежевика. — Первое: когда мы отправимся в прошлое, то корабль действительно исчезнет из этого времени как материальный объект. Второе: хотя генератор работает на своей собственной энергии, но преобразование в состояние чистой фантазии потребует расхода топлива — темной материи. Для полета в нужную точку тоже. Третье: каждый год путешествия назад в прошлое требует столько же топлива, сколько нужно для пролета расстояния в один световой год.
И последнее: нельзя отправиться в ту точку пространства, которую ты занимаешь в прошлом.
— А что будет?
— Бах! — Ежевика показала пальцами, быстро разжав оба кулака, как бабахнет, и пояснила: — На этом месте возникнет маленькое солнышко. Вот только мы его уже в его лучах не погреемся. Мы сами станем этими лучами…
— Нехило, — погрустнел Иван. — Ты уже прикидывала, хватит ли наших баков для такого путешествия?
— Да, хватит, — чуть помедлив, сказала хозяйка. — Но только-только, чтоб долететь туда. Обратно уже придется дрейфовать во времени.
— У нейтронной звезды париться?
— Умница, Ваня! — робот показал большой палец. — Шаришь, штурман.
В поле тяготения крупного гравитационного объекта время идет гораздо медленнее, чем в окружающем пространстве, и, естественно, будет этим пользоваться.
— Тогда давай спасем ее и подарим капитану! — в голосе Ежевики прорезался энтузиазм молодого неофита. — Вытащим Лайку из этой страшной банки! А чтобы не заметил никто — подменим на орбите на муляж…
Иван от неожиданности даже привстал с шезлонга:
— Чего? Это же произошло тысячи лет назад. Против хода времени никто, кроме сирен, не может путешествовать. Да и сирены, говорят, тоже не могли. Это в легендах им приписали это умение.
Сирены были почти что мифическими существами. Они покинули Галактику больше тысячи лет назад. Сведения о сиренах были противоречивы, но до сих пор у космоплавателей, не важно, какой расы, ходили легенды, что встреча с сиреной приносит удачу.
— Ты, случайно, не сирена, Ежевика? — с ехидцей в голосе спросил Иван.
Ежевика коротко хохотнула, из уст робота это прозвучало немного жутковато.
— Никакая я не сирена! Но в прошлое слетать могу. Ты помнишь, я на зонтик выменяла новый генератор у того странного любителя закусить идеями?
— Конечно! — хмыкнул Иван. — Такое не забудешь.
— Вот этот генератор и позволяет двигаться против времени. Действительно, материальные объекты двигаться в прошлое не могут. Всё, что имеет массу, движется в потоке времени только из прошлого в будущее. Но ты же понимаешь, что и само время — штука относительная. Когда мы идем в гиперпространстве, времени вокруг, кроме внутрикорабельного, не существует. Да ты и сам это из курса звездной навигации знаешь!
Иван знал, что в «гипере» нет понятия времени. Но преодолев, а точнее, обойдя световой барьер теории относительности Эйнштейна, звездоплаватели уперлись в другой барьер. За пройденные в«гипере» парсеки все равно приходилось платить. Топливом и внутрикорабельным временем. Даже топливу нужно время, чтобы отдать энергию.
— В гипере нет времени, — подтвердил Иван. — Точнее, оно там застыло, словно лед на реке. Где нет гравитации, там «лед» ровный, а где она есть, впадина. Чем сильнее гравитация, тем впадина глубже…
— Ну, где-то так, — хмыкнула Ежевика. Она-то знала, как на самом деле выглядит гиперпространство. Человеческий разум не в силах был охватить эту картину, родившимся в четырехмерном мире, к сожалению, этого было не дано.
— У нас есть штука, которая позволит нам двигаться внутри этого «льда», — продолжила Ежевика. — Это наш новый так называемый «генератор». Я долго не могла разобраться, как же он действительно работает, но немного поэкспериментировав, поняла… Он превращает материальные объекты в фантастическую идею, а фантазия может двигаться куда угодно. Хоть в прошлое. Я уже пробовала… Помнишь, у нас был сбой главного корабельного хронометра?
Иван помнил. По неизвестной причине, в позапрошлом рейсе по прибытию в порт все часы «Ежевики» опережали текущее галактическое время на две миллисекунды.
Капитан вызвал техников, но они ничего не нашли. Тогда все списали на флуктуацию. На неё всегда списывают всё непонятное.
— Еще не забыл, — кивнул стажер.
— Моя работа. Это я тестировала наш генератор. Но лучше его называть не так.
— А как?
— Я еще не придумала…
— Ого! — опешил Иван. — Круто! Но… Ежевика, если об этом узнают власти или просто плохие люди, то…
— Я и сама это понимаю, Ваня! Потому и не кричу на всех планетах, что «Ежевика» теперь — не просто грузовик, а машина времени. Грузовая.
— И что, вот так просто можно туда-сюда гонять? В прошлое и будущее?
— Есть ограничения… — с легким сожалением ответила Ежевика. — Первое: когда мы отправимся в прошлое, то корабль действительно исчезнет из этого времени как материальный объект. Второе: хотя генератор работает на своей собственной энергии, но преобразование в состояние чистой фантазии потребует расхода топлива — темной материи. Для полета в нужную точку тоже. Третье: каждый год путешествия назад в прошлое требует столько же топлива, сколько нужно для пролета расстояния в один световой год.
И последнее: нельзя отправиться в ту точку пространства, которую ты занимаешь в прошлом.
— А что будет?
— Бах! — Ежевика показала пальцами, быстро разжав оба кулака, как бабахнет, и пояснила: — На этом месте возникнет маленькое солнышко. Вот только мы его уже в его лучах не погреемся. Мы сами станем этими лучами…
— Нехило, — погрустнел Иван. — Ты уже прикидывала, хватит ли наших баков для такого путешествия?
— Да, хватит, — чуть помедлив, сказала хозяйка. — Но только-только, чтоб долететь туда. Обратно уже придется дрейфовать во времени.
— У нейтронной звезды париться?
— Умница, Ваня! — робот показал большой палец. — Шаришь, штурман.
В поле тяготения крупного гравитационного объекта время идет гораздо медленнее, чем в окружающем пространстве, и, естественно, будет этим пользоваться.
Страница 5 из 98
