Фандом: Гарри Поттер. Все тайное когда-нибудь становится явным. Окажется ли Роджер готов к тому, что скелеты Северуса с грохотом выпадут из шкафа?
Добавить в моё избранное
17 мин, 58 сек 8690
Знаешь… Тот, кто работает на две стороны, не может остаться чист, и, может быть, я и вправду шлюха, но шлюхи тоже хотят, чтобы их любили, — Северус говорил, избегая встретиться с Роджером взглядом.
— Я не знаю, что на меня нашло и зачем я это ляпнул, — преградил Мальсибер путь Снейпу, подхватившему сумку и двинувшемуся было к двери. — От досады, наверное… Я не так представлял себе этот разговор, и когда ты даже не стал ничего отрицать… Я вспомнил, как тюрьма едва не лишила меня рассудка, и сорвался, — сбивчиво затараторил он, в надежде сказать как можно больше, пока Северус не откажется слушать. — Стал обвинять тебя и даже не подумал дать возможность сказать все самому.
— Я старался не думать о том, что предал не только Лорда, но и тебя. Мы же пришли к нему вместе. Я пытался убедить себя, что если поступлю так, то не сделаю тебе больно. Много что говорил себе, но только все бред — я предал одного дорогого мне человека, предал и другого. А потом трясся, думая, что будет, когда ты узнаешь. Но хочу, чтобы ты знал — я не свидетельствовал против тебя, Родж.
— Я это знаю, знаю. Ты не представляешь, сколько раз я ловил себя на мысли, как мне противно это все, противен Лорд, противна Метка… Но стоило вспомнить, кто меня вытащил, я заталкивал это поглубже и продолжал. А что я мог? Знаешь, когда думаешь, что ты его должник, смириться как-то проще…
Роджер забрал сумку из пальцев Северуса, который, к его радости, не сопротивлялся, и поставив ее, провел ладонями по плечам, словно стараясь удержать.
— Не надо, Сев… Не уходи, — шептал он в сжатые губы, целуя. — Пожалуйста, не надо.
Снейп разомкнул губы, отвечая на поцелуй, притягивая к себе, запустив пальцы в волосы Мальсибера, отчего тот готов был ликовать.
— Ты всегда был слишком вспыльчивым, — выдохнул Северус, оторвавшись от любовника, — и всегда сначала говорил, прежде, чем думать. И никогда…
— Не умел просить прощения, — кивнул в ответ Роджер, огладив большим пальцем скулу Северуса. — Прости меня…
Снейп не ответил, лишь крепче притянул его к себе.
Роджер распахнул окно, впуская в спальню ночной морской воздух, прислонился к стене и потянулся за сигаретами, не сводя глаз с Северуса, невольно залюбовавшись, как тот потягивается, устраиваясь повыше.
— Или выбери другое место, чтобы дымить, — протянул тот руку, — или дай сюда.
— Это, между прочим, ты меня приучил, — фыркнул Роджер, но пачку отдал.
— Дурное дело — нехитрое, — хмыкнул Снейп, и его лицо осветилось огоньком, зажженным на конце палочки.
Молча наблюдая за умиротворенным Северусом, расслабленно прислонившимся к спинке кровати, Роджер отмечал все те отпечатки, что оставила на нем жизнь: складка между бровей, что становится более явной, когда он хмурится, немного опущенные уголки губ, говорящие лишь о том, что у Северуса было слишком мало поводов для радости, жуткие рубцы на шее, из-за которых он старается даже не смотреться в зеркало. Не для того Мальсибер вырвал его из лап смерти, чтобы сейчас все так бездарно испортить! Сам не ожидая от себя, он сказал, затушив окурок и устроившись рядом:
— Я обещаю, что больше не стану ревновать тебя к твоему прошлому, что бы там ни было. Пусть прошлое остается позади, но мы живы и будем жить вместе дальше, — сжал Роджер ладонь Северуса, лежащую на покрывале, и получил в ответ благодарный поцелуй.
— Я не знаю, что на меня нашло и зачем я это ляпнул, — преградил Мальсибер путь Снейпу, подхватившему сумку и двинувшемуся было к двери. — От досады, наверное… Я не так представлял себе этот разговор, и когда ты даже не стал ничего отрицать… Я вспомнил, как тюрьма едва не лишила меня рассудка, и сорвался, — сбивчиво затараторил он, в надежде сказать как можно больше, пока Северус не откажется слушать. — Стал обвинять тебя и даже не подумал дать возможность сказать все самому.
— Я старался не думать о том, что предал не только Лорда, но и тебя. Мы же пришли к нему вместе. Я пытался убедить себя, что если поступлю так, то не сделаю тебе больно. Много что говорил себе, но только все бред — я предал одного дорогого мне человека, предал и другого. А потом трясся, думая, что будет, когда ты узнаешь. Но хочу, чтобы ты знал — я не свидетельствовал против тебя, Родж.
— Я это знаю, знаю. Ты не представляешь, сколько раз я ловил себя на мысли, как мне противно это все, противен Лорд, противна Метка… Но стоило вспомнить, кто меня вытащил, я заталкивал это поглубже и продолжал. А что я мог? Знаешь, когда думаешь, что ты его должник, смириться как-то проще…
Роджер забрал сумку из пальцев Северуса, который, к его радости, не сопротивлялся, и поставив ее, провел ладонями по плечам, словно стараясь удержать.
— Не надо, Сев… Не уходи, — шептал он в сжатые губы, целуя. — Пожалуйста, не надо.
Снейп разомкнул губы, отвечая на поцелуй, притягивая к себе, запустив пальцы в волосы Мальсибера, отчего тот готов был ликовать.
— Ты всегда был слишком вспыльчивым, — выдохнул Северус, оторвавшись от любовника, — и всегда сначала говорил, прежде, чем думать. И никогда…
— Не умел просить прощения, — кивнул в ответ Роджер, огладив большим пальцем скулу Северуса. — Прости меня…
Снейп не ответил, лишь крепче притянул его к себе.
Роджер распахнул окно, впуская в спальню ночной морской воздух, прислонился к стене и потянулся за сигаретами, не сводя глаз с Северуса, невольно залюбовавшись, как тот потягивается, устраиваясь повыше.
— Или выбери другое место, чтобы дымить, — протянул тот руку, — или дай сюда.
— Это, между прочим, ты меня приучил, — фыркнул Роджер, но пачку отдал.
— Дурное дело — нехитрое, — хмыкнул Снейп, и его лицо осветилось огоньком, зажженным на конце палочки.
Молча наблюдая за умиротворенным Северусом, расслабленно прислонившимся к спинке кровати, Роджер отмечал все те отпечатки, что оставила на нем жизнь: складка между бровей, что становится более явной, когда он хмурится, немного опущенные уголки губ, говорящие лишь о том, что у Северуса было слишком мало поводов для радости, жуткие рубцы на шее, из-за которых он старается даже не смотреться в зеркало. Не для того Мальсибер вырвал его из лап смерти, чтобы сейчас все так бездарно испортить! Сам не ожидая от себя, он сказал, затушив окурок и устроившись рядом:
— Я обещаю, что больше не стану ревновать тебя к твоему прошлому, что бы там ни было. Пусть прошлое остается позади, но мы живы и будем жить вместе дальше, — сжал Роджер ладонь Северуса, лежащую на покрывале, и получил в ответ благодарный поцелуй.
Страница 5 из 5
