Фандом: Гарри Поттер. 31-го октября 1981-го года никто из Поттеров не погиб. Джеймс благополучно избежал встречи с Волдемортом, Гарри спасла сила любви, а Лили… тоже? Вот только чьей именно любви?
Добавить в моё избранное
238 мин, 59 сек 18351
Черт!
И выскочил, не договорив. Ну и гад, хуже Нюниуса!
… Довольно употребительная среди магов идиома, означающая «нечто непостижимое, загадочное, доступное лишь избранным».
— Так кем вы ей приходитесь? — тощая грымза в приемной взглянула недоверчиво. И что ей ответить? Бывший однокурсник? Бывший сосед? Бывший друг?
— Мы вместе учились.
— Палата сорок, пятый этаж. Следующий!
Сам не помнил, как преодолел все лестничные пролеты. Замер перед дверью — войти, не войти? А если она не одна? А если…
— Заблудились, молодой человек?
— Нет, мне сюда, — ответил он неслышно появившейся целительнице. — Только не знаю, можно ли зайти.
— Конечно, с восьми утра до восьми вечера посещения разрешены, видите? — Толкнула дверь в палату: — Сейчас как раз никого.
Что и требовалось узнать.
— Ой, какая молоденькая! Подружка ваша?
— Учились вместе, — ответил.
Целительница мягко прикрыла за собой дверь, а Снейп присел рядом с Лили. Сначала не знал, что говорить, что делать, да и надо ли? В голове крутилась одна и та же мысль: «Наконец-то мы вместе». После стольких лет, когда она его видеть не желала.
— Прости меня! За все! За «грязнокровку», за пророчество это чертово!
«Я же не знал, не думал, что речь о тебе!» — хотел сказать, но промолчал. Помнил еще, что на все это ему ответил Дамблдор. Что если бы опасность угрожала кому-то другому, ему было бы плевать. Да, черт возьми, было бы! Ему и сейчас плевать и на Поттера, и на его мальчишку! Им-то хорошо — спрятались в очередном убежище (интересно, кто теперь подставляется ради их драгоценных жизней?) и в ус не дуют! А Лили… Это неправильно, чудовищно, несправедливо, что пострадала только она!
И до чего же мерзко от мысли, что она здесь, потому что хотела спасти своего сына. Который для нее — все, а для него, Снейпа — просто досадная помеха. Да, они рядом, но он по-прежнему не разделяет ее чувств, как и тогда, на пятом курсе. Когда она ругала его за увлечение Темными искусствами, а он дико ревновал к Поттеру и не знал, как объяснить, за что именно не любит ее подругу Макдоналд. Не потому что та — гряз… маглорожденная, а потому, что дура и сплетница.
Неужели им так и не понять друг друга никогда?
— Лили… — но попытаться-то можно? Взял прохладную руку, поднес к губам, согревая дыханием. Показалось, или кончики рыжеватых ресниц действительно дрогнули? Нет, показалось…
Как открылась дверь, не услышал, только сквозняком потянуло. Маленький черноволосый целитель быстро прошел к изголовью кровати, заглянул в свиток пергамента, кивнул. Потом заметил Снейпа:
— А вы еще кто?
— Мы учились вместе, — почти привычно ответил Снейп.
Кажется, такое объяснение его устроило. Взмахнул палочкой, и желтоватое перо подскочило, затрепетало в воздухе.
Целитель диктовал, перо скрипело по пергаменту. В воздухе то и дело мелькали разноцветные вспышки. Вот он закончил, всмотрелся и явно удивленно присвистнул:
— Ну и ну! Да пусть меня призраки подвальные утащат, если это не материал для диссертации! — повернулся к Снейпу: — говорите, учились вместе?
— А какое это имеет?
— Может, и никакого… А может, и имеет, — заговорил загадками… — Алан Перкинс, младший целитель, — протянул вдруг руку.
Снейп тоже представился.
— Жду вас завтра! — кивнул тот и выскочил из палаты. Само собой, ничего не объяснив. Что ж, по крайней мере, больше не нужно придумывать повод для следующего посещения.
Пока он прикидывал, где бы разжиться съестным, пламя в камине взвилось, зашумело.
— Поттер? — донеслось оттуда. — Откроешь?
Джеймс снял защиту, Алиса вышла…
— Экспелиармус! — она поймала его палочку. — Ступефай!
Упал довольно удачно — рядом с креслом. Чуть левее — и приложился бы головой о массивную ножку стола.
— Какого?
— Ты зачем меня впустил, придурок? — почти ласково спросила Алиса, присев рядом с ним.
Она что, совсем больная?!
— Я же тебя знаю!
— А про «оборотное» никогда не слышал?
— Да, но… — и все-таки разозлился: — Ошеломляющим обязательно было бить?!
— А как же! Чтобы уже точно дошло! Ты хоть понимаешь, что тот, кого ты мог принять за меня, запросто запустил бы «Круциатусом» или«Авадой»?
И выскочил, не договорив. Ну и гад, хуже Нюниуса!
… Довольно употребительная среди магов идиома, означающая «нечто непостижимое, загадочное, доступное лишь избранным».
— Так кем вы ей приходитесь? — тощая грымза в приемной взглянула недоверчиво. И что ей ответить? Бывший однокурсник? Бывший сосед? Бывший друг?
— Мы вместе учились.
— Палата сорок, пятый этаж. Следующий!
Сам не помнил, как преодолел все лестничные пролеты. Замер перед дверью — войти, не войти? А если она не одна? А если…
— Заблудились, молодой человек?
— Нет, мне сюда, — ответил он неслышно появившейся целительнице. — Только не знаю, можно ли зайти.
— Конечно, с восьми утра до восьми вечера посещения разрешены, видите? — Толкнула дверь в палату: — Сейчас как раз никого.
Что и требовалось узнать.
— Ой, какая молоденькая! Подружка ваша?
— Учились вместе, — ответил.
Целительница мягко прикрыла за собой дверь, а Снейп присел рядом с Лили. Сначала не знал, что говорить, что делать, да и надо ли? В голове крутилась одна и та же мысль: «Наконец-то мы вместе». После стольких лет, когда она его видеть не желала.
— Прости меня! За все! За «грязнокровку», за пророчество это чертово!
«Я же не знал, не думал, что речь о тебе!» — хотел сказать, но промолчал. Помнил еще, что на все это ему ответил Дамблдор. Что если бы опасность угрожала кому-то другому, ему было бы плевать. Да, черт возьми, было бы! Ему и сейчас плевать и на Поттера, и на его мальчишку! Им-то хорошо — спрятались в очередном убежище (интересно, кто теперь подставляется ради их драгоценных жизней?) и в ус не дуют! А Лили… Это неправильно, чудовищно, несправедливо, что пострадала только она!
И до чего же мерзко от мысли, что она здесь, потому что хотела спасти своего сына. Который для нее — все, а для него, Снейпа — просто досадная помеха. Да, они рядом, но он по-прежнему не разделяет ее чувств, как и тогда, на пятом курсе. Когда она ругала его за увлечение Темными искусствами, а он дико ревновал к Поттеру и не знал, как объяснить, за что именно не любит ее подругу Макдоналд. Не потому что та — гряз… маглорожденная, а потому, что дура и сплетница.
Неужели им так и не понять друг друга никогда?
— Лили… — но попытаться-то можно? Взял прохладную руку, поднес к губам, согревая дыханием. Показалось, или кончики рыжеватых ресниц действительно дрогнули? Нет, показалось…
Как открылась дверь, не услышал, только сквозняком потянуло. Маленький черноволосый целитель быстро прошел к изголовью кровати, заглянул в свиток пергамента, кивнул. Потом заметил Снейпа:
— А вы еще кто?
— Мы учились вместе, — почти привычно ответил Снейп.
Кажется, такое объяснение его устроило. Взмахнул палочкой, и желтоватое перо подскочило, затрепетало в воздухе.
Целитель диктовал, перо скрипело по пергаменту. В воздухе то и дело мелькали разноцветные вспышки. Вот он закончил, всмотрелся и явно удивленно присвистнул:
— Ну и ну! Да пусть меня призраки подвальные утащат, если это не материал для диссертации! — повернулся к Снейпу: — говорите, учились вместе?
— А какое это имеет?
— Может, и никакого… А может, и имеет, — заговорил загадками… — Алан Перкинс, младший целитель, — протянул вдруг руку.
Снейп тоже представился.
— Жду вас завтра! — кивнул тот и выскочил из палаты. Само собой, ничего не объяснив. Что ж, по крайней мере, больше не нужно придумывать повод для следующего посещения.
Глава 4
Алиса появилась поближе к вечеру, когда Джеймс и Гарри успели четыре раза сыграть в прятки. А еще почитать и спеть дуэтом, то и дело превращавшимся в трио: Толстый не выдерживал их завываний и присоединялся. Гарри полетал на метле, которая ему вчера так понравилась — оказалось, что она поднимается не выше пяти футов. А потом выяснилось, что от тыквенного пирога, еще вчера казавшегося огромным, остался лишь небольшой кусочек. На ужин хватит, а завтра придется что-то придумывать.Пока он прикидывал, где бы разжиться съестным, пламя в камине взвилось, зашумело.
— Поттер? — донеслось оттуда. — Откроешь?
Джеймс снял защиту, Алиса вышла…
— Экспелиармус! — она поймала его палочку. — Ступефай!
Упал довольно удачно — рядом с креслом. Чуть левее — и приложился бы головой о массивную ножку стола.
— Какого?
— Ты зачем меня впустил, придурок? — почти ласково спросила Алиса, присев рядом с ним.
Она что, совсем больная?!
— Я же тебя знаю!
— А про «оборотное» никогда не слышал?
— Да, но… — и все-таки разозлился: — Ошеломляющим обязательно было бить?!
— А как же! Чтобы уже точно дошло! Ты хоть понимаешь, что тот, кого ты мог принять за меня, запросто запустил бы «Круциатусом» или«Авадой»?
Страница 10 из 68
