Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
Добавить в моё избранное
216 мин, 22 сек 17784
— Ну, подумаешь, испортил… — попытался подобрать слова утешения Люциус.
— Испортил? — бровь Северуса выразительно поднялась. — Вставай, ты должен это увидеть!
Люциус поднялся, с удовольствием потягиваясь, и заглянул в котел. Бурлившее там зелье мерцало золотом, а поднимающиеся пузырьки переливались всеми цветами радуги. Как же красиво!
— Никогда не думал, что ты в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… …
— Северус, что это?
— Еще не знаю, но подозреваю, что получилось отличное косметическое зелье с омолаживающим эффектом…
— Мы с тобой озолотимся!
— Не уверен, что смогу восстановить рецептуру. Я не делал никаких записей в лабораторном журнале и отвлекся в самый ответственный момент. Я даже не могу сказать, сколько оно кипело…
— Ну и драккл с этими галлеонами! Оставим зелье себе… пригодится в старости. Будем с тобой натирать друг друга у камина, а потом шокировать публику вечной молодостью…
Люциус впервые заговорил о будущем, к тому же таком далеком, и с замиранием сердца ждал ответной реакции. Однако Северус ни взглядом, ни жестом не выказал своего интереса, а потом и вовсе перевел разговор на другую тему.
… Прямая цитата из «ГП и ФК»
Рита Скиттер оказалась одной из самых больших удач Люциуса. Все-таки он не зря гордился своим умением подбирать людей. Трезвый расчет Мальсибера и безудержная фантазия Скиттер рождали шедевры. Все население магической Британии с неугасающим интересом следило за ходом Фолклендской кампании, а названия авианосцев «Гермес» и«Инвинсибл» дали имена не одному десятку сов и книззлов.
Люциус успокаивал обывателей, как мог, и не только со страниц «Придиры». Он дал развернутое интервью «Пророку», а его перепалку с Магнолд в атриуме Министерства цитировали за завтраком.
А вот поиски в библиотеке Блэков приносили необычные результаты. По непонятной причине самыми новыми выглядели только собрания сказок и легенд, которых набралось без малого пять сотен. Почему Северус был так уверен, что искать следует среди них, Люциус не спрашивал, но безропотно вчитывался в стилизованные буквы. Блэк тоже вел себя довольно прилично. Он обращался к Северусу исключительно по фамилии, но, на взгляд Люциуса, делал это слишком часто. Они сидели у круглого журнального столика, тщательно выверяя дистанцию, отправной точкой которой была равноудаленность от Северуса, абсолютно не замечающего их манипуляций, и обменивались предупредительными взглядами.
Сидели обычно молча, и если бы не неугомонный Блэк, то от чтения старинных сказаний Люциус вполне мог бы получать удовольствие. А тот словно издевался:
— Снейп, а ты читал сказку «Мохнатое сердце чародея»?
— Снейп, а «Колдун и прыгливый горшок»?
— Снейп…
— Снейп…
— Снейп…
Поэтому, когда Блэк, наконец, зачитавшись, затих, Люциус перевел дыхание и мысленно поблагодарил Мерлина, Моргану и Мордреда. Все-таки все беды от Блэка! А тот сидел, теребя кончик носа, и явно что-то замышлял. А потом и вовсе ушел, вспомнив о каком-то срочном деле, и оставил Северуса наедине с Люциусом.
Люциус хотел было воспользоваться благоприятной ситуацией и овладеть Северусом прямо в блэковском кресле, но тот не разделил его энтузиазма и, сославшись на то, что нашел кое-что интересное, принялся чертить на пергаменте какие-то руны, беспрестанно сверяясь с текстом книги.
Люциус приуныл и задумчиво взялся за отложенную Блэком книгу. «Сказки барда Бидля» открылись на середине сказки о трех братьях, которую Люциус знал с детства. Странно… ничего такого, что могло бы заставить ревнивого Блэка столь поспешно уйти. Или Люциус чего-то не знает?
А Северус сидел над пергаментом и задумчиво грыз кончик пера. Потом вдруг вскинул голову, и в его взгляде мелькнуло торжество:
— Люциус, я нашел!
Он принялся рассказывать о сложных расчетах, об описании ритуала, замаскированного под легенду, о применении какого-то стабилизирующего зелья… а Люциус смотрел на него и был счастлив от его победы. Позже добавилась еще и радость за Гарри, и облегчение от решения проблемы, но первоначально его взволновал только успех Северуса.
Блэк появился, как обычно, в самый неподходящий момент, когда Люциус уже хотел воспользоваться эйфорией Северуса и уломать того на небольшую шалость.
— Дамблдор велел кланяться и желал долгих лет жизни…
— Что тебе понадобилось у Дамблдора? — Северус, казалось, встревожился.
— Взял у него одну вещицу, — туманно ответил Блэк и сверкнул всеми зубами в хищной улыбке.
— Пока ты там прохлаждался и улучшал свое материальное благополучие, мы нашли ритуал, — не удержался Люциус.
— Да ладно?! Снейп, ну ты крут!
— Испортил? — бровь Северуса выразительно поднялась. — Вставай, ты должен это увидеть!
Люциус поднялся, с удовольствием потягиваясь, и заглянул в котел. Бурлившее там зелье мерцало золотом, а поднимающиеся пузырьки переливались всеми цветами радуги. Как же красиво!
— Никогда не думал, что ты в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… …
— Северус, что это?
— Еще не знаю, но подозреваю, что получилось отличное косметическое зелье с омолаживающим эффектом…
— Мы с тобой озолотимся!
— Не уверен, что смогу восстановить рецептуру. Я не делал никаких записей в лабораторном журнале и отвлекся в самый ответственный момент. Я даже не могу сказать, сколько оно кипело…
— Ну и драккл с этими галлеонами! Оставим зелье себе… пригодится в старости. Будем с тобой натирать друг друга у камина, а потом шокировать публику вечной молодостью…
Люциус впервые заговорил о будущем, к тому же таком далеком, и с замиранием сердца ждал ответной реакции. Однако Северус ни взглядом, ни жестом не выказал своего интереса, а потом и вовсе перевел разговор на другую тему.
… Прямая цитата из «ГП и ФК»
Рита Скиттер оказалась одной из самых больших удач Люциуса. Все-таки он не зря гордился своим умением подбирать людей. Трезвый расчет Мальсибера и безудержная фантазия Скиттер рождали шедевры. Все население магической Британии с неугасающим интересом следило за ходом Фолклендской кампании, а названия авианосцев «Гермес» и«Инвинсибл» дали имена не одному десятку сов и книззлов.
Люциус успокаивал обывателей, как мог, и не только со страниц «Придиры». Он дал развернутое интервью «Пророку», а его перепалку с Магнолд в атриуме Министерства цитировали за завтраком.
А вот поиски в библиотеке Блэков приносили необычные результаты. По непонятной причине самыми новыми выглядели только собрания сказок и легенд, которых набралось без малого пять сотен. Почему Северус был так уверен, что искать следует среди них, Люциус не спрашивал, но безропотно вчитывался в стилизованные буквы. Блэк тоже вел себя довольно прилично. Он обращался к Северусу исключительно по фамилии, но, на взгляд Люциуса, делал это слишком часто. Они сидели у круглого журнального столика, тщательно выверяя дистанцию, отправной точкой которой была равноудаленность от Северуса, абсолютно не замечающего их манипуляций, и обменивались предупредительными взглядами.
Сидели обычно молча, и если бы не неугомонный Блэк, то от чтения старинных сказаний Люциус вполне мог бы получать удовольствие. А тот словно издевался:
— Снейп, а ты читал сказку «Мохнатое сердце чародея»?
— Снейп, а «Колдун и прыгливый горшок»?
— Снейп…
— Снейп…
— Снейп…
Поэтому, когда Блэк, наконец, зачитавшись, затих, Люциус перевел дыхание и мысленно поблагодарил Мерлина, Моргану и Мордреда. Все-таки все беды от Блэка! А тот сидел, теребя кончик носа, и явно что-то замышлял. А потом и вовсе ушел, вспомнив о каком-то срочном деле, и оставил Северуса наедине с Люциусом.
Люциус хотел было воспользоваться благоприятной ситуацией и овладеть Северусом прямо в блэковском кресле, но тот не разделил его энтузиазма и, сославшись на то, что нашел кое-что интересное, принялся чертить на пергаменте какие-то руны, беспрестанно сверяясь с текстом книги.
Люциус приуныл и задумчиво взялся за отложенную Блэком книгу. «Сказки барда Бидля» открылись на середине сказки о трех братьях, которую Люциус знал с детства. Странно… ничего такого, что могло бы заставить ревнивого Блэка столь поспешно уйти. Или Люциус чего-то не знает?
А Северус сидел над пергаментом и задумчиво грыз кончик пера. Потом вдруг вскинул голову, и в его взгляде мелькнуло торжество:
— Люциус, я нашел!
Он принялся рассказывать о сложных расчетах, об описании ритуала, замаскированного под легенду, о применении какого-то стабилизирующего зелья… а Люциус смотрел на него и был счастлив от его победы. Позже добавилась еще и радость за Гарри, и облегчение от решения проблемы, но первоначально его взволновал только успех Северуса.
Блэк появился, как обычно, в самый неподходящий момент, когда Люциус уже хотел воспользоваться эйфорией Северуса и уломать того на небольшую шалость.
— Дамблдор велел кланяться и желал долгих лет жизни…
— Что тебе понадобилось у Дамблдора? — Северус, казалось, встревожился.
— Взял у него одну вещицу, — туманно ответил Блэк и сверкнул всеми зубами в хищной улыбке.
— Пока ты там прохлаждался и улучшал свое материальное благополучие, мы нашли ритуал, — не удержался Люциус.
— Да ладно?! Снейп, ну ты крут!
Страница 36 из 63
