Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
Добавить в моё избранное
216 мин, 22 сек 17794
Почему-то, находясь рядом с ней, Люциус ощущал острое желание раскаяться и непроизвольно начинал лукавить. Из трех сказанных ей слов правдивым всегда почему-то оказывалось только одно… Но это был явно не тот случай. Настрой свояченицы не оставлял иллюзий — проклянет.
— Бель, я все расскажу, как только уложу ребенка.
Беллатрикс мгновенно оказалась рядом и, убрав влажные волосы, осмотрела лоб Гарри.
— Отлично, я помогу тебе.
Отвязаться от нее всегда было непросто, а сейчас…
— Хорошо, только не шуми.
Они тихо вошли в детскую, и Люциус, очистив тело ребенка чарами, принялся надевать на него пижаму. Бель с интересом наблюдала за ними, но никак не комментировала, и это несказанно раздражало. Дождавшись, пока он закончит, Бель царственно протянула ему руку и позволила довести себя до гостиной.
— Ну? — повторила она.
— Всё! — так же лаконично ответил Люциус.
Беллатрикс рассвирепела:
— Ты так просто не отделаешься! Ты почему утаиваешь столь важную информацию от семьи? Думаешь, если самостоятельно извернулся, то у тебя закончились все обязательства? Как ты мог?
Она не доставала палочку, но воздух вокруг нее искрил. Казалось, еще немного, и она испепелит его взглядом. И все же сути претензий Люциус не понимал:
— Я же пытался с тобой поговорить…
— Два каких-то совершенно дурацких намека не считаются! Ты почему не рассказал про хоркруксы?
— Боялся, что ты кинешься возрождать Лорда.
Все-таки в отношении Беллатрикс честность была лучшей политикой. Свояченица несколько раз молча открыла и закрыла рот, словно растеряла все слова, но потом все же взяла себя в руки:
— Скажи мне, мой дорогой родственничек, какие чувства испытал ты, когда узнал про хоркруксы?
— Ужас!
Бель удовлетворенно потерла руки:
— А почему?
— Да потому что я знаю, во что превращается личность с обломками души!
— Правильно! — Бель торжествовала. — А почему ты об этом не сказал никому? Ты что, один об этом знаешь? Да во всех темных семьях первая заповедь: «Не сотвори хоркрукса!» Ты подумал, что будет со всеми нами, если Лорд возродится с изувеченной душой? Это же безумие! Ты о детях наших подумал?
Бель инстинктивно погладила живот, и этим жестом настолько напомнила Люциусу Нарциссу, что ему показалось, будто его, как школяра, отчитывает собственная супруга. А ведь действительно—не подумал! Ему и в голову не приходило, что может сотворить с безрассудной Бель скорое материнство, что в ее жизни может появиться что-то важнее службы Темному Лорду. Как он мог упустить то, что Бель полностью отдавалась захватившему ее делу?
— Выпьешь? — Люциус решил перевести разговор в безопасное русло и, заметив недоуменный взгляд Бель, уточнил: — Лимонад?
Но сбить Беллу, взявшую след, было невозможно!
— Как все прошло?
Люциус пространно принялся описывать ритуал, не решаясь перейти к главному, но Бель спросила сама:
— Чашу… уничтожили?
Он только кивнул и сделал вид, что не заметил, как глаза Беллатрикс наполнились слезами. Однако она моментально взяла себя в руки, и лишь небольшая бледность и слегка влажный взгляд выдавали ее душевные метания.
— Так будет лучше… — тихо сказала Бель и едва слышно добавила: — Для него.
Она выпила предложенный бокал холодного лимонада и ушла, гордо задрав подбородок и с идеально ровной спиной. Люциус устало поднялся и побрел к камину. Такую ночь он не собирался досыпать в одиночестве.
Встревоженный Северус не спал:
— Как все прошло? Почему так долго?
Казалось, он перестал контролировать свои эмоции. Люциус постарался любезно улыбнуться, но получилось плохо. Тогда он скинул туфли и мантию и почти упал на скрипучую кровать. Засыпая, он чувствовал, как Северус бережно укрывает его одеялом и сам устраивается под боком. Перед тем как окончательно забыться тяжелым сном, Люциус еще успел прошептать:
— Утром… всё утром…
Проснулся Люциус в одиночестве и уже хотел было обидеться, но, выглянув в окно, передумал. Солнце настолько явно клонилось к закату, что ошибиться было невозможно — вечер. Где же Северус? Отбросив ревнивое желание помчаться к Блэку, Люциус отправился домой. В тишине парадного холла он сразу же услышал детские голоса. Мальчишки явно что-то замышляли, и Люциус начал подкрадываться к ним абсолютно бесшумно.
Гарри, похоже, пытался открыть дверь кабинета, но у него не получалось. Такого недоумения на выразительном лице много повидавшему Люциусу видеть не приходилось. А Драко, очевидно, подначивал приятеля. Он очень быстро что-то говорил на их обычном птичьем диалекте, а Гарри отвечал.
— Так-так! — Люциус решил обозначить свое присутствие.
Мальчишки, вопреки его предположению, не испугались.
— Бель, я все расскажу, как только уложу ребенка.
Беллатрикс мгновенно оказалась рядом и, убрав влажные волосы, осмотрела лоб Гарри.
— Отлично, я помогу тебе.
Отвязаться от нее всегда было непросто, а сейчас…
— Хорошо, только не шуми.
Они тихо вошли в детскую, и Люциус, очистив тело ребенка чарами, принялся надевать на него пижаму. Бель с интересом наблюдала за ними, но никак не комментировала, и это несказанно раздражало. Дождавшись, пока он закончит, Бель царственно протянула ему руку и позволила довести себя до гостиной.
— Ну? — повторила она.
— Всё! — так же лаконично ответил Люциус.
Беллатрикс рассвирепела:
— Ты так просто не отделаешься! Ты почему утаиваешь столь важную информацию от семьи? Думаешь, если самостоятельно извернулся, то у тебя закончились все обязательства? Как ты мог?
Она не доставала палочку, но воздух вокруг нее искрил. Казалось, еще немного, и она испепелит его взглядом. И все же сути претензий Люциус не понимал:
— Я же пытался с тобой поговорить…
— Два каких-то совершенно дурацких намека не считаются! Ты почему не рассказал про хоркруксы?
— Боялся, что ты кинешься возрождать Лорда.
Все-таки в отношении Беллатрикс честность была лучшей политикой. Свояченица несколько раз молча открыла и закрыла рот, словно растеряла все слова, но потом все же взяла себя в руки:
— Скажи мне, мой дорогой родственничек, какие чувства испытал ты, когда узнал про хоркруксы?
— Ужас!
Бель удовлетворенно потерла руки:
— А почему?
— Да потому что я знаю, во что превращается личность с обломками души!
— Правильно! — Бель торжествовала. — А почему ты об этом не сказал никому? Ты что, один об этом знаешь? Да во всех темных семьях первая заповедь: «Не сотвори хоркрукса!» Ты подумал, что будет со всеми нами, если Лорд возродится с изувеченной душой? Это же безумие! Ты о детях наших подумал?
Бель инстинктивно погладила живот, и этим жестом настолько напомнила Люциусу Нарциссу, что ему показалось, будто его, как школяра, отчитывает собственная супруга. А ведь действительно—не подумал! Ему и в голову не приходило, что может сотворить с безрассудной Бель скорое материнство, что в ее жизни может появиться что-то важнее службы Темному Лорду. Как он мог упустить то, что Бель полностью отдавалась захватившему ее делу?
— Выпьешь? — Люциус решил перевести разговор в безопасное русло и, заметив недоуменный взгляд Бель, уточнил: — Лимонад?
Но сбить Беллу, взявшую след, было невозможно!
— Как все прошло?
Люциус пространно принялся описывать ритуал, не решаясь перейти к главному, но Бель спросила сама:
— Чашу… уничтожили?
Он только кивнул и сделал вид, что не заметил, как глаза Беллатрикс наполнились слезами. Однако она моментально взяла себя в руки, и лишь небольшая бледность и слегка влажный взгляд выдавали ее душевные метания.
— Так будет лучше… — тихо сказала Бель и едва слышно добавила: — Для него.
Она выпила предложенный бокал холодного лимонада и ушла, гордо задрав подбородок и с идеально ровной спиной. Люциус устало поднялся и побрел к камину. Такую ночь он не собирался досыпать в одиночестве.
Встревоженный Северус не спал:
— Как все прошло? Почему так долго?
Казалось, он перестал контролировать свои эмоции. Люциус постарался любезно улыбнуться, но получилось плохо. Тогда он скинул туфли и мантию и почти упал на скрипучую кровать. Засыпая, он чувствовал, как Северус бережно укрывает его одеялом и сам устраивается под боком. Перед тем как окончательно забыться тяжелым сном, Люциус еще успел прошептать:
— Утром… всё утром…
Проснулся Люциус в одиночестве и уже хотел было обидеться, но, выглянув в окно, передумал. Солнце настолько явно клонилось к закату, что ошибиться было невозможно — вечер. Где же Северус? Отбросив ревнивое желание помчаться к Блэку, Люциус отправился домой. В тишине парадного холла он сразу же услышал детские голоса. Мальчишки явно что-то замышляли, и Люциус начал подкрадываться к ним абсолютно бесшумно.
Гарри, похоже, пытался открыть дверь кабинета, но у него не получалось. Такого недоумения на выразительном лице много повидавшему Люциусу видеть не приходилось. А Драко, очевидно, подначивал приятеля. Он очень быстро что-то говорил на их обычном птичьем диалекте, а Гарри отвечал.
— Так-так! — Люциус решил обозначить свое присутствие.
Мальчишки, вопреки его предположению, не испугались.
Страница 45 из 63
