Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
Добавить в моё избранное
216 мин, 22 сек 17807
Как ей это удается, никто не знает, но ведьмы рыдали все поголовно! И даже нашлись те, кто выступил с инициативой, чтобы его отпустили. Представляешь?
— С трудом, — честно признался Люциус.
— А все так и было. Авантюристка… — в голосе Блэка слышалось неприкрытое восхищение.
— С ними все ясно. Так о чем вы подумали?
— Это все придумал, в принципе, один Снейп. Я всегда знал, что он хитрый змей…
— Так что?
— Нам обязательно нужно, чтобы тебя судили! Но чтобы суд состоялся непременно после шестого июля.
— Полнолуние?
— Ну да… В общем, Рита так разогрела общественность, что теперь все просто жаждут момента, когда тебя будут судить.
Люциус содрогнулся.
— Но тогда меня просто разорвут…
— Нет, тогда Дамблдор не будет против суда над тобой.
— И что нам это даст?
— Будет суд, который тебя оправдает!
Даже так? Но Люциус все еще не верил:
— Ты не можешь поручиться…
— Адвоката тебе Нарцисса нашла. Говорит, самого лучшего. Но не в этом дело. Снейп придумал, как отыграть назад все обвинения. Мы проведем ритуал над диадемой. Гоблины засвидетельствуют то, что она является хоркруксом, а потом — что уже нет! Это докажет, что извлечение осколка души возможно и без разрушения оболочки. И только после этого мы прямо в суде освидетельствуем Гарри.
— Но… вдруг с диадемой не получится?
— Да куда она денется? Снейп еще придумал, что должны быть независимые свидетели, кроме гоблинов.
— Зачем?
— С одной стороны — для солидности, а с другой, если поискать, то в нашем законодательстве можно найти такую дыру, что гоблинское свидетельство не засчитают, — Блэк явно цитировал чужие слова.
— И что вы решили?
— Ритуал буду проводить я с братьями Лейстранджами. Они единственные, оставшиеся на свободе, к кому у новых властей нет никаких претензий. Снейп сварит зелье и не будет мешать…
Люциус угадал за этими словами нежелание Блэка подвергать Северуса этому… крайне болезненному испытанию и внутренне согласился.
— Он, конечно, настаивал на участии, но я сказал, что столь темная магия крайне чувствительна к чистоте крови. А для Лейстранджей это еще один шанс реабилитироваться… короче, он согласился.
Блэк поморщился, выдавая тем самым, что Северус согласился после долгих споров, но здесь Люциус был всецело на стороне Блэка, а тот продолжил:
— В общем, свидетелями будут Миллисента Багнолд, Бартемиус Крауч и Кингсли Шеклболт.
Люциуса ошеломил состав участников.
— Но ведь между ними нет ничего общего!
— В том-то и соль! Сговор исключен абсолютно. Снейп все-таки очень хитер…
— Но их же не удастся уговорить.
Блэк самодовольно усмехнулся:
— Уже! Багнолд не любит Фаджа, Крауч терпеть не может Дамблдора, а Шеклболту нужна известность для карьеры в аврорате…
— И как все будет?
— В день «икс» они прибудут ко мне на Гриммо и освидетельствуют диадему. Гоблинское свидетельство к тому времени у меня уже будет на руках. Затем они познакомятся с участниками ритуала. Сам ритуал они наблюдать не будут, но воспоминания о нем посмотрят. Затем они вновь освидетельствуют диадему и примут участие в уничтожении хоркрукса. Все!
— И ты уверен, что все получится?
— Абсолютно! А уже адвокат в суде разыграет это все как по нотам.
На первый взгляд в плане не было ни единого изъяна. Но Люциус отлично знал, что жизнь вносит свои коррективы в самые лучшие планы. А Блэк тем временем осмотрелся:
— А ничего у тебя тут… чистенько. Прохладно немного…
Он что, издевается? Но потом Люциус вспомнил, что Блэк провел в этих стенах намного больше времени.
— Можно подумать, у тебя было не так.
Блэк только довольно оскалился.
— Конечно, не так! Нас на этаже было шестнадцать… ты бы слышал, как некоторые выли, когда появлялись дементоры. Особенно из ваших.
— А ты не выл?
— И я выл, — Блэк довольно улыбался, — но в отличие от остальных я был собакой, и мне было простительно. Ладно, я побегу. А то там Рем, наверное, испереживался…
Блэк бодро перекинулся в собаку и пролез сквозь решетку, оставляя на ней клочки шерсти. В коридоре он вновь стал собой и очень серьезно сказал:
— Прости, что не принес шоколада. Он просто не выдерживает превращений вместе со мной. И чуть не забыл… Снейп передавал тебе огромный привет!
Люциус немного глупо улыбнулся. Наверняка Северусу пришлось вынудить Блэка это сказать. Но оставался еще один вопрос, ответ на который был просто необходим.
— Блэк!
Отошедший на несколько шагов Блэк остановился:
— Чего тебе?
— Зачем ты это делаешь?
— Что именно? — Блэк, казалось, на самом деле не понимал.
— С трудом, — честно признался Люциус.
— А все так и было. Авантюристка… — в голосе Блэка слышалось неприкрытое восхищение.
— С ними все ясно. Так о чем вы подумали?
— Это все придумал, в принципе, один Снейп. Я всегда знал, что он хитрый змей…
— Так что?
— Нам обязательно нужно, чтобы тебя судили! Но чтобы суд состоялся непременно после шестого июля.
— Полнолуние?
— Ну да… В общем, Рита так разогрела общественность, что теперь все просто жаждут момента, когда тебя будут судить.
Люциус содрогнулся.
— Но тогда меня просто разорвут…
— Нет, тогда Дамблдор не будет против суда над тобой.
— И что нам это даст?
— Будет суд, который тебя оправдает!
Даже так? Но Люциус все еще не верил:
— Ты не можешь поручиться…
— Адвоката тебе Нарцисса нашла. Говорит, самого лучшего. Но не в этом дело. Снейп придумал, как отыграть назад все обвинения. Мы проведем ритуал над диадемой. Гоблины засвидетельствуют то, что она является хоркруксом, а потом — что уже нет! Это докажет, что извлечение осколка души возможно и без разрушения оболочки. И только после этого мы прямо в суде освидетельствуем Гарри.
— Но… вдруг с диадемой не получится?
— Да куда она денется? Снейп еще придумал, что должны быть независимые свидетели, кроме гоблинов.
— Зачем?
— С одной стороны — для солидности, а с другой, если поискать, то в нашем законодательстве можно найти такую дыру, что гоблинское свидетельство не засчитают, — Блэк явно цитировал чужие слова.
— И что вы решили?
— Ритуал буду проводить я с братьями Лейстранджами. Они единственные, оставшиеся на свободе, к кому у новых властей нет никаких претензий. Снейп сварит зелье и не будет мешать…
Люциус угадал за этими словами нежелание Блэка подвергать Северуса этому… крайне болезненному испытанию и внутренне согласился.
— Он, конечно, настаивал на участии, но я сказал, что столь темная магия крайне чувствительна к чистоте крови. А для Лейстранджей это еще один шанс реабилитироваться… короче, он согласился.
Блэк поморщился, выдавая тем самым, что Северус согласился после долгих споров, но здесь Люциус был всецело на стороне Блэка, а тот продолжил:
— В общем, свидетелями будут Миллисента Багнолд, Бартемиус Крауч и Кингсли Шеклболт.
Люциуса ошеломил состав участников.
— Но ведь между ними нет ничего общего!
— В том-то и соль! Сговор исключен абсолютно. Снейп все-таки очень хитер…
— Но их же не удастся уговорить.
Блэк самодовольно усмехнулся:
— Уже! Багнолд не любит Фаджа, Крауч терпеть не может Дамблдора, а Шеклболту нужна известность для карьеры в аврорате…
— И как все будет?
— В день «икс» они прибудут ко мне на Гриммо и освидетельствуют диадему. Гоблинское свидетельство к тому времени у меня уже будет на руках. Затем они познакомятся с участниками ритуала. Сам ритуал они наблюдать не будут, но воспоминания о нем посмотрят. Затем они вновь освидетельствуют диадему и примут участие в уничтожении хоркрукса. Все!
— И ты уверен, что все получится?
— Абсолютно! А уже адвокат в суде разыграет это все как по нотам.
На первый взгляд в плане не было ни единого изъяна. Но Люциус отлично знал, что жизнь вносит свои коррективы в самые лучшие планы. А Блэк тем временем осмотрелся:
— А ничего у тебя тут… чистенько. Прохладно немного…
Он что, издевается? Но потом Люциус вспомнил, что Блэк провел в этих стенах намного больше времени.
— Можно подумать, у тебя было не так.
Блэк только довольно оскалился.
— Конечно, не так! Нас на этаже было шестнадцать… ты бы слышал, как некоторые выли, когда появлялись дементоры. Особенно из ваших.
— А ты не выл?
— И я выл, — Блэк довольно улыбался, — но в отличие от остальных я был собакой, и мне было простительно. Ладно, я побегу. А то там Рем, наверное, испереживался…
Блэк бодро перекинулся в собаку и пролез сквозь решетку, оставляя на ней клочки шерсти. В коридоре он вновь стал собой и очень серьезно сказал:
— Прости, что не принес шоколада. Он просто не выдерживает превращений вместе со мной. И чуть не забыл… Снейп передавал тебе огромный привет!
Люциус немного глупо улыбнулся. Наверняка Северусу пришлось вынудить Блэка это сказать. Но оставался еще один вопрос, ответ на который был просто необходим.
— Блэк!
Отошедший на несколько шагов Блэк остановился:
— Чего тебе?
— Зачем ты это делаешь?
— Что именно? — Блэк, казалось, на самом деле не понимал.
Страница 58 из 63
