Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
Добавить в моё избранное
216 мин, 22 сек 17809
Продолжая разглядывать зрителей, Люциус зацепился взглядом за плотного мужчину с усами, как у моржа. Тот вроде ничем особенным не выделялся, но что-то в нем было… Точно! Незнакомец, волнуясь, дотронулся до губ до боли знакомым жестом, а потом и вовсе скрестил руки на груди. Северус! Что он делает?! Разве он не понимает, что если его узнают… И нет такого Оборотного зелья, что действовало бы больше часа… а при входе в зал маги оставляют не только палочки… Гиппогриф его мать! Зачем он так рискует?! Но Северус едва заметно кивнул, обещая, что все будет хорошо, и с деланным спокойствием отвернулся.
Председательствующая Гризельда Марчбэнкс постучала молоточком по серебряному кругу, оповещая о начале заседания:
— Чрезвычайным составом Визенгамота слушается дело Люциуса Абрахаса Малфоя по обвинению в утаивании информации, могущей серьезно повлиять на жизнь магического сообщества, а также в попытке возродить Того-чье-имя-не-стоит-называть с помощью магии хоркруксов. Слово предоставляется Тиберию Огдену.
Люциус отметил, как поморщился Бартемиус Крауч, который демонстративно не сел на скамью судей. Его отставка с поста Верховного чародея Визенгамота была очень скандальной, и отношения с преемником не заладились. Нынешний Верховный чародей — Альбус Дамблдор — сидел в кресле и баюкал почерневшую руку, висевшую на перевязи. Скорее всего, он не отдавал себе отчета в том, каким нелепым выглядит этот жест вкупе с блестящей мантией веселой малиново-фиолетовой расцветки.
Огден говорил долго и обстоятельно. Он под большим секретом и с огромным отвращением рассказал присутствующим о черной магии хоркруксов, а также о том, что неминуемо происходит с их создателем. О том, какой страшной злонамеренной силой обладают эти покореженные осколки души, помещенные в предметы, а также о том, как трудно их уничтожить. Огден еще немного порассуждал о том, что хоркруксы могут овладевать магами, слишком долго бывшими поблизости, и о том, что если будет доказана такая одержимость, то при условии уничтожения хоркрукса и длительном лечении возможно избавление от этой страшной зависимости.
Люциус понял, что в качестве альтернативы Азкабану ему предлагают сдать Гарри и несколько лет провести в госпитале святого Мунго. А тем временем Огден перешел непосредственно к обвинениям. Публика в зале, затаив дыхание, слушала захватывающую историю о том, как Люциус Малфой нашел хоркрукс Темного Лорда и, никому об этом не сообщив, спрятал его у себя в поместье. А помогал ему в этом скрывающийся от следствия небезызвестный Северус Тобиас Снейп, больше полугода назад замеченный в непристойном скандале и с позором уволенный из школы магии, чародейства и волшебства, где по нелепой случайности был принят на должность профессора.
Если обвинения в свой адрес Люциус выслушал не моргнув глазом, то при упоминании имени Северуса, да еще в таком контексте, у него от гнева перехватило дыхание. И вдруг он заметил внимательный взгляд Дамблдора, обращенный на того-самого моржеподобного зрителя. Неужели узнал? Люциус не мог больше слушать речь обвинителя, слишком встревоженный поведением Дамблдора. Он же не выпустит Северуса из зала! А к трибуне легкой походкой уже шел его защитник — Тэд Тонкс. Люциус похолодел. Супруга Андромеды Блэк он знал только по слухам. По тем же слухам тот открыл адвокатскую контору, которая процветала… и все бы хорошо, если бы не одно «но». Работать Тонкс предпочитал в маггловском мире.
Чтобы скрыть разочарование, Люциус принялся наблюдать за Северусом. Тот сидел прямо и, похоже, дремал… хотя нет — притворялся. А вот Дамблдор от него отвлекся и даже забыл про собственную руку. Его взгляд стал очень цепким, а здоровая рука сжалась в кулак. Что случилось? Люциус понял, что Дамблдор так реагирует на речь Тонкса, и прислушался. Тот мягким голосом рассказывал о том, что его подзащитный хотел навсегда уничтожить хоркрукс Сами-знаете-кого, но когда выяснилось, что осколок души Темного Лорда помещен в ребенка, то его рука дрогнула. А Тонкс подводил свой рассказ к кульминации, до последнего момента не называя имени обреченного ребенка. Он рассказал, что его подзащитный нашел способ избавить ребенка от этого проклятья, не отнимая жизнь…
— Я протестую! — Дамблдор встал, всем своим видом выражая презрение к рассказу. — От проклятья хоркрукса избавить невозможно! — он прикрыл глаза и процитировал: — «Для надёжного уничтожения нужно необратимо повредить хоркрукс таким способом, от которого не существует магической защиты, или защита от которых крайне редка или малодоступна. Существует всего несколько средств, которые могут разрушить хоркруксы (в том числе, яд змея Василиска и Адское пламя). Также хоркрукс может уничтожить его создатель. Для этого он должен раскаяться, однако душевная боль при этом будет столь невыносима, что, скорее всего, убьёт волшебника».
Тэд Тонкс с кроткой улыбкой вызвал первого свидетеля. Настал звездный час Бартемиуса Крауча…
Председательствующая Гризельда Марчбэнкс постучала молоточком по серебряному кругу, оповещая о начале заседания:
— Чрезвычайным составом Визенгамота слушается дело Люциуса Абрахаса Малфоя по обвинению в утаивании информации, могущей серьезно повлиять на жизнь магического сообщества, а также в попытке возродить Того-чье-имя-не-стоит-называть с помощью магии хоркруксов. Слово предоставляется Тиберию Огдену.
Люциус отметил, как поморщился Бартемиус Крауч, который демонстративно не сел на скамью судей. Его отставка с поста Верховного чародея Визенгамота была очень скандальной, и отношения с преемником не заладились. Нынешний Верховный чародей — Альбус Дамблдор — сидел в кресле и баюкал почерневшую руку, висевшую на перевязи. Скорее всего, он не отдавал себе отчета в том, каким нелепым выглядит этот жест вкупе с блестящей мантией веселой малиново-фиолетовой расцветки.
Огден говорил долго и обстоятельно. Он под большим секретом и с огромным отвращением рассказал присутствующим о черной магии хоркруксов, а также о том, что неминуемо происходит с их создателем. О том, какой страшной злонамеренной силой обладают эти покореженные осколки души, помещенные в предметы, а также о том, как трудно их уничтожить. Огден еще немного порассуждал о том, что хоркруксы могут овладевать магами, слишком долго бывшими поблизости, и о том, что если будет доказана такая одержимость, то при условии уничтожения хоркрукса и длительном лечении возможно избавление от этой страшной зависимости.
Люциус понял, что в качестве альтернативы Азкабану ему предлагают сдать Гарри и несколько лет провести в госпитале святого Мунго. А тем временем Огден перешел непосредственно к обвинениям. Публика в зале, затаив дыхание, слушала захватывающую историю о том, как Люциус Малфой нашел хоркрукс Темного Лорда и, никому об этом не сообщив, спрятал его у себя в поместье. А помогал ему в этом скрывающийся от следствия небезызвестный Северус Тобиас Снейп, больше полугода назад замеченный в непристойном скандале и с позором уволенный из школы магии, чародейства и волшебства, где по нелепой случайности был принят на должность профессора.
Если обвинения в свой адрес Люциус выслушал не моргнув глазом, то при упоминании имени Северуса, да еще в таком контексте, у него от гнева перехватило дыхание. И вдруг он заметил внимательный взгляд Дамблдора, обращенный на того-самого моржеподобного зрителя. Неужели узнал? Люциус не мог больше слушать речь обвинителя, слишком встревоженный поведением Дамблдора. Он же не выпустит Северуса из зала! А к трибуне легкой походкой уже шел его защитник — Тэд Тонкс. Люциус похолодел. Супруга Андромеды Блэк он знал только по слухам. По тем же слухам тот открыл адвокатскую контору, которая процветала… и все бы хорошо, если бы не одно «но». Работать Тонкс предпочитал в маггловском мире.
Чтобы скрыть разочарование, Люциус принялся наблюдать за Северусом. Тот сидел прямо и, похоже, дремал… хотя нет — притворялся. А вот Дамблдор от него отвлекся и даже забыл про собственную руку. Его взгляд стал очень цепким, а здоровая рука сжалась в кулак. Что случилось? Люциус понял, что Дамблдор так реагирует на речь Тонкса, и прислушался. Тот мягким голосом рассказывал о том, что его подзащитный хотел навсегда уничтожить хоркрукс Сами-знаете-кого, но когда выяснилось, что осколок души Темного Лорда помещен в ребенка, то его рука дрогнула. А Тонкс подводил свой рассказ к кульминации, до последнего момента не называя имени обреченного ребенка. Он рассказал, что его подзащитный нашел способ избавить ребенка от этого проклятья, не отнимая жизнь…
— Я протестую! — Дамблдор встал, всем своим видом выражая презрение к рассказу. — От проклятья хоркрукса избавить невозможно! — он прикрыл глаза и процитировал: — «Для надёжного уничтожения нужно необратимо повредить хоркрукс таким способом, от которого не существует магической защиты, или защита от которых крайне редка или малодоступна. Существует всего несколько средств, которые могут разрушить хоркруксы (в том числе, яд змея Василиска и Адское пламя). Также хоркрукс может уничтожить его создатель. Для этого он должен раскаяться, однако душевная боль при этом будет столь невыносима, что, скорее всего, убьёт волшебника».
Тэд Тонкс с кроткой улыбкой вызвал первого свидетеля. Настал звездный час Бартемиуса Крауча…
Страница 60 из 63
