Фандом: Вавилон 5. История из детства атташе На'Тот.
Добавить в моё избранное
20 мин, 20 сек 4686
Он'ни нужен чистый воздух, то и дело повторял он.
… Отец и мать почти всегда разговаривали на другом языке, когда оставались наедине. К'Яла понимала его и могла говорить на нем, но взрослые это не одобряли. Тетушка однажды отвесила ей пощечину, когда девочка попыталась обратиться к ней на этом языке.
— Не смей говорить по-центавриански в этом доме! — прошипела тетя Ла'Эт. — На нем говорят только предатели и трусы, запомни это!
Это было очень обидно, но К'Яла не стала плакать, чем заслужила молчаливое одобрение кузена, однако урок запомнился ей надолго.
Хотя осталась некоторая озадаченность. Почему тогда ее родители говорили на этом языке? Они определенно не были предателями. Она могла поклясться в этом.
Впрочем, взрослые могли делать многие запретные вещи…
Например, ходить в горы.
Это было ее заветной мечтой.
Их поместье располагалось на границе пустыни, и на горизонте можно было увидеть горы, скрытые за дрожащим маревом.
— Я хочу пойти туда, он'тар! — говорила девочка.
Отец и тетя покачивали головами и отвечали:
— Там очень опасно. Только могучие охотники могут ходить туда в одиночку.
К'Яла рассерженно топала ногой.
— Но разве я не великий охотник?!
Она не лгала. В последнее время их семья ела дичь, которую притаскивали домой дети. Конечно, этих охотничьих трофеев не хватало для пропитания всех родичей, но взрослые всегда выглядели очень серьезными, когда К'Яла отдавала им свою скромную добычу.
Тогда отец смеялся и брал ее на руки.
— Конечно, ты великий охотник, дочь моя!
И начинал ее щекотать.
— Значит, мне можно ходить в горы? — спрашивала она в отчаянной надежде, пытаясь не визжать слишком громко.
Отец снова качал головой.
— Нет, малышка. Ты еще слишком юна. У тебя даже нет взрослого имени. А могучий охотник должен иметь взрослое имя. К тому же… он не боится щекотки!
Девочка взвизгивала снова, пытаясь вырваться из его рук.
— А моему кузену можно ходить в горы?
Отец вздыхал, недовольный ее настойчивостью.
— Да, На'Иру можно ходить в горы, потому что у него уже есть взрослое имя.
— Но он охотится хуже меня! — ревниво говорила она. — И кричит во сне! Как глупый младенец, еще не покинувший сумки! Он кричит во сне каждую ночь и мешает мне спать!
Отец хмурился и говорил негромко, наклонившись к ней.
— Быть может, ты права, малышка. На'Ир не такой искусный охотник, как ты. Но тебе не стоит говорить об этом на каждом углу. Ты ведь знаешь, через что пришлось пройти твоему двоюродному брату…
Она нетерпеливо кивнула, зная то, что он хотел сказать.
Да, ей было известно, что ее кузен прежде жил на другой планете. Это место называлось Хайлак-7. На'Ир говорил, что там не было пустынь, постоянно шли дожди и повсюду росли живые деревья. Она не верила ему, полагая, что он лжет. Из-за этого они часто дрались.
«Если там было так хорошо, то почему ты приехал сюда?!» — ворчала она, пытаясь пнуть его в живот во время очередного спора.
На'Ир мрачнел и злился, когда она задавала такие вопросы. И К'Яла знала, что поступает немного нечестно.
Война.
Еще одно странное слово.
Он переехал сюда, потому что там началась война. К'Яла знала также, что большая часть родственников, живших на Хайлаке-7, погибли. А сам кузен едва не угодил в плен к дилгарам. Вот почему он кричал во сне.
Да, На'Ир уже получил взрослое имя, но кричал во сне, как младенец. Этого полагалось стыдиться. Но взрослые по каким-то причинам не укоряли его.
Она не могла понять, почему они так поступали.
Голод становился всё сильнее, и дети больше не играли, слишком ослабев для этого.
К'Яла слышала странные разговоры взрослых, и они становились более ворчливыми и строгими.
Отец говорил, что Голод наступил из-за Войны.
Тетка утверждала, что Голод пришел из-за центавриан. Метлоголовые — так их называли взрослые в разговорах между собой.
Центавриане-метлоголовые были виноваты во всех несчастьях.
Девочка не понимала, почему в таком случае тетка щелкала ее по затылку каждый раз, когда она пыталась сказать, что во всех ее шалостях тоже виноваты центавриане.
Голод начал собирать свои жертвы.
Сперва он убил маленького новорожденного сына дяди Шу'Рена. Тетя Г'Са'Лид была очень расстроена из-за этого, несмотря на то, что все родичи говорили в один голос, что ей не стоит горевать об этом малыше, что у нее еще будут другие дети.
«Добрая» Ла'Эт, которая всегда недолюбливала Г'Са'Лид, добавила, не желая упустить возможность поддеть ее:
«Ты же понимаешь, что тебе пришлось бы все равно оставить своего малыша в горах, как полагается по закону во время голода»…
… Отец и мать почти всегда разговаривали на другом языке, когда оставались наедине. К'Яла понимала его и могла говорить на нем, но взрослые это не одобряли. Тетушка однажды отвесила ей пощечину, когда девочка попыталась обратиться к ней на этом языке.
— Не смей говорить по-центавриански в этом доме! — прошипела тетя Ла'Эт. — На нем говорят только предатели и трусы, запомни это!
Это было очень обидно, но К'Яла не стала плакать, чем заслужила молчаливое одобрение кузена, однако урок запомнился ей надолго.
Хотя осталась некоторая озадаченность. Почему тогда ее родители говорили на этом языке? Они определенно не были предателями. Она могла поклясться в этом.
Впрочем, взрослые могли делать многие запретные вещи…
Например, ходить в горы.
Это было ее заветной мечтой.
Их поместье располагалось на границе пустыни, и на горизонте можно было увидеть горы, скрытые за дрожащим маревом.
— Я хочу пойти туда, он'тар! — говорила девочка.
Отец и тетя покачивали головами и отвечали:
— Там очень опасно. Только могучие охотники могут ходить туда в одиночку.
К'Яла рассерженно топала ногой.
— Но разве я не великий охотник?!
Она не лгала. В последнее время их семья ела дичь, которую притаскивали домой дети. Конечно, этих охотничьих трофеев не хватало для пропитания всех родичей, но взрослые всегда выглядели очень серьезными, когда К'Яла отдавала им свою скромную добычу.
Тогда отец смеялся и брал ее на руки.
— Конечно, ты великий охотник, дочь моя!
И начинал ее щекотать.
— Значит, мне можно ходить в горы? — спрашивала она в отчаянной надежде, пытаясь не визжать слишком громко.
Отец снова качал головой.
— Нет, малышка. Ты еще слишком юна. У тебя даже нет взрослого имени. А могучий охотник должен иметь взрослое имя. К тому же… он не боится щекотки!
Девочка взвизгивала снова, пытаясь вырваться из его рук.
— А моему кузену можно ходить в горы?
Отец вздыхал, недовольный ее настойчивостью.
— Да, На'Иру можно ходить в горы, потому что у него уже есть взрослое имя.
— Но он охотится хуже меня! — ревниво говорила она. — И кричит во сне! Как глупый младенец, еще не покинувший сумки! Он кричит во сне каждую ночь и мешает мне спать!
Отец хмурился и говорил негромко, наклонившись к ней.
— Быть может, ты права, малышка. На'Ир не такой искусный охотник, как ты. Но тебе не стоит говорить об этом на каждом углу. Ты ведь знаешь, через что пришлось пройти твоему двоюродному брату…
Она нетерпеливо кивнула, зная то, что он хотел сказать.
Да, ей было известно, что ее кузен прежде жил на другой планете. Это место называлось Хайлак-7. На'Ир говорил, что там не было пустынь, постоянно шли дожди и повсюду росли живые деревья. Она не верила ему, полагая, что он лжет. Из-за этого они часто дрались.
«Если там было так хорошо, то почему ты приехал сюда?!» — ворчала она, пытаясь пнуть его в живот во время очередного спора.
На'Ир мрачнел и злился, когда она задавала такие вопросы. И К'Яла знала, что поступает немного нечестно.
Война.
Еще одно странное слово.
Он переехал сюда, потому что там началась война. К'Яла знала также, что большая часть родственников, живших на Хайлаке-7, погибли. А сам кузен едва не угодил в плен к дилгарам. Вот почему он кричал во сне.
Да, На'Ир уже получил взрослое имя, но кричал во сне, как младенец. Этого полагалось стыдиться. Но взрослые по каким-то причинам не укоряли его.
Она не могла понять, почему они так поступали.
Голод становился всё сильнее, и дети больше не играли, слишком ослабев для этого.
К'Яла слышала странные разговоры взрослых, и они становились более ворчливыми и строгими.
Отец говорил, что Голод наступил из-за Войны.
Тетка утверждала, что Голод пришел из-за центавриан. Метлоголовые — так их называли взрослые в разговорах между собой.
Центавриане-метлоголовые были виноваты во всех несчастьях.
Девочка не понимала, почему в таком случае тетка щелкала ее по затылку каждый раз, когда она пыталась сказать, что во всех ее шалостях тоже виноваты центавриане.
Голод начал собирать свои жертвы.
Сперва он убил маленького новорожденного сына дяди Шу'Рена. Тетя Г'Са'Лид была очень расстроена из-за этого, несмотря на то, что все родичи говорили в один голос, что ей не стоит горевать об этом малыше, что у нее еще будут другие дети.
«Добрая» Ла'Эт, которая всегда недолюбливала Г'Са'Лид, добавила, не желая упустить возможность поддеть ее:
«Ты же понимаешь, что тебе пришлось бы все равно оставить своего малыша в горах, как полагается по закону во время голода»…
Страница 2 из 6
