Лордик Малфой

— Благодаря твоему папаше я вынужден был шесть лет жить у Гермионы в качестве домашнего питомца, а благодаря тебе я снова оказался в бегах! Это ведь тебя искали авроры в тот день.

Драко сглотнул и зажмурился. Он дернулся, но веревка удержала его на месте.

— Я тебя сразу узнал, в первый же день! Таких блеклых блондинов по всей Британии не сыщешь, — Ред сплюнул в ванну, показывая, очевидно, свое истинное отношение к Малфоям в общем и к Драко в частности.

Драко попытался перегрызть веревку, но Ред погрозил кулаком, и он, опустив хвост, оставил попытки сбежать.

— С каким бы удовольствием я тебя грохнул! — смачно продолжил Ред, и Драко поежился. — Но ты мне нужен живым. Как удачно, что ты тоже в бегах! И, если верить прессе, ты гораздо более важная шишка, чем я. Так что я сдам тебя аврорам. За это они скостят мне срок, а там, глядишь, и под амнистию попаду — я же не политический.

Подобное заявление едва ли обнадежило Драко, уверенного в том, что в застенках Азкабана его ждет жуткая, мучительная смерть. Но мысль о том, что мгновенная гибель от рук Реда отменяется, не могла не привнести толику оптимизма в черные мысли Малфоя. Ему бы очень хотелось поговорить с Редом, убедить его не ходить к аврорам, предложить несколько вариантов, которые, как грибы после дождя, прорастали в его воображении, но сказать он ничего не мог. Поэтому ему оставалось только болтаться на бельевой веревке в ожидании своей участи.

Ред несколько раз сжал и разжал кулаки, словно разминаясь, а потом занес руку. Малфой зажмурился, ожидая удара, но его не последовало. Ред передумал. Вместо этого он связал Драко, надежно зафиксировав его лапы так, чтобы хорек не смог перегрызть веревку, и устроил его на кафельном полу. А затем превратился в кота. Хищно клацнув зубами, он размахнулся и наотмашь ударил Драко по мордочке, полагая, видимо, что теперь они в равной весовой категории. Малфой почувствовал жгучую боль, но Ред ударил снова, на этот раз выпустив когти. Голова Драко закружилась от боли, на языке возник привкус крови. Ред оглядел свою жертву и, удовлетворившись, схватил в зубы конец веревки и поволок фуро за собой.

Каждая ступенька, с которой он падал, болезненно отдавалась в ребрах Драко. Окровавленная шерстка закрывала глаза, и Малфой практически не видел, что с ним происходило. Лестница закончилась, и Ред поволок его в кухню, к разбитому им окну.

— Я же дело на столе оставила! — услышал вдруг Малфой звонкий голос Гермионы и потерял сознание.

Очнувшись, Драко открыл глаза не сразу. Все тело его болело. Он интуитивно потянулся к лицу и вдруг обнаружил, что дотрагивается до заплывшего глаза пальцами. Драко приоткрыл здоровый глаз. Ошибки быть не могло: он — человек! Слегка повернув голову, Малфой понял, что лежит на знакомом диване в гостиной Гермионы, прикрытый тонким пледом. Непонятно зачем Драко ощупал шею: ошейник был на месте. Он глубоко вздохнул и тут же застонал: вздох разлился по грудной клетке тупой болью.

— Сейчас, сейчас, — услышал он голос Гермионы, и его сердце забилось сильнее, — сейчас я обработаю твой глаз, и станет полегче.

— Где Ред? — почти шепотом спросил Малфой, с удивлением услышав свой хриплый после долгого молчания голос.

— В аврорате, где ему и место.

Забыв о боли, Драко вскочил. Плед упал на пол, обнажая его тело, и Гермиона, покраснев, отвернулась.

— Как в аврорате?! — заорал Малфой. Сейчас было совершенно наплевать на то, как он выглядел. — Он же сдаст меня! Уже сдал, наверное!

— Не сдаст, — тихо сказала Гермиона, теребя в руках поднятый с пола плед.

— Он обещал, ему за это срок скостят! — возразил Драко и без сил рухнул на подушку.

— Я… — Грейнджер запнулась. — Я применила к нему Обливиэйт, он не помнит ничего про тебя.

Драко не мог поверить своим ушам. Гермиона стерла память его мучителя!

— Но ты же теперь, получается, соучастница, — сказал он с замиранием сердца.

— Я стала соучастницей, когда позволила тебе остаться, — она подняла на него глаза. — Теперь уже отступать поздно. К тому же, — она выдержала паузу, — что-то подсказывает мне, что в твоем деле не все чисто.

Их взгляды встретились, и у Драко перехватило дыхание. Еще чуть-чуть, только мгновение в этих глазах, и боль отступит, и станет легко, и руки взлетят к ее плечам, и голова закружится…

В дверь позвонили, и волшебная нить, соединившая было Драко и Гермиону, оборвалась. Малфой вздрогнул, задрожал и с головой укрылся пледом. Грейнджер нахмурилась, взяла палочку и пошла открывать.

— Гермиона! Как ты?! — на пороге стоял Поттер, взлохмаченный и взволнованный. — Ты сдала Реда аврорам! В одиночку справилась с опасным преступником! А я так переживал, я волновался! Как только узнал, сразу к тебе…