Фандом: My Little Pony. Найтмер Мун победила. Сразила Селестию, разбила Элементы, изгнала солнце. Много воды утекло с той поры. Так много, что Найтмер успела не раз обдумать свои поступки. Разумеется, ошибки непросто исправить. Ничто не проходит бесследно, даже для властителей мира.
Добавить в моё избранное
21 мин, 54 сек 7362
— Ты ведь поможешь, да? Ты обещала. Я всё делала, чтобы ты помогла. Ведь так?
— Луна, постой. Я не думаю, что нужно выступать против Селестии, — слова срывались с губ. Тысячи раз она повторяла их у себя в голове, но всё равно не находила, как произнести это более осторожно. А овладеть Дискордом получилось так естественно.
— Но это же ты придумала, помнишь? — заулыбалась Луна. Такая невозмутимая, такая самоуверенная. — Сказала, что она затмевает меня, что хочет всё королевство себе. Сказала, что никто не любит меня, никто не уважает и не думает обо мне. А я всё помню. До сих пор слышу твои слова — тихие, но настоящие. Уж мы им покажем. Кто у нас есть, кроме друг друга? Ты ведь так говорила. Мы остановим её, а потом будем править нашими верными подданными. Твоё обещание.
— Луна…
— Я боялась, что не сработает. Боялась, что ты солжёшь, — затараторила Луна. — Я столько дней откладывала встречу, всё не хотела: она же мне сестра. Но вот ты здесь, как обещала. Обещала — и сделала. Так что всё сработает. Сработает. Ты ведь не обманешь.
— Это бред сумасшедшей, Луна. Остынь и послушай, что говоришь.
— Нет, у меня с головой полный порядок. Так не всегда бывало, но потом я прислушалась к тебе, и всё обрело смысл. Сейчас мы остановим Селестию, и всё будет хорошо, — Луна отвернулась к двери. — Пойдём скорее, нельзя, чтобы она что-то заподозрила. Ударим кинжалом в ночи.
— Луна, я пришла, чтобы помочь, — Найтмер Мун положила копыто ей на плечо. — Но не помочь свергнуть собственную сестру. Это опасно, а ты не в себе. Давай успокоимся и просто поговорим с ней.
В воздухе повисло молчание. Найтмер Мун хотелось осмотреть свою бывшую комнату, но она сдержала порыв. Только краем глаза заметила старенький стол с резьбой в виде кругов и полумесяцев — подарок Селестии, — и боль когтями впилась ей в живот. Краем глаза заметила постель с шёлковыми простынями и голубыми балдахинами. В носу засвербел знакомый запах — старое дерево и пот. Неделями она ворочалась на кровати, погружённая в думы.
— Ты не она…
— Что? — Найтмер Мун прянула ухом.
— Ты не она! — Луна отпихнула её ногу. — Она бы так быстро не передумала. Селестия — злобная, самовлюблённая змея, вот что она твердила недели напролёт.
— Я только…
Луна распахнула крылья, и на пол упало несколько пёрышек.
— И она была права. С чего бы всем ненавидеть меня? С чего бы всем спать каждую ночь, плевать мне в лицо на каждой аудиенции? Я помогла одолеть Дискорда, разделила власть с моей… с Селестией. Змея! Презираю её!
— Неправда! Я не презираю её! Я… — в горле пересохло.
— Это она тебя подослала, да? Разузнала, что хоть кто-то понимает меня, не стерпела и послала самозванку, чтобы оболгать! — рог Луны зажёгся, глаза засверкали.
— Луна, послушай! — и снова всё повторяется. Каждый раз Луна вела себя одинаково. Новая неудача в копилке тысяч похожих.
Магия плетью стегнула Найтмер по груди; шерсть стала влажной от крови. Что-то новенькое.
— Тебе не надо никому вредить. Ни мне, ни своей сестре, — с трудом, но ровным тоном выдавила Найтмер Мун. Голос её дрогнул, когда она призвала чары, и рана затянулась в мгновение ока.
— Молчать!
Комнату прочертило новое заклинание, но отскочило от охранного оберега Найтмер и угодило в стол.
Хруст дерева. Бурление магии.
Она опустила щит — пузырь голубоватого волшебства; тот, без единой царапинки, растворился в воздухе.
— Принцесса Луна, ты хочешь другого. Поверь мне. Найтмер лжёт: сестра тебе не враг.
— Она с самого рождения на меня клевещет. Прислуга, подданные — все меня ненавидят. Потчует их ложью и наветами с рождения, — третий удар; кровать разлетелась в щепки. — Селестия за мной шпионит? Переодела своего стражника, чтоб на неё был похож? Вот ты кто на самом деле, а? Иллюзия! Болванка!
Рог Луны озарился светом, и с него сорвался тонкий луч голубоватого света.
Этот звук — жужжание пчёл, гром молнии, кипение воды.
Луч поразил щит Найтмер Мун и разбился на несколько меньших сгустков, посёкших книги, стулья, окна.
Шуршание бумаги. Треск дерева. Звон стекла. Вскрик.
Свечение погасло. Когда Найтмер распахнула глаза, внутри всё болезненно скрутило.
Тяжело пыхтя, Луна скорчилась на полу в круге палёных перьев. Правое крыло стало короче левого: кончик снесло начисто. В воздухе разлилась вонь пепла и дыма.
Найтмер Мун поглядела по сторонам, однако уже знала, чего ожидать. В повисшей гробовой тишине пламя трещало оглушительно громко. Её настоящие покои давным-давно поглотил Вечнодикий, но всё равно было неприятно смотреть, как огонь пожирает комнату.
— Ещё… ещё не конец! Какой-то поддельный стражник меня не остановит! — Луна зашлась кашлем. — Я подниму луну, и она поможет. Она всегда знает, что делать.
— Луна, постой. Я не думаю, что нужно выступать против Селестии, — слова срывались с губ. Тысячи раз она повторяла их у себя в голове, но всё равно не находила, как произнести это более осторожно. А овладеть Дискордом получилось так естественно.
— Но это же ты придумала, помнишь? — заулыбалась Луна. Такая невозмутимая, такая самоуверенная. — Сказала, что она затмевает меня, что хочет всё королевство себе. Сказала, что никто не любит меня, никто не уважает и не думает обо мне. А я всё помню. До сих пор слышу твои слова — тихие, но настоящие. Уж мы им покажем. Кто у нас есть, кроме друг друга? Ты ведь так говорила. Мы остановим её, а потом будем править нашими верными подданными. Твоё обещание.
— Луна…
— Я боялась, что не сработает. Боялась, что ты солжёшь, — затараторила Луна. — Я столько дней откладывала встречу, всё не хотела: она же мне сестра. Но вот ты здесь, как обещала. Обещала — и сделала. Так что всё сработает. Сработает. Ты ведь не обманешь.
— Это бред сумасшедшей, Луна. Остынь и послушай, что говоришь.
— Нет, у меня с головой полный порядок. Так не всегда бывало, но потом я прислушалась к тебе, и всё обрело смысл. Сейчас мы остановим Селестию, и всё будет хорошо, — Луна отвернулась к двери. — Пойдём скорее, нельзя, чтобы она что-то заподозрила. Ударим кинжалом в ночи.
— Луна, я пришла, чтобы помочь, — Найтмер Мун положила копыто ей на плечо. — Но не помочь свергнуть собственную сестру. Это опасно, а ты не в себе. Давай успокоимся и просто поговорим с ней.
В воздухе повисло молчание. Найтмер Мун хотелось осмотреть свою бывшую комнату, но она сдержала порыв. Только краем глаза заметила старенький стол с резьбой в виде кругов и полумесяцев — подарок Селестии, — и боль когтями впилась ей в живот. Краем глаза заметила постель с шёлковыми простынями и голубыми балдахинами. В носу засвербел знакомый запах — старое дерево и пот. Неделями она ворочалась на кровати, погружённая в думы.
— Ты не она…
— Что? — Найтмер Мун прянула ухом.
— Ты не она! — Луна отпихнула её ногу. — Она бы так быстро не передумала. Селестия — злобная, самовлюблённая змея, вот что она твердила недели напролёт.
— Я только…
Луна распахнула крылья, и на пол упало несколько пёрышек.
— И она была права. С чего бы всем ненавидеть меня? С чего бы всем спать каждую ночь, плевать мне в лицо на каждой аудиенции? Я помогла одолеть Дискорда, разделила власть с моей… с Селестией. Змея! Презираю её!
— Неправда! Я не презираю её! Я… — в горле пересохло.
— Это она тебя подослала, да? Разузнала, что хоть кто-то понимает меня, не стерпела и послала самозванку, чтобы оболгать! — рог Луны зажёгся, глаза засверкали.
— Луна, послушай! — и снова всё повторяется. Каждый раз Луна вела себя одинаково. Новая неудача в копилке тысяч похожих.
Магия плетью стегнула Найтмер по груди; шерсть стала влажной от крови. Что-то новенькое.
— Тебе не надо никому вредить. Ни мне, ни своей сестре, — с трудом, но ровным тоном выдавила Найтмер Мун. Голос её дрогнул, когда она призвала чары, и рана затянулась в мгновение ока.
— Молчать!
Комнату прочертило новое заклинание, но отскочило от охранного оберега Найтмер и угодило в стол.
Хруст дерева. Бурление магии.
Она опустила щит — пузырь голубоватого волшебства; тот, без единой царапинки, растворился в воздухе.
— Принцесса Луна, ты хочешь другого. Поверь мне. Найтмер лжёт: сестра тебе не враг.
— Она с самого рождения на меня клевещет. Прислуга, подданные — все меня ненавидят. Потчует их ложью и наветами с рождения, — третий удар; кровать разлетелась в щепки. — Селестия за мной шпионит? Переодела своего стражника, чтоб на неё был похож? Вот ты кто на самом деле, а? Иллюзия! Болванка!
Рог Луны озарился светом, и с него сорвался тонкий луч голубоватого света.
Этот звук — жужжание пчёл, гром молнии, кипение воды.
Луч поразил щит Найтмер Мун и разбился на несколько меньших сгустков, посёкших книги, стулья, окна.
Шуршание бумаги. Треск дерева. Звон стекла. Вскрик.
Свечение погасло. Когда Найтмер распахнула глаза, внутри всё болезненно скрутило.
Тяжело пыхтя, Луна скорчилась на полу в круге палёных перьев. Правое крыло стало короче левого: кончик снесло начисто. В воздухе разлилась вонь пепла и дыма.
Найтмер Мун поглядела по сторонам, однако уже знала, чего ожидать. В повисшей гробовой тишине пламя трещало оглушительно громко. Её настоящие покои давным-давно поглотил Вечнодикий, но всё равно было неприятно смотреть, как огонь пожирает комнату.
— Ещё… ещё не конец! Какой-то поддельный стражник меня не остановит! — Луна зашлась кашлем. — Я подниму луну, и она поможет. Она всегда знает, что делать.
Страница 4 из 7
