Красавчик

Казалось, он неизменно подавлял своим присутствием, как только они оказывались в одном классе или коридоре. Честно говоря, он подавлял Оливера уже тем, что учился с ним в одной школе. И то, что Флинт был капитаном футбольной команды, куда Оливер так хотел попасть, было даже закономерно.

Оливер, как и всегда, сидел на скамейке запасных и щурился от ярких лучей солнца, глядя на потасовку на поле.

Уоррингтон пропускал один за другим, Флинт надрывал глотку, перестраивая игроков раз за разом. Оливер удрученно покачал головой. На его взгляд, Маркус все делал неправильно. Джонсон — сильная, крепкая девчонка, но ловкая и маневренная — ее спокойно можно поставить на нападение вместо неповоротливого Кребба. Он ведь как деревянный, совсем не чувствует мяч. Конечно, его даже Монтегю обыгрывает влегкую. Но у Флинта, кажется, комплексы. Поставить девку в атаку все равно, что сразу продуть всухую, — повторял он постоянно. Собственно по этим же соображениям он не ставил и самого Оливера на заветное вратарское место, ведь сравнить его с бабой для Флинта — милое дело.

— … Кас, мать твою, ты вообще траекторию полета мяча видишь?! — снова заорал Флинт, и Оливер прищурился, разглядывая его искривленное от гнева лицо. Никакой выдержки, право слово. Как можно настолько не уметь держать свои эмоции под контролем?

— Это ты ничего не видишь, идиот, — буркнул он себе под нос. — Он так с первой тренировки играет, — поспешил добавить Оливер, хотя все равно его никто не слышал. Но вторая часть фразы действительно была правдой. Оливеру даже казалось, что Маркус выбирал вратаря по принципу: кто угодно, но только не Вуд.

— Хватит уже мечтать о сиськах Булдстроуд, — рявкнул Флинт, явно раздраженный ответом Уоррингтона, пытающегося оправдаться. — А то быстро из команды вылетишь.

Неожиданно он перевел взгляд на Оливера, с любопытством наблюдающего за этим разговором.

— Вуда вот возьму в команду, — криво усмехнулся Флинт, и вся команда, словно ждала этого, засмеялась над его словами.

Оливер сжал зубы и немигающе посмотрел на Маркуса, желая тому провалиться сквозь землю, потом встал и закинул сумку на плечо.

— Эй, Вуд, пойдешь в команду? — Флинт явно не собирался на этом останавливаться.

Оливер же решил, что интернациональный жест, состоящий из поднятого вверх среднего пальца, станет тому достаточно красноречивым ответом.

— Мудак, — прошипел он еле слышно, уходя с поля под громкий смех команды.

Того раздосадованного и растерянного взгляда, каким Маркус провожал его, Оливер, конечно, уже не видел.

Лос-Анджелес, август, 2002

— Слушай, а где салат? — вынырнул из воспоминаний Оливер, когда перед ним поставили тарелку с какими-то смешными маленькими бутербродами. Он припоминал, что когда-то уже видел подобное. Кажется, мама, когда еще жила с ними и работала в одном ресторанчике, приносила домой «канапе». Он тогда еще долго дразнился, таким смешным казалось это название. Да и сами бутерброды были смешными — маленькими, красивыми, словно игрушечными, но непередаваемо вкусными, особенно в сравнении с большим неаккуратным ломтем черного хлеба, намазанным дешевым паштетом, который Оливер все детство, сколько себя помнил, ел на завтрак.

— Его подают в самом конце, — хмыкнул Маркус, одним резким движением расправляя белоснежную салфетку.

— Черт, я только салатную вилку и знаю, — прошипел Оливер, с ужасом разглядывая весь представленный набор столовых приборов.

— Не знаю, как вас, но меня эти вилки порядком пугают, — тут же отозвался Теодор, широко улыбаясь, и подхватил канапе с тарелки пальцами.

Оливер с благодарностью посмотрел на него и поспешил подтвердить подкинутую ему «отмазку».

— Не то слово. Сколько родители ни бились надо мной с этим столовым этикетом, так ничего и не добились.

Он подцепил канапе с тарелки и сдержанно укусил, хотя эти бутерброды были действительно настолько маленькими, что, на взгляд Оливера, их можно было целиком запихивать в рот. Теодор продолжал смотреть на него, улыбаясь так, словно он очень удачно пошутил только что. Оливер повернул голову чуть в сторону и схватил бокал. Он поспешно сделал глоток и тут заметил, как Маркус на него смотрит: напряженно и тяжело. От этого взгляда Оливер поперхнулся и громко закашлялся. Нотт порывался было подскочить, чтобы помочь, но Флинт уже с силой хлопнул его по спине.

Когда Оливер откашлялся, канапе уже унесли. Прямо возле лица замаячила небольшая вазочка с чем-то зеленым, похожим на мороженое, и Оливер смело зачерпнул ложку с горкой и сунул в рот.

— Что это? — просипел он, скривившись.

— «Это» отбивает вкус предыдущего блюда, — Маркуса явно забавляла его неуклюжесть, да и младшего Нотта, похоже, тоже. Одному Оливеру было не до смеха. Отнюдь не хотелось выглядеть идиотом.

— А-а-а, — протянул он и уткнулся взглядом в принесенную новую тарелку с горячим.