Красавчик

Оливер почти физически ощущал взгляды, направленные на них и, не зная, куда деть руки в этом случае, когда ему досталась явно женская роль в танце, скользнул ладонями по плечам Флинта и сжал их на его предплечьях. Маркус резко дернул его еще ближе, буквально впечатывая в себя, и Оливер шумно выдохнул, запрокидывая голову назад. Маркус склонил голову, не отпуская его ни на дюйм, коснулся носом шеи, и Оливер уже успел почувствовать его горячее дыхание на своей коже, как Марк вдруг резко дернул его, разворачивая вокруг своей оси и больно сжимая пальцы на запястье, вновь прижимая к себе, но на этот раз спиной.

— Не надо этих игр, Оливер, — и от того, что Маркус назвал его по имени вместо уже ожидаемого обращения по фамилии, он вздрогнул.

Флинт снова резко дернул его, так что Оливер едва не оттоптал ему ноги, не успевая за бешеным темпом. Он резко вывернулся, снова оказываясь к Маркусу лицом. Прищурившись, Оливер протянул:

— А то что? — спросил и откинулся назад, выгнулся, поддаваясь ритму музыки. Флинт не ответил, но Оливер и не ждал. Мысли как-то сами собой испарились из головы, остались только танцевальные шаги и порывистые движения.

Они и правда танцевали? Что это был за танец, Оливер затруднялся ответить — это в любом случае походило на самое настоящее безумие. Флинт безумен, и он сам безумен, потому что от происходящего тряслись колени, а внутренности скручивало сладкой судорогой.

Одна рука, та, что на талии, жгла кожу через пиджак и рубашку, другая — крепко сжимала кисть, казалось, приложи Флинт чуть больше силы, и кости с легкостью захрустят, ломаясь. От резких движений, громкой музыки, острого терпкого запаха самого Маркуса начала кружиться голова. Оливер чувствовал, как по спине тек пот, как горела шея от любопытных взглядов, чувствовал, как Флинт был возбужден, но, черт побери, все так же продолжал держать себя в руках. Только дышал тяжело и влажно, почти касаясь уха губами, когда прижимал к себе в очередной раз слишком близко, и смотрел, демон, так, словно раздевал прямо здесь, у всех на глазах.

Когда музыка стихла, они застыли, переводя дыхание. Маркус все еще крепко прижимал его к себе, и прежде чем сделать шаг назад, Оливер на секунду запустил пальцы ему в волосы, поглаживая затылок, но тут же отдернул руку, смущаясь своего порыва больше того, что они сейчас танцевали на глазах у любопытной публики.

— Как там говорится? Танец — это вертикальное выражение горизонтального желания? — хрипло произнес Маркус и провел большим пальцем по его нижней губе. Оливер приоткрыл рот и коснулся его языком, отчего Маркус резко отпрянул.

— У меня все еще здесь дела.

Оливер согласно кивнул и провел ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя. Не помогло.

— Я в уборную, — пробормотал он и, круто развернувшись, поспешил в холл, где он видел таблички «WC».

Холодная вода помогла освежиться, и вернулся к столу он уже абсолютно спокойным. Однако атмосферу, царящую за столом, таковой назвать было нельзя. Флинт и Нотт яро спорили, и это уже отнюдь не напоминало дружескую пикировку.

— Ваш отец держал дочернюю фирму, неужели вам не жалко дела, которым он, как и я, занимался всю жизнь?! — негодующе воскликнул Нотт-старший.

— Мой отец недавно скончался, — равнодушно бросил Маркус, и от холода в его голосе у Оливера побежали мурашки.

Вспомнился их разговор совсем недавно. Он сам еще пытался съехидничать и сказал Маркусу с нескрываемым сарказмом «Твои родители наверняка гордятся тобой», а вот Флинт не ответил. И сейчас Оливер не понимал, почему. Раньше он и за меньшее мог взбеситься. И это определенно не было нормальным, что он настолько безэмоционален и хладнокровен сейчас.

Нотт поспешно принес свои соболезнования, и разговор застопорился. Оливер только сейчас заметил, что на столе уже находился десерт: есть не хотелось, но необходимо было занять руки, поэтому он снял с чего-то, напоминающее мороженное, листик, прилепленный туда для украшения, и зажевал его, тут же скривившись. Это было горько.

— Мистер Нотт, — Флинт снова пошел в наступление, а Оливер схватил салфетку и прикрыл ей рот, отплевываясь от горького вкуса, — вы сами настаивали на этой встрече, и я уверен, вы отлично понимаете, в какой ситуации вы сейчас находитесь.

— Оставьте мою компанию в покое! — неожиданно вспылил тот, чуть приподнимаясь, а Маркус лишь качнул головой, соблюдая спокойствие.

— Вы же сами знаете, что нет.

— Мистер Флинт, — начал было Теодор, но его дед жестом руки остановил его.

— Вы же в свою очередь знаете, что у нас предвидится крупный заказ, который позволит нам выйти из кризиса, — непреклонно заметил Нотт и откинулся на стуле, сцепив руки в замок. Оливер, переводя взгляд с одного на другого, зачерпнул ложечкой массу из бокала и сунул ее рот. Это было что-то сладкое, но невообразимо вкусное. Правда, кроме него, тут никто десертом не наслаждался.