Красавчик

— Я? — Оливер моргнул. — Конечно, — он натянуто рассмеялся и отвернулся от него. К счастью, Смит как раз вернулся к ним, держа на вытянутых руках штаны и рубашку. — Отлично. Думаю, я это примерю.

И Вуд поспешил скрыться в примерочной. Дальше все завертелось. Все забегали, как при пожаре, то и дело ему под нос совали какие-то отрезы ткани, целые костюмы, отдельно брюки, рубашки самых разнообразных фасонов и цветов — от приятно-пастельных оттенков до вызывающе-ярких. У Оливера просто голова пошла кругом. Маркус не встревал, наблюдая за созданным ажиотажем со стороны. Каждый раз, выходя из примерочной, Оливер находил его взглядом, пытаясь определить его реакцию на тот или иной образ. Флинт только кивал, ничем не показывая свое мнение, хотя сам Вуд полагал, что выглядит отлично — демократично, стильно и все-таки сексуально. Выйдя в зал в очередной раз, он завертел головой, но не нашел Маркуса, и его энтузиазм тут же немного схлынул. Однако не настолько, чтобы остановить это безумие.

Через пару часов он устало развалился на стуле, лениво рассматривая подносимые ему вещи. Судя по всему, он обзавелся целым гардеробом новых вещей, а карточка Флинта порядком опустела. Оливер устало повел головой и потер шею ладонью, как вдруг его внимание обратил на себя очередной сотрудник. Даже не он, а его галстук.

— Черт, Маркусу бы понравился этот галстук, — уверенно сказал Оливер, разглядывая серебристо-зеленую полоску ткани.

Смит не подвел — он отреагировал должным образом.

— Этот галстук? — уточнил он, проследив за его взглядом.

— Да. Точно, — Оливер самодовольно улыбнулся, уже понимая, к чему все идет.

— Отдай ему галстук! — не разочаровал его Зак, и продавец, не сказав ни слова, тут же поспешно стащил его с себя.

— Охуенный галстук, — повторил Оливер, впервые за этот вечер искренне улыбаясь Смиту. — Спасибо.

Глава 6. Спаси лошадь, оседлай ковбоя

Маркус, сидя за огромным дубовым столом, крутил в пальцах ручку. Впервые на своей памяти он не мог сконцентрироваться на работе. Он поднял голову и посмотрел в окно: на улице уже начинало темнеть, а значит, Оливер, скорее всего, вернулся в отель. Мысль о том, почему тот то и дело кидался в крайности, не давала Маркусу покоя: Вуд то был покорным и даже робким, смущенно улыбался, говорил тихо и мягко, то вел себя крайне импульсивно, развязно и распущенно. И непонятно было, что на самом деле настоящее, а что напускное. Раздражало и то, и другое, хотелось наконец увидеть Оливера без маски, чтобы он просто был собой, открытый, непринужденный и веселый, каким Маркус помнил его по своим наблюдениям в школе. Он хорошо понимал, что жизнь безжалостно меняет людей, что Вуда вынудили обстоятельства стать таким, но не мог простить ему своего разочарования. Очень хотелось обмануться, поверить в то, что еще не все потеряно, найти Вуду тысячу оправданий, но Маркусу уже давно было не шестнадцать, чтобы полагаться на романтические грезы. У него было чуть меньше недели, чтобы навсегда поставить точку в этих отношениях, мучивших его столько лет. Как сказал бы его мудрый психоаналитик — закрыть гештальт.

Тут раздался стук в дверь, заставивший Маркуса вынырнуть из своих мыслей.

— Маркус, — кивнул Эдриан, заходя в кабинет. Он не стал проходить дальше, а прислонился к двери, скрестив на груди руки — защитный жест, как сразу определил Маркус, а значит, разговор он планировал начать с осторожно высказанных претензий. Пьюси часто раздражал его, но слова неизменно подбирал настолько аккуратно, что не доставлял Флинту удовольствия осадить его. — Что с тобой происходит в последнее время?

Пьюси наконец подобрал необходимый вопрос, добавив в голос точно вымеренное количество беспокойства о Флинте.

— А что со мной не так? — наигранно недоуменно отозвался Маркус. — Если ты про мой нездоровый цвет лица, так это все от бессонницы. Работаю по ночам, — он равнодушно пожал плечами и кивнул, указывая на стул. — Присядешь?

Пьюси мотнул головой, но прошел вперед и сел на стул.

— Ты, — он скрестил пальцы, поставил локти на стол и чуть наклонился вперед, — где-то витаешь. Нам осталось совсем немного в этом деле с Ноттом, и ты должен быть собранным как никогда.

Маркус пренебрежительно фыркнул, скрывая за этим разрастающееся раздражение.

— Я полностью контролирую ситуацию. Можешь не сомневаться, — протянул он. — Другое дело, что я уже не уверен, так ли мне нужна компания Нотта, как я думал раньше.

Эдриан, казалось, подавился воздухом. Он с таким ужасом посмотрел на Маркуса, словно тот только что предложил ему ограбить отделение Банка Америки в Северном Голливуде.

— Маркус, — осторожно начал он после минуты молчания, потребовавшейся ему для того, чтобы прийти в себя, — мы столько сил потратили на эту компанию. Остался последний ход. Да тебе уже и делать-то ничего не надо. В чем может быть проблема?