Красавчик

— Он даже не пытался скрыть, что ему от меня нужно, а Симус — мудак, с которым я встречался на тот момент — считал, что это, блять, отличная возможность, чтобы решить все наши проблемы. Плел мне, что готов закрыть глаза на измену, что не бросит меня после этого. А мне было так противно. Противно от него, от Генри, от самого себя.

Маркус шумно выдохнул, потому что внутри все клокотало от ярости. Ему хотелось найти этого «Генри» и оторвать ему яйца. А потом свернуть шею мудаку-Симусу.

— И что произошло дальше? — спросил он. — Как ты пришел в итоге к…? Ну, все эти аферы… Не знаю, много ли их у тебя было. Это месть?

— Ну, по факту так оно и есть, — замялся Оливер. — Хотя изначально я этого не планировал. Этот мудак позвал меня к себе, якобы что-то обсудить, — он усмехнулся. — Обсудить. Как же? За меня уже все решили. Сколько я стою и так далее. Ты даже не можешь себе представить, что я чувствовал на тот момент. Он все лез и лез. А я злился. Заметь, я могу это сказать без помощи психоаналитика, — Оливеру было немного странно рассказывать все это. То, что он привык хранить в себе. Он продолжил глухо: — У него снотворное было. Как специально для меня припасено. Ну, я и воспользовался этой возможностью. Я, черт возьми, не хотел с ним спать. И шлюхой быть я тоже никогда не мечтал.

— А кем мечтал? — снова подал голос Маркус. — Ты знаешь, я всегда был уверен, что ты еще себя покажешь и заткнешь всех нас своим успехом, — честно признался он.

— Ты будешь смеяться, — серьезно начал Оливер, но потом сам вдруг улыбнулся. — Хотя нет. Вот только попробуй рассмеяться. Я писателем быть хотел. У меня, между прочим, богатое воображение, и в школе меня хвалили за сочинения и тому подобное, — поспешил добавить он, хотя Маркус и не думал поднимать его на смех. Тогда Оливер вздохнул и выпалил:

— Сказки я писать хотел. Про драконов, зачарованный лес, фей, заброшенные замки и прочую поебень. И чтобы в конце все обязательно получали по заслугам.

— А про любовь? — неожиданно серьезно спросил Маркус. — Ну там, принц спас принцессу… И жили они долго и счастливо? Нет?

— А как же без этого? — Оливер широко улыбнулся. — Так банально, черт возьми, но я бы точно не удержался.

— И на месте кого из героев ты бы себя представлял? Принца? — скептически протянул Маркус.

— А почему бы и нет? — притворно возмутился Оливер. — Принца, которого бы спас другой принц. Или рыцарь? Да хоть тролль, в конце концов, — не выдержав, прыснул он, и Маркус засмеялся вместе с ним.

— Так почему ты передумал писать? — спросил он, когда они успокоились.

— Не то чтобы я передумал, — грустно вздохнул Оливер. — Просто… Знаешь, Марк, люди отбивают охоту мечтать. Да и принцем я уже не стану.

— Я считаю, что у тебя все еще впереди, — уверенно отозвался Маркус. — Ты всегда был упрямым и наглым, — он беззлобно улыбнулся.

Оливер ничего не ответил, только губы его дрогнули в ответной улыбке. Почему-то школьные воспоминания больше не возрождали в душе обиду, злость или зависть. Он понял о Маркусе что-то, что мешало все эти годы посмотреть на него по-другому, правда, пока сам не мог сказать, что именно.

— Нужно спать. Уже поздно, а мне рано вставать, — сонно буркнул Маркус.

— А ты не ходи завтра, — предложил Оливер. — Возьми выходной.

— Чтобы я не работал? — удивленно протянул Маркус и задумался. — Но я же глава компании…

— Вот именно, — подхватил Оливер. — В чем кайф быть главой компании, если ты даже выходной сам себе устроить не можешь?

Маркус усмехнулся и снова закрыл глаза.

— Допустим, я согласен. И чем мы будем заниматься целый день? — спросил он заинтересованно.

— Игра в овощи все еще актуальна, — протянул Оливер и рассмеялся снова, увидев, как вытянулось лицо у Маркуса. — Прежде всего ты выспишься, — все еще улыбаясь, продолжил он, — а потом мы можем устроить что-то вроде свидания. Без цветов и этого «заедь за мной к восьми».

— О, придумаю что-нибудь получше цветов, — пообещал Маркус. — А теперь будущий всемирно известный сказочник Оливер Даррен Вуд должен заткнуться, потому что обычный скромный миллиардер Маркус Флинт жутко хочет спа-а-ать, — он широко зевнул.

Оливер покачал головой, глядя на Маркуса. Кто бы знал, что тот может быть таким. Эта мысль всплывала у него в голове уже не раз за последнее время, и, как бы то ни было, сейчас Оливер был уверен в том, что не пожалеет о своем желании остаться.

— Спокойной ночи, Марк, — мягко произнес он и закрыл глаза.

Глава 9. Циничные мудаки на поверку самые сентиментальные бляди

Над ухом назойливо раздавался звук вибрации, и Маркус, недовольно засопев, зашевелился. Дотянувшись до мобильного, он сонно уставился на дисплей и, судорожно прочистив горло, поднял трубку.

— Слушаю, — наигранно-бодро поприветствовал он.

— Марк, куда ты запропастился?