Подделка

Напротив Уильяма сидела женщина, выглядящая старше своего возраста, или просто на свой возраст. Ни грамма косметики на лице, морщины вокруг глаз, бледные губы и тонкая бледная кожа подходили к глазам, в которых застыла печаль. Скорбь, горе, боль. Уильям вздрогнул и отвел взгляд.

Черная одежда, платок на стянутых в пучок волосах — она в трауре. Глубоком, печальном трауре, и пришла сюда, чтобы избавиться от печальных воспоминаний. Уильям видел подобную картину уже много раз, поэтому рад был сейчас работать в отделе продаж. За последнее время на него накатила усталость, потому что невозможно пропускать через себя горе стольких людей и оставаться безучастным.

— Мадам, это отдел покупок. Давайте я провожу вас к нужному специалисту, — он начал вставать из-за стола, когда женщина решительно мотнула головой.

— Нет, — хрипло сказала она. Прокашлялась, стиснула в руках белый матерчатый платок и продолжила уже ровным голосом. — Я ищу воспоминание.

— Да? — неуверенно переспросил Уильям. — Простите меня, тогда все верно. Меня зовут Уильям, и я буду вашим консультантом. Как мне к вам обращаться?

— Миссис Эспозито, — представилась клиентка.

Она сидела очень ровно, неестественно ровно. Чаще всего люди, покупающие воспоминания, приходят в «Memoria» ради развлечения, для поиска новых ощущений, для исполнения давних желаний. Они не выглядят так, словно вот-вот рассыпятся на кусочки.

— Я предоставлю вам полный каталог доступных воспоминаний. Все воспоминания для удобства рассортированы по категориям и ценам, имеются краткие описания. Воспоминания анонимны. — Уильям протянул ей планшет, но когда клиентка не подняла руку, то просто положил его на стол.

Миссис Эспозито посмотрела на экран планшета, где крутилась эмблема компании: буква М словно расправляла крылья, чтобы взлететь и унести своих клиентов на ранее недоступные вершины. Мерцала кнопка «начать». Клиентка так и рассматривала экран, пока тот слегка не потух.

— Мне нужно кое-что конкретное.

— Хорошо! Дайте описание, и я сам найду в базе, — тут же отозвался Уильям, которого молчание угнетало.

— Есть ли у вас… — голос миссис Эспозито становился тише с каждым словом. — Роды. Или момент после них.

Она закрыла глаза и отвернулась, по ее лицу проходили волны, и Уильям видел, каких усилий ей стоило не расплакаться. Он как завороженный смотрел на бледное лицо, а в голове появилось болезненное осознание ее горя. Ему не хотелось быть правым, хотелось, чтобы домыслы и пришедшие образы были ложными.

Уильям открыл базу и сделал запрос «роды». Весьма специфичный. Лично ему за время работы еще не приходилось сталкиваться с клиентами, готовыми вырезать такое знаковое для жизни воспоминание. Роды, рождение ребенка, таинство жизни. Как мужчина, он не мог до конца осознать эти понятия, но все равно представлял их важность.

К его удивлению, нашлось три подходящих воспоминания. Среди них одно принадлежало отцу, что почему-то шокировало Уильяма. Из двух других Уильям выбрал воспоминание, где роженицей была женщина старше, чтобы клиентка могла сильнее погрузиться в эмоции.

— Есть, — оповестил он и вывел на экран необходимую информацию.

Миссис Эспозито, до этого застывшая словно истукан, принялась жадно читать описание, после чего посмотрела на выставленную цену и медленно кивнула.

— Я могу… прямо сейчас получить его?

— Да, как только оплатите, я отведу вас на процедуру. Это быстро и захватывающе.

Она кивнула и достала из старомодной черной сумки кредитную карту. Когда Уильям составил договор, дал ей расплатиться и поставить подпись, миссис Эспозито все делала машинально. Она была погружена в себя и, как показалось Уильяму, молилась.

Обычно консультанты объясняли новым клиентам механизм работы, пока те садились в кресло и закрепляли обруч на голове. Но миссис Эспозито выглядела такой сосредоточенной и погруженной в себя, что Уильям не отвлекал ее. Хороший работник тем и отличается от обычного, что подстраивается под нужды и потребности клиента, а не шпарит бездумно по методичке.

Когда женщина устроилась в кресле, Уильям заметил в ее руке сжатый листок. Во время просмотра воспоминания тело погружается в сон и расслабляется, листик все равно упадет, но Уильям не стал об этом говорить. Он запустил просмотр и увидел, как пальцы обмякли. Листик медленно соскользнул на пол изображением вниз. Уильям укорил себя за любопытство, вспыхнувшее в душе, и не стал переворачивать его.

Все перед глазами расплывается от усилий. Тело измучено и требует отдыха, мне хочется лишь откинуться назад и закрыть глаза. Новый спазм боли исторгает изо рта хриплый крик, кажется тысячный по счету. Крики помогают терпеть боль.

— Тужься, девочка, тужься! Чуть-чуть осталось. — Голос врача звучит глухо, в ушах шумит кровь.

Сколько бы ни осталось — это слишком долго, сил больше нет.