Фандом: Ориджиналы. Скромный студент кафедры искусства, он ищет во Флоренции съемную комнату, чтобы не жить в общаге. Американский агент разведывательного бюро, прибывший в Италию в тот же день по делам, приказывает подручному найти любое койко-место на ночь. Их столкновение в одном помещении кажется идиотским стечением обстоятельств, не более. Но чем дольше мальчишка будет находиться рядом со странным заокеанским гостем, тем сильнее его будут заражать сомнения о том, что вокруг закрутилась какая-то чертовщина.
237 мин, 10 сек 10002
Хотя о втором догадаться несложно, пожалуй.
Я опустошил одну бутылку и не заметил, как наступил вечер. Настроение оставалось препаршивым, желание сделать хоть что-нибудь полезное так и не появилось. Дьявол пришел после полуночи, много ходил за стеной, много говорил по телефону, монотонно, ни разу не повысив голос. Время от времени его шаги приближались к комнате… или мне так казалось.
Я постараюсь не показываться Демону на глаза. Слава богу, что ему плевать. Если бы мог, я бы сам себе не показывался на глаза. Как сделать так, чтоб мне тоже было плевать? Ну что я совершил? Просто переспал с… с ним. За деньги. Господи, ну почему именно с ним?
Опустошил вторую бутылку мартини и лег спать, пьяный и очень несчастный. Видел сны, гадкие и противные. Они усугублялись длинными поцелуями в обожженные губы, он терзал мой рот, медленно и осторожно, только долго, безумно долго, не давая опомниться и подышать нормально. Это будто часами продолжалось. Я стонал и пытался обнять его во сне, но то ли он ускользал, то ли руки не слушались. Как будто были привязаны, они почти не двигались. И я выгибался вперед всем телом, пробуя достать его, а Демон обхватывал меня под талией, прижимая к себе крепко, и сосал мои губы дальше, обводил по контуру, проникал поглубже в рот, приводя в безумное возбуждение. Я хотел и не хотел просыпаться, проклиная его мягкость и нежность прикосновений. Наяву он таким не был. Наяву я ненавидел его за все. За грубость, бесцеремонность… Манеру унижать даже мимолетным взглядом.
Проснувшись поутру от этих сладких кошмаров, я вопреки здравому смыслу почувствовал себя гораздо лучше. Открыл тетради, нашел задание. Дурацкие геометрические фигуры, из которых нужно было собрать кувшин, сложились в пистолет. Проклятый киллер, ты не даешь мне покоя даже тут. Но я начал рисовать на планшете с остервенением, похожим на злое вдохновение, и у меня все получилось. А потом я сходил в университет и даже показался руководителю. Тот похвалил, велел продолжать и не пропускать пары.
На обратном пути меня практически отпустила злоба и горечь, события позапрошлой ночи немного потускнели, а в голове прояснилось. Я заходил в пентхауз с улыбкой… которая стерлась при виде Клайда. Опять я забыл о его визите. Он сидел за столом в гостевой комнате, напротив него располагался Демон, ленивый и развязный, как всегда. Мне показалось, они напряженно разговаривали о чем-то до моего прихода. По крайней мере, тишина была внезапной и неестественной. Но о чем мой друг мог общаться с ним, вечно молчащим и всех презирающим?
Я не поздоровался, напряженно переводя взгляд с одного, бледного, лица на второе, загорелое, и обратно. Демон выдавил свою обычную ухмылку, насмешливую и пронизывающую. Потом встал и подошел ко мне, медленно взял за подбородок. Я хотел отпрянуть, но не мог. Желание поцеловать его тяжелые кровавые губы боролось в душе с остатками чести и достоинства. То, что знают двое, может навсегда остаться в тайне. Но если узнает третий… Я сглотнул и заставил себя отвести взгляд от его туманных глаз. Я ненавижу тебя, киллер. За дьявольское обаяние и за беспощадность, с которой ты применяешь его, особенно тогда, когда не надо.
Пытка окончена. Мы остались в гостиной вдвоем с Клайдом. Я тяжело рухнул в кресло, и оно было холодным после Демона. Отдышался, отгоняя от себя вопросительные жесты. Яростная мимика Клайда в другой ситуации позабавила бы меня. Конечно, он ни черта не понял. А что, собственно, произошло?
— Ты надолго приехал? Я бы перекусил чего-нибудь. Может, разогреешь пиццу? В морозилке ее полно, — я болтал скороговоркой, надеясь хоть немного его отвлечь. Клайд отсутствовал на кухне минут пять, принес мне тарелку, полную еды, и снова настойчиво насел с вопросом в глазах. Я запихнул в рот кусок горячей пиццы и принялся сосредоточенно жевать. Не помогло. — Бллин, да отстань от меня! Чего ты так смотришь?
— Ты совсем ничего не хочешь мне сказать, Ла?
— Мой сожитель работает в Интерполе, — ляпнул я первое, что пришло в голову. — Под кроватью у него оружейный арсенал, в шкафу гниет гора трупов, а на крыше бессменно дежурит вертолет. И по ночам его ублажает целый взвод проституток. Ну а я нечаянно затесался к нему в квартирку за компанию. Тебе легче?
— Да как-то не особо, — Клайд походил вокруг меня, прислушиваясь к чему-то, но за пределами комнаты было тихо как в могиле. — А мне он говорил другое.
— Например? — я непроизвольно вцепился в подлокотники руками, жирными от пиццы. Неужели Демон выдал ему эту постыдную тайну?!
Я снова встретился с мафией. Мне пообещали выдать Джованни Грассо в обмен на какого-то карабинера. Я без малейшего интереса спросил, кого именно они желают заполучить. Услышал фамилию лейтенанта Эммануэля, хотел удивиться, но не получилось. Решил ничего пока не предпринимать, договорился еще об одной встрече и неохотно позвонил серафиму. Идиотизм ситуации заставил его долго ржать.
Я опустошил одну бутылку и не заметил, как наступил вечер. Настроение оставалось препаршивым, желание сделать хоть что-нибудь полезное так и не появилось. Дьявол пришел после полуночи, много ходил за стеной, много говорил по телефону, монотонно, ни разу не повысив голос. Время от времени его шаги приближались к комнате… или мне так казалось.
Я постараюсь не показываться Демону на глаза. Слава богу, что ему плевать. Если бы мог, я бы сам себе не показывался на глаза. Как сделать так, чтоб мне тоже было плевать? Ну что я совершил? Просто переспал с… с ним. За деньги. Господи, ну почему именно с ним?
Опустошил вторую бутылку мартини и лег спать, пьяный и очень несчастный. Видел сны, гадкие и противные. Они усугублялись длинными поцелуями в обожженные губы, он терзал мой рот, медленно и осторожно, только долго, безумно долго, не давая опомниться и подышать нормально. Это будто часами продолжалось. Я стонал и пытался обнять его во сне, но то ли он ускользал, то ли руки не слушались. Как будто были привязаны, они почти не двигались. И я выгибался вперед всем телом, пробуя достать его, а Демон обхватывал меня под талией, прижимая к себе крепко, и сосал мои губы дальше, обводил по контуру, проникал поглубже в рот, приводя в безумное возбуждение. Я хотел и не хотел просыпаться, проклиная его мягкость и нежность прикосновений. Наяву он таким не был. Наяву я ненавидел его за все. За грубость, бесцеремонность… Манеру унижать даже мимолетным взглядом.
Проснувшись поутру от этих сладких кошмаров, я вопреки здравому смыслу почувствовал себя гораздо лучше. Открыл тетради, нашел задание. Дурацкие геометрические фигуры, из которых нужно было собрать кувшин, сложились в пистолет. Проклятый киллер, ты не даешь мне покоя даже тут. Но я начал рисовать на планшете с остервенением, похожим на злое вдохновение, и у меня все получилось. А потом я сходил в университет и даже показался руководителю. Тот похвалил, велел продолжать и не пропускать пары.
На обратном пути меня практически отпустила злоба и горечь, события позапрошлой ночи немного потускнели, а в голове прояснилось. Я заходил в пентхауз с улыбкой… которая стерлась при виде Клайда. Опять я забыл о его визите. Он сидел за столом в гостевой комнате, напротив него располагался Демон, ленивый и развязный, как всегда. Мне показалось, они напряженно разговаривали о чем-то до моего прихода. По крайней мере, тишина была внезапной и неестественной. Но о чем мой друг мог общаться с ним, вечно молчащим и всех презирающим?
Я не поздоровался, напряженно переводя взгляд с одного, бледного, лица на второе, загорелое, и обратно. Демон выдавил свою обычную ухмылку, насмешливую и пронизывающую. Потом встал и подошел ко мне, медленно взял за подбородок. Я хотел отпрянуть, но не мог. Желание поцеловать его тяжелые кровавые губы боролось в душе с остатками чести и достоинства. То, что знают двое, может навсегда остаться в тайне. Но если узнает третий… Я сглотнул и заставил себя отвести взгляд от его туманных глаз. Я ненавижу тебя, киллер. За дьявольское обаяние и за беспощадность, с которой ты применяешь его, особенно тогда, когда не надо.
Пытка окончена. Мы остались в гостиной вдвоем с Клайдом. Я тяжело рухнул в кресло, и оно было холодным после Демона. Отдышался, отгоняя от себя вопросительные жесты. Яростная мимика Клайда в другой ситуации позабавила бы меня. Конечно, он ни черта не понял. А что, собственно, произошло?
— Ты надолго приехал? Я бы перекусил чего-нибудь. Может, разогреешь пиццу? В морозилке ее полно, — я болтал скороговоркой, надеясь хоть немного его отвлечь. Клайд отсутствовал на кухне минут пять, принес мне тарелку, полную еды, и снова настойчиво насел с вопросом в глазах. Я запихнул в рот кусок горячей пиццы и принялся сосредоточенно жевать. Не помогло. — Бллин, да отстань от меня! Чего ты так смотришь?
— Ты совсем ничего не хочешь мне сказать, Ла?
— Мой сожитель работает в Интерполе, — ляпнул я первое, что пришло в голову. — Под кроватью у него оружейный арсенал, в шкафу гниет гора трупов, а на крыше бессменно дежурит вертолет. И по ночам его ублажает целый взвод проституток. Ну а я нечаянно затесался к нему в квартирку за компанию. Тебе легче?
— Да как-то не особо, — Клайд походил вокруг меня, прислушиваясь к чему-то, но за пределами комнаты было тихо как в могиле. — А мне он говорил другое.
— Например? — я непроизвольно вцепился в подлокотники руками, жирными от пиццы. Неужели Демон выдал ему эту постыдную тайну?!
Я снова встретился с мафией. Мне пообещали выдать Джованни Грассо в обмен на какого-то карабинера. Я без малейшего интереса спросил, кого именно они желают заполучить. Услышал фамилию лейтенанта Эммануэля, хотел удивиться, но не получилось. Решил ничего пока не предпринимать, договорился еще об одной встрече и неохотно позвонил серафиму. Идиотизм ситуации заставил его долго ржать.
Страница 16 из 64