Exciter

Ещё не поздно промыть, очистить… но зачем я об этом думаю?

Я щедро рассыпал по простыни героин, оставшийся после обильного прощального ужина серафима, и в очередной раз попытался уснуть. Моя мертвая кровь застыла в жилах, и воскресить её смогут разве что сладкие сны о прошлом… о твоей наркозависимости, Андж.

Capitolo sei. Карабинерия

Прошел ещё один день в университете. Я украдкой рисовал на бумаге. Преподаватель все равно увидел и сделал мне замечание. В этот раз, правда, обошлось без позорного изгнания из аудитории, но мной завладели отчаянные мысли украсть ноутбук из магазина. А что? Не так уж это и сложно. На стенде стоит работающая модель, под стендом — полки с коробкой и полной комплектацией. Если прийти в разгаре дня, когда там много народу, и основательно загрузить продавца, попросив его принести что-нибудь ещё со склада, например, посмотреть сумку или чехол, что угодно… и он отлучится. А на выходе найти кассу с кассиром-девушкой. Достаточно будет ослепительно ей улыбнуться, она даже не заметит, что я держу что-то в руках.

А как же видеонаблюдение? Черт, это слабое место моего плана. Но попробовать можно. Что мне терять?

Я ушел с последней пары, переоделся в неприметную серую майку, надвинул кепку пониже на глаза и отправился в MediaMarkt. Когда через пять минут меня повязала охрана, а быстро прибывшие карабинеры надели наручники и потащили в участок, я флегматично подумал, что закончить жизнь в тюрьме — это именно то, о чем мечтала Соланж для своего сына.

Меня усадили на обыкновенный стул в темную комнату с одной зеркальной стеной. Я видел такое сто раз в фильмах, сообразил, что за зеркалом следователь, и он наблюдает за мной в данный момент. Я постарался сделать лицо попроще и приготовился к допросу с пристрастием.

Допроса не было. Никто не заходил, ничего не происходило. Долго, уже очень долго я сижу на одном месте, начинаю нервничать и ерзать, хотя встать не решаюсь. Гадаю, в чем задержка, не натворил ли я ещё что-нибудь. Испуг давно прошел, о матери и грядущем скандале с ней я забыл… только жутко хотелось в туалет по-маленькому. Черт, ну виноват я, виноват, воришка неудачливый, ну придите уже кто-нибудь!

За дверью загремели ключи. Чей-то приглушенный голос оправдывался и спорил, ответных реплик почему-то не было. Сил усидеть на месте уже не осталось, я вскочил, переминаясь с ноги на ногу. В замок вожделенной двери, наконец, вставили нужный ключ, и она открылась.

— … рай, если хочешь, но я решительно против, — лейтенант карабинеров развел руками в стороны. — Методы работы вашего хваленого бюро ставят меня в тупик. Имя этого молодчика вы мне тоже не скажете? Государственная тайна?

Я едва устоял, опершись на спинку стула. Вслед за лейтенантом в комнату вошел Демон. Его ужасные глаза скрывали темные очки, но меня тем не менее обдало нестерпимым холодом. Какого черта и какими судьбами?! Неужели он сотрудничает с итальянской полицией? Должен ли я быть рад или радоваться рано?

Он подошел ко мне вплотную, наклонился к лицу и процедил сквозь зубы чуть слышно:

— Тебя шмонали?

— Что?

— Личные вещи отбирали?

— Н-нет.

— Тогда отмерзай и пошли, — он схватил меня за руку, почти выволакивая оттуда, провел мимо очумевшего карабинера, — до свидания, Эммануэль, — и быстро повел по коридору. Я видел плохо, не то перешагнул, не то перелетел пару лестничных пролетов, преодолел ещё один коридор с бесчисленными дверьми и еле вписался в финальный поворот. Демон сунул на КПП какую-то бумажку (мне показалось, что это были деньги), и мы очутились на парковке. Голова у меня закружилась от свежего воздуха, а мочевой пузырь навязчиво напомнил о себе, кольнув в пах.

— Демон, подожди, — я споткнулся, невольно хватаясь за промежность и падая носом вперед. Рандеву с асфальтом не произошло, зато я почувствовал на себе его руки. Он держал меня под талией и за плечи, заставив выпрямиться. Черные стекла очков были так близко, что сквозь них я рассмотрел его глаза. Они пронизывали меня, не мигая. Молниеносность его реакции удивила, но слабо. — У меня проблема.

— И не одна. Конкретнее.

— Я сейчас обоссусь, — надеялся увидеть хоть тень его улыбки от этого признания. Где там. Он резко развернул меня обратно к полицейскому управлению, слишком резко. Я застонал от боли. — Нет, только не туда. К тому же я, наверно, не успею. Сколько я просидел в ожидании тебя? Черт, я боюсь, что взорвусь. Прямо… прямо сейчас.

Послышался треск расстегиваемой ширинки и стук маленькой пуговицы-кнопки. Я находился в таком «отъехавшем» состоянии, что оглох от этих звуков. Потом содрогнулся. От холодных-прехолодных пальцев, тронувших меня за… зараза!

— Отливай.

— Посреди парковки?! — я в ужасе прикусил губу, сдерживаясь из последних сил. Его рука тесно обхватила мой член. Почти обняла.