Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2672
Ага. А еще на всякий случай пропитать ядом шнурки его ботинок. Логических доказательств не было никаких, но неприятный привкус от этого не исчезал.
Забудем о кофе. Бувье явно не ожидает, что новобранец быстро закончит с этим его заданием по перебиранию крупы (помнится, в сказке форская дочка молола еще кофейные зерна… черт, не думать о белой обезьяне… Самое время попытаться выйти в сеть.
Стандартные способы взлома пароля не сработали, как и ожидалось. Армейские комм-системы, несмотря на свой топорный интерфейс, создавались параноиками от безопасности, носившими те же знаки различия, что и сам Иллиан. Будь у него свободный час и возможность спуститься на уровень системы, он не сомневался, что вскрыл бы и этот барьер, но сейчас… Иллиан раздраженно почесал запястье, испачканное чем-то липким, и вдруг до него дошло.
На краю комм-пульта в целой россыпи разноцветных стикеров с напоминаниями — какие-то цифры, даты, номера и совершенно неожиданное, обведенное маркером «молоко!» — образовалась пара свежих прорех, где даже липкий слой не высох. Смешно, однако гипотеза требует проверки: если на исчезнувших листках были попросту записаны пароли? Вся империя стоит на службистской халатности.
Даже глаза прикрывать не пришлось: подхлестнутый внезапным возбуждением, мозг исправно выкинул на поверхность утреннюю запись. Вот картинка: вид-плата в ракурсе вверх ногами. Ее дальний край испещрили желтые, розовые, зеленые квадратики стикеров. Детская игра: найди десять отличий. Вот пропавшие, по счастливой случайности не прикрытые локтем Бувье. На паре из них видна подходящая абракадабра. Попробуем для начала желтый: это все-таки не код запуска ракет, после первой неверной попытки не блокируется…
С третьей попытки код подошел. Может, удастся все-таки выжать хоть какую-то пользу из его глупой отсидки в дисбате?
Проникновение в какие бы то ни было секретные базы данных Иллиан отмел сразу: даже если бы у него получилось, следы замести он никак не сумел бы, а сколько ему еще потребуется проторчать в дисбате — черт его знает. Нет, спасибо; если вспомнить, как быстро его засекли на конспиративной квартире — никаких больше сетевых авантюр, не его кусок хлеба и основная стезя. Но даже среди общей армейской информации хороший аналитик способен выудить нужное.
Перед ним разлился целый океан сведений: о снабжении в Форбарр-Султане, о размещенных в ней войсках, о количестве отпускаемых на них продовольствия и медикаментах… нет, нет, безусловно, данные весьма ценные — но только если речь идет об оккупационной армии. Во времена цетагандийского вторжения Иллиана, без сомнения, посчитали бы героем, если бы он вернулся с десятой долей подобных сведений; что касается их собственной, барраярской, то Эйрел и так это прекрасно знает.
Больше надежд давал доступ к данным военной полиции — именно в ее ведении находился дисбат. Армейская СБ, на которую его сослуживцы с Глазами Гора взирали самую малость свысока, сейчас правила бал в столице. Вот ориентировка для нарядов, назначенных в оцепление. Любопытно. Спущенный для ознакомления низового состава список особо важных лиц, подлежащих задержанию; хит-парад, так сказать, десятка самых-самых. Наложив этот список на вчерашний — всего лишь вчерашний? — перечень персон, разыскиваемых Уайтлингом, в сухом остатке он получил четверых: глава генштаба адмирал Канзиан, спикер Совета граф Форхаропулос, редактор «Форбарр-Султанских ведомостей» Ушакович и заместитель министра иностранных дел Квинтиллиан. Ни один из них пока не попался в частые бредни военной полиции и СБ, что впечатляло — если, конечно, разыскиваемая ВИП-персона не лежит сейчас безымянным телом в городском морге.
Список всех задержанных в Форбарр-Султане за последние пару суток он, правда, получил и сразу решил, что тот является секретным оружием, способным окончательно расплавить ему мозги. Не для головы логика дзенский парадокс: пытаться из данных по задержаниям выудить намек, где скрываются те, кого задержать не получилось…
За стеной что-то упало, раздалась ругань, прогрохотало несколько пар бегущих ног: видимо, взвод послали на дополнительные учения… Иллиан мрачно покосился на окно. Там опускались влажные ноябрьские сумерки, вездесущий дождь, кажется, и не думал прекращаться — скорее бы уже снег выпадал, что ли… Твердые подмороженные дороги и по-зимнему ясное небо. Но и холод, не позволяющий беглецам отсидеться вне помещения, да. Время поджимает во всех смыслах.
Но где может прятаться тот же Канзиан, немолодой уже человек без какого-либо разведывательно-диверсионного опыта?
Хорошо, в раздумья он погрузился не слишком глубоко и успел захлопнуть лишнее окно — к комм-пульту шел Бувье, об ноги которого, сопровождая каждый шаг сержанта, бесшумно терся полосатый кот. Серый, самый обычный. От неожиданности Иллиану захотелось потереть глаза или ущипнуть себя как следует: не спит ли?
В руке Бувье держал чашку кофе.
Забудем о кофе. Бувье явно не ожидает, что новобранец быстро закончит с этим его заданием по перебиранию крупы (помнится, в сказке форская дочка молола еще кофейные зерна… черт, не думать о белой обезьяне… Самое время попытаться выйти в сеть.
Стандартные способы взлома пароля не сработали, как и ожидалось. Армейские комм-системы, несмотря на свой топорный интерфейс, создавались параноиками от безопасности, носившими те же знаки различия, что и сам Иллиан. Будь у него свободный час и возможность спуститься на уровень системы, он не сомневался, что вскрыл бы и этот барьер, но сейчас… Иллиан раздраженно почесал запястье, испачканное чем-то липким, и вдруг до него дошло.
На краю комм-пульта в целой россыпи разноцветных стикеров с напоминаниями — какие-то цифры, даты, номера и совершенно неожиданное, обведенное маркером «молоко!» — образовалась пара свежих прорех, где даже липкий слой не высох. Смешно, однако гипотеза требует проверки: если на исчезнувших листках были попросту записаны пароли? Вся империя стоит на службистской халатности.
Даже глаза прикрывать не пришлось: подхлестнутый внезапным возбуждением, мозг исправно выкинул на поверхность утреннюю запись. Вот картинка: вид-плата в ракурсе вверх ногами. Ее дальний край испещрили желтые, розовые, зеленые квадратики стикеров. Детская игра: найди десять отличий. Вот пропавшие, по счастливой случайности не прикрытые локтем Бувье. На паре из них видна подходящая абракадабра. Попробуем для начала желтый: это все-таки не код запуска ракет, после первой неверной попытки не блокируется…
С третьей попытки код подошел. Может, удастся все-таки выжать хоть какую-то пользу из его глупой отсидки в дисбате?
Проникновение в какие бы то ни было секретные базы данных Иллиан отмел сразу: даже если бы у него получилось, следы замести он никак не сумел бы, а сколько ему еще потребуется проторчать в дисбате — черт его знает. Нет, спасибо; если вспомнить, как быстро его засекли на конспиративной квартире — никаких больше сетевых авантюр, не его кусок хлеба и основная стезя. Но даже среди общей армейской информации хороший аналитик способен выудить нужное.
Перед ним разлился целый океан сведений: о снабжении в Форбарр-Султане, о размещенных в ней войсках, о количестве отпускаемых на них продовольствия и медикаментах… нет, нет, безусловно, данные весьма ценные — но только если речь идет об оккупационной армии. Во времена цетагандийского вторжения Иллиана, без сомнения, посчитали бы героем, если бы он вернулся с десятой долей подобных сведений; что касается их собственной, барраярской, то Эйрел и так это прекрасно знает.
Больше надежд давал доступ к данным военной полиции — именно в ее ведении находился дисбат. Армейская СБ, на которую его сослуживцы с Глазами Гора взирали самую малость свысока, сейчас правила бал в столице. Вот ориентировка для нарядов, назначенных в оцепление. Любопытно. Спущенный для ознакомления низового состава список особо важных лиц, подлежащих задержанию; хит-парад, так сказать, десятка самых-самых. Наложив этот список на вчерашний — всего лишь вчерашний? — перечень персон, разыскиваемых Уайтлингом, в сухом остатке он получил четверых: глава генштаба адмирал Канзиан, спикер Совета граф Форхаропулос, редактор «Форбарр-Султанских ведомостей» Ушакович и заместитель министра иностранных дел Квинтиллиан. Ни один из них пока не попался в частые бредни военной полиции и СБ, что впечатляло — если, конечно, разыскиваемая ВИП-персона не лежит сейчас безымянным телом в городском морге.
Список всех задержанных в Форбарр-Султане за последние пару суток он, правда, получил и сразу решил, что тот является секретным оружием, способным окончательно расплавить ему мозги. Не для головы логика дзенский парадокс: пытаться из данных по задержаниям выудить намек, где скрываются те, кого задержать не получилось…
За стеной что-то упало, раздалась ругань, прогрохотало несколько пар бегущих ног: видимо, взвод послали на дополнительные учения… Иллиан мрачно покосился на окно. Там опускались влажные ноябрьские сумерки, вездесущий дождь, кажется, и не думал прекращаться — скорее бы уже снег выпадал, что ли… Твердые подмороженные дороги и по-зимнему ясное небо. Но и холод, не позволяющий беглецам отсидеться вне помещения, да. Время поджимает во всех смыслах.
Но где может прятаться тот же Канзиан, немолодой уже человек без какого-либо разведывательно-диверсионного опыта?
Хорошо, в раздумья он погрузился не слишком глубоко и успел захлопнуть лишнее окно — к комм-пульту шел Бувье, об ноги которого, сопровождая каждый шаг сержанта, бесшумно терся полосатый кот. Серый, самый обычный. От неожиданности Иллиану захотелось потереть глаза или ущипнуть себя как следует: не спит ли?
В руке Бувье держал чашку кофе.
Страница 30 из 67
