Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2701
потом найти Канзиана и выяснить, как у того дела, и узнать, по графику ли движется караван. А еще, конечно, поесть. Интересно, «надолго» — это на сколько по часам?
Маленькая пятнистая тень, скользнувшая по полу у самых ног Саймона, осталась бы незамеченной, если бы в этот момент он не нагнулся перешнуровать бутсы. А так черепашонку не повезло. Плененный офицером СБ, он испуганно замер в ладони, втянув голову в панцирь. Даже куснуть не попытался. И что с ним теперь делать?
Охотник на черепах растерянно огляделся: все клетки были заперты, пресловутый поддон с двумя дюжинами спрятан где-то в стопке похожих. Начни он его сейчас искать — и массовый исход зверей обеспечен. Иллиан вздохнул и запихнул беглеца во внутренний карман куртки, где теплее. «Сдам Хильде, как только увижу».
Они остановились на торговой площади в каком-то городке. День был сумрачный, но сухой, и даже холодно не слишком: из воздухозаборников остывающих машин не тянулось струек пара. Люди из каравана спешили к дверям кафе. Канзиан стоял у крыльца, оглядываясь; с виду не пострадал, следов от медвежьих когтей и клыков не видно.
— Вы как, Альфред?
— Нормально, — Канзиан улыбнулся. — А как там ва… твоя рука?
— Пока не отвалилась. Хорошо, что у вас все в порядке. Я беспокоился… хищники все-таки.
— Я всю дорогу в карты играл. И даже в выигрыше, — прибавил гениальный стратег с легкой гордостью.
— С медведями?!
— Со служителями. Ты был прав насчет этого каравана, Саймон, — добавил адмирал решительно. — Извини.
— Да не за что, — отмахнулся Иллиан с неловкостью. На сердце у него что-то скребло — возможно, подобранная черепашка? — Пойду узнаю, сколько нам здесь стоять. И когда мы завтра приедем в Вандевилль. — Там, уже на нейтральной территории, им предстояло расстаться со зверинцем и пересесть на монорельс.
Уже довольный, пообедавший и совершивший удачный набег на аптечный киоск Иллиан увидел Хильду. Виктор что-то выговаривал ей, сурово и отрывисто; она молчала и сердито щурилась. … Час, и не минутой больше! Из твоих денег вычту«, — отрезал старший каравана и пошел себе по своим делам.»
— Мы что, задерживаемся? — задал Иллиан простой вопрос. Совсем не предполагавший, что дрессировщица рявкнет: «Не знаю» и решительно пойдет прочь.
— Стой! — крикнул Иллиан. Он сам не знал, что подвигло его заговорить: проблемы Хильды, в общем, его никаким боком не касались. Голова была осоловелая после обеда, и в ней как-то причудливо связалось несочетаемое: красноватое тепло фургона, четкие, как прорисованные в воздухе, ветви деревьев, и почему-то совет Ченко насчет «интуиции».
— Чего тебе? — хмуро спросила Хильда.
— Скучаю, — Иллиан пожал плечами. — Что случилось? Расскажи — что ты теряешь, в конце концов. Может, помогу.
— Тоже мне, золотая рыбка, — фыркнула дрессировщица. Но, видимо, выговориться ей хотелось. А допрашивать Иллиан по долгу службы умел, поэтому из ее скупых фраз понемногу нарисовалась картина.
Оказалось, караван специально сделал крюк в этот городок, чтобы забрать корм для зверинца, что и было на сей раз первейшей заботой Хильды. Медведям, козам и каким-то загадочным капибарам рацион достался в полном объеме, но любимые хильдины гады рисковали остаться голодными. Живую кормежку для черепах, ящериц и змей, одним махом именуемую «мотыль», собирали тут же в болоте и, парализованную, грузили в контейнеры, продавая в столице уже по цене, что не стыдно взять за полноценный бифштекс. Предприимчивый владелец зверинца оплачивал и забирал мотыль на месте, задешево, но в этот раз что-то не срослось.
— Мы всё заплатили! Я им сама деньги перевела, позавчера, и ничего я не забыла! — кипятилась Хильда. — Этот мерзавец просто врет, что моего заказа нет. Ха, он думает, что женщину можно вот так запросто обмануть и ничего ему за это не будет?! Я ему покажу!
Иллиан сочувственно кивал. Вряд ли поставщик собирался съесть вкусные личинки за обедом самолично, рассудил он, но из жадности придержать товар в неспокойные времена еще как мог.
— Ты уверена, что твой заказ там? — уточнил Иллиан для порядка, когда они остановились у дверей магазинчика. Может, просто флайер-болотоход с ковшом сломался или водитель запил?
— Уверена. — Хильда рубанула кулаком одной руки по ладони другой. — Я палетты видела, включенные, значит, полные. Только он меня дальше прилавка не пустит, мошенник, — на этих словах Хильда явственно поостыла, и стало видно, что половина ее гнева — накрученное отчаяние. Не глушить же торговца парализатором — даже если бы он у дрессировщицы и был, что вряд ли. Хотя…
— Мошенник? — Саймон задумчиво покатал слово на языке. — И женщин обижает? Пойдем посмотрим.
Не дело ему сейчас разбираться с мелким торговым мошенничеством в захолустье. И не дело во время мятежа спасать девиц в беде — Иллиану себя бы спасти, да еще вверенную его попечению немолодую звезду генштаба.
Маленькая пятнистая тень, скользнувшая по полу у самых ног Саймона, осталась бы незамеченной, если бы в этот момент он не нагнулся перешнуровать бутсы. А так черепашонку не повезло. Плененный офицером СБ, он испуганно замер в ладони, втянув голову в панцирь. Даже куснуть не попытался. И что с ним теперь делать?
Охотник на черепах растерянно огляделся: все клетки были заперты, пресловутый поддон с двумя дюжинами спрятан где-то в стопке похожих. Начни он его сейчас искать — и массовый исход зверей обеспечен. Иллиан вздохнул и запихнул беглеца во внутренний карман куртки, где теплее. «Сдам Хильде, как только увижу».
Они остановились на торговой площади в каком-то городке. День был сумрачный, но сухой, и даже холодно не слишком: из воздухозаборников остывающих машин не тянулось струек пара. Люди из каравана спешили к дверям кафе. Канзиан стоял у крыльца, оглядываясь; с виду не пострадал, следов от медвежьих когтей и клыков не видно.
— Вы как, Альфред?
— Нормально, — Канзиан улыбнулся. — А как там ва… твоя рука?
— Пока не отвалилась. Хорошо, что у вас все в порядке. Я беспокоился… хищники все-таки.
— Я всю дорогу в карты играл. И даже в выигрыше, — прибавил гениальный стратег с легкой гордостью.
— С медведями?!
— Со служителями. Ты был прав насчет этого каравана, Саймон, — добавил адмирал решительно. — Извини.
— Да не за что, — отмахнулся Иллиан с неловкостью. На сердце у него что-то скребло — возможно, подобранная черепашка? — Пойду узнаю, сколько нам здесь стоять. И когда мы завтра приедем в Вандевилль. — Там, уже на нейтральной территории, им предстояло расстаться со зверинцем и пересесть на монорельс.
Уже довольный, пообедавший и совершивший удачный набег на аптечный киоск Иллиан увидел Хильду. Виктор что-то выговаривал ей, сурово и отрывисто; она молчала и сердито щурилась. … Час, и не минутой больше! Из твоих денег вычту«, — отрезал старший каравана и пошел себе по своим делам.»
— Мы что, задерживаемся? — задал Иллиан простой вопрос. Совсем не предполагавший, что дрессировщица рявкнет: «Не знаю» и решительно пойдет прочь.
— Стой! — крикнул Иллиан. Он сам не знал, что подвигло его заговорить: проблемы Хильды, в общем, его никаким боком не касались. Голова была осоловелая после обеда, и в ней как-то причудливо связалось несочетаемое: красноватое тепло фургона, четкие, как прорисованные в воздухе, ветви деревьев, и почему-то совет Ченко насчет «интуиции».
— Чего тебе? — хмуро спросила Хильда.
— Скучаю, — Иллиан пожал плечами. — Что случилось? Расскажи — что ты теряешь, в конце концов. Может, помогу.
— Тоже мне, золотая рыбка, — фыркнула дрессировщица. Но, видимо, выговориться ей хотелось. А допрашивать Иллиан по долгу службы умел, поэтому из ее скупых фраз понемногу нарисовалась картина.
Оказалось, караван специально сделал крюк в этот городок, чтобы забрать корм для зверинца, что и было на сей раз первейшей заботой Хильды. Медведям, козам и каким-то загадочным капибарам рацион достался в полном объеме, но любимые хильдины гады рисковали остаться голодными. Живую кормежку для черепах, ящериц и змей, одним махом именуемую «мотыль», собирали тут же в болоте и, парализованную, грузили в контейнеры, продавая в столице уже по цене, что не стыдно взять за полноценный бифштекс. Предприимчивый владелец зверинца оплачивал и забирал мотыль на месте, задешево, но в этот раз что-то не срослось.
— Мы всё заплатили! Я им сама деньги перевела, позавчера, и ничего я не забыла! — кипятилась Хильда. — Этот мерзавец просто врет, что моего заказа нет. Ха, он думает, что женщину можно вот так запросто обмануть и ничего ему за это не будет?! Я ему покажу!
Иллиан сочувственно кивал. Вряд ли поставщик собирался съесть вкусные личинки за обедом самолично, рассудил он, но из жадности придержать товар в неспокойные времена еще как мог.
— Ты уверена, что твой заказ там? — уточнил Иллиан для порядка, когда они остановились у дверей магазинчика. Может, просто флайер-болотоход с ковшом сломался или водитель запил?
— Уверена. — Хильда рубанула кулаком одной руки по ладони другой. — Я палетты видела, включенные, значит, полные. Только он меня дальше прилавка не пустит, мошенник, — на этих словах Хильда явственно поостыла, и стало видно, что половина ее гнева — накрученное отчаяние. Не глушить же торговца парализатором — даже если бы он у дрессировщицы и был, что вряд ли. Хотя…
— Мошенник? — Саймон задумчиво покатал слово на языке. — И женщин обижает? Пойдем посмотрим.
Не дело ему сейчас разбираться с мелким торговым мошенничеством в захолустье. И не дело во время мятежа спасать девиц в беде — Иллиану себя бы спасти, да еще вверенную его попечению немолодую звезду генштаба.
Страница 52 из 67
