Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2713
Взрослый же человек, старше его самого, а вот поди: шуточки, прибаутки, нарочито упрощенные объяснения, будто он со школьником разговаривает. Хорошо хоть анекдотов к случаю не вспомнил: «чему в голове болеть, там же кость» или«у армейских в мозгу одна извилина, и та — след от фуражки».
— Я серьезен, как фор во время присяги. Экспериментальный препарат предпочтительнее давать перорально. А если развести в спиртовом растворе — получается сразу успокоительное и стимулятор пролонгированного действия. Выпьем за ваше здоровье, и вы крепко уснете.
— Ладно-ладно, — отмахнулся Иллиан раздраженно. Его наручный комм уже мигал сигналами вызова, и свежие разведданные из столицы были куда важней, чем все прожекты врача. Нежеланные сны чем дальше, тем больше уходили в прошлое, превращаясь из пугала в фантастическую нелепицу. Просто тогда он был измотан, весь на нервах, вот и запаниковал. А зря. Нервы, как известно, лечит хороший отдых. — До ночи меня не беспокойте, я сам вас вызову, как освобожусь.
Врач еще не успел выйти за дверь, как Иллиан вызвал оперативного дежурного на комм:
— Да, столичная разведсводка за последние полсуток. Атомное оружие в императорском дворце? Какова степень перекрестной достоверности источников? Да. Допустим. А меры радиационной безопасности приняты? Нет? Тогда какие еще гипотезы?
Что-то ему подсказывало, что это — не последняя головная боль на сегодняшний день.
— Корделия сбежала, — выдавил Форкосиган сквозь зубы. Он был весь черный от отчаяния. Иллиану даже показалось, что он как будто стал выше ростом, и потолок конференц-зала навис над ними особенно угрожающе. А может, на базе энергию экономили: потолочные светильники тускнели, помаргивали короткими вспышками.
— Сбежала? Куда? Как? — переспросил Иллиан оторопело. Не самый толковый вопрос для шефа Безопасности всея Империи, но мысль о том, что любимая супруга Форкосигана решила покинуть лорда-регента, оказалась… ошеломляющей.
— Во-первых, в столицу, а во-вторых, угнала лимузин и просочилась сквозь охрану базы, как сквозь дырявое решето… — Эйрел говорил невыносимо медленно, цедя слова, будто старался довести собеседника до головной боли. Каждое слово — зародыш мигрени. Потом вдруг свирепо рявкнул: — Это я тебе должен докладывать, капитан, или ты мне?
Внезапное эхо умножило слова Эйрела, вколотило в череп, как гвоздь в доску. Или это чип шалит, добавляя реверберации? Обычно Эйрел от гнева понижал голос. Но побег жены пробил броню даже его самообладания.
— Корделию здесь не под арестом держали, и ограничивать ее перемещения твоего приказа не было, — напомнил Иллиан.
— Моего приказа не надевать штаны через голову тоже не было. — Форкосиган поморщился и добавил безапелляционно: — Твоя вина, Иллиан. Тебе и возвращать.
— Как ты себе это представляешь? Послать за нею через половину страны роту СБшников, парализовать и привезти связанную? Или с фордариановцами наперегонки за ней по столице гоняться, кому первому повезет?
— Подробности меня не волнуют, — холодно заметил Форкосиган, — а вот если с ней что-то случится, головой ответишь. Я еще подумаю, не причастен ли ты к ее побегу.
— Я? — изумился Иллиан. Эйрел никогда не вел себя такой редкостной скотиной, изыскивая крайнего в деле, в котором, по чести говоря, был виноват сам. Управляться с женой даже регент обязан самостоятельно.
— А кто еще? Выпустили ее твои молодцы — это раз. Бежала она вместе с твоей подчиненной, Друшняковой — это два. Мой приказ вернуть леди Форкосиган ты саботируешь. Это уже полновесное «три». Или ты боишься ее больше, чем меня?
— Ну, боюсь, — неожиданно для себя согласился Саймон. — Твоя жена — ходячее стихийное бедствие. Если она что вобьет себе в голову — ее танком не остановишь. А если тебе…
— Боишься, — удовлетворенно кивнул Эйрел. — И ревнуешь. Хотя ревновать бы стоило мне, Саймон.
Он что-то потянул, и сверху с шелестом упал, разворачиваясь, старинный пленочный экран, по которому побежали картинки. Одноцветные, плоские, старинные снимки. Иллиан в одном исподнем под прицелом сержанта Эйса. Он же — по пояс раздетый, у столба для наказаний. И наконец, он стягивает штаны по приказу белобрысого бандита…
— Тоже мне, нашел стриптиз-шоу, — ошарашенно буркнул Иллиан, но Форкосиган уже поднялся, тесня его к стене.
— Зачем ты врешь мне? — мягко и угрожающе переспросил он. — Зачем отправил мою жену подальше — чтобы проще было прибежать ко мне за утешением?
— Я не… — договорить Иллиан не успел. Его уже целовали. Снова, как полтора года назад, он ощутил лопатками металл двери, и глаза у Форкосигана были шальные и словно пьяные. Его целовали, а он отвечал, в облегчении и радостной уверенности, что Эйрел наконец-то сделал правильный выбор.
«Давай-давай!» — замахал и заулюлюкал сержант Ченко, выглядывая из-за экрана, и Ку, с серьезным видом стенографировавший их разговор, тоже одобрительно кивнул.
— Я серьезен, как фор во время присяги. Экспериментальный препарат предпочтительнее давать перорально. А если развести в спиртовом растворе — получается сразу успокоительное и стимулятор пролонгированного действия. Выпьем за ваше здоровье, и вы крепко уснете.
— Ладно-ладно, — отмахнулся Иллиан раздраженно. Его наручный комм уже мигал сигналами вызова, и свежие разведданные из столицы были куда важней, чем все прожекты врача. Нежеланные сны чем дальше, тем больше уходили в прошлое, превращаясь из пугала в фантастическую нелепицу. Просто тогда он был измотан, весь на нервах, вот и запаниковал. А зря. Нервы, как известно, лечит хороший отдых. — До ночи меня не беспокойте, я сам вас вызову, как освобожусь.
Врач еще не успел выйти за дверь, как Иллиан вызвал оперативного дежурного на комм:
— Да, столичная разведсводка за последние полсуток. Атомное оружие в императорском дворце? Какова степень перекрестной достоверности источников? Да. Допустим. А меры радиационной безопасности приняты? Нет? Тогда какие еще гипотезы?
Что-то ему подсказывало, что это — не последняя головная боль на сегодняшний день.
— Корделия сбежала, — выдавил Форкосиган сквозь зубы. Он был весь черный от отчаяния. Иллиану даже показалось, что он как будто стал выше ростом, и потолок конференц-зала навис над ними особенно угрожающе. А может, на базе энергию экономили: потолочные светильники тускнели, помаргивали короткими вспышками.
— Сбежала? Куда? Как? — переспросил Иллиан оторопело. Не самый толковый вопрос для шефа Безопасности всея Империи, но мысль о том, что любимая супруга Форкосигана решила покинуть лорда-регента, оказалась… ошеломляющей.
— Во-первых, в столицу, а во-вторых, угнала лимузин и просочилась сквозь охрану базы, как сквозь дырявое решето… — Эйрел говорил невыносимо медленно, цедя слова, будто старался довести собеседника до головной боли. Каждое слово — зародыш мигрени. Потом вдруг свирепо рявкнул: — Это я тебе должен докладывать, капитан, или ты мне?
Внезапное эхо умножило слова Эйрела, вколотило в череп, как гвоздь в доску. Или это чип шалит, добавляя реверберации? Обычно Эйрел от гнева понижал голос. Но побег жены пробил броню даже его самообладания.
— Корделию здесь не под арестом держали, и ограничивать ее перемещения твоего приказа не было, — напомнил Иллиан.
— Моего приказа не надевать штаны через голову тоже не было. — Форкосиган поморщился и добавил безапелляционно: — Твоя вина, Иллиан. Тебе и возвращать.
— Как ты себе это представляешь? Послать за нею через половину страны роту СБшников, парализовать и привезти связанную? Или с фордариановцами наперегонки за ней по столице гоняться, кому первому повезет?
— Подробности меня не волнуют, — холодно заметил Форкосиган, — а вот если с ней что-то случится, головой ответишь. Я еще подумаю, не причастен ли ты к ее побегу.
— Я? — изумился Иллиан. Эйрел никогда не вел себя такой редкостной скотиной, изыскивая крайнего в деле, в котором, по чести говоря, был виноват сам. Управляться с женой даже регент обязан самостоятельно.
— А кто еще? Выпустили ее твои молодцы — это раз. Бежала она вместе с твоей подчиненной, Друшняковой — это два. Мой приказ вернуть леди Форкосиган ты саботируешь. Это уже полновесное «три». Или ты боишься ее больше, чем меня?
— Ну, боюсь, — неожиданно для себя согласился Саймон. — Твоя жена — ходячее стихийное бедствие. Если она что вобьет себе в голову — ее танком не остановишь. А если тебе…
— Боишься, — удовлетворенно кивнул Эйрел. — И ревнуешь. Хотя ревновать бы стоило мне, Саймон.
Он что-то потянул, и сверху с шелестом упал, разворачиваясь, старинный пленочный экран, по которому побежали картинки. Одноцветные, плоские, старинные снимки. Иллиан в одном исподнем под прицелом сержанта Эйса. Он же — по пояс раздетый, у столба для наказаний. И наконец, он стягивает штаны по приказу белобрысого бандита…
— Тоже мне, нашел стриптиз-шоу, — ошарашенно буркнул Иллиан, но Форкосиган уже поднялся, тесня его к стене.
— Зачем ты врешь мне? — мягко и угрожающе переспросил он. — Зачем отправил мою жену подальше — чтобы проще было прибежать ко мне за утешением?
— Я не… — договорить Иллиан не успел. Его уже целовали. Снова, как полтора года назад, он ощутил лопатками металл двери, и глаза у Форкосигана были шальные и словно пьяные. Его целовали, а он отвечал, в облегчении и радостной уверенности, что Эйрел наконец-то сделал правильный выбор.
«Давай-давай!» — замахал и заулюлюкал сержант Ченко, выглядывая из-за экрана, и Ку, с серьезным видом стенографировавший их разговор, тоже одобрительно кивнул.
Страница 61 из 67
