Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2714
И в эту секунду сон оборвался.
Пол-четвертого ночи, подсказал чип. В комнате царила глухая темень, было жарко. Во рту Саймон чувствовал ожидаемо отвратительный — а что вы хотели после спирта, пусть и медицинского? — привкус. Висок до болезненности намяла клемма датчика. Сердце билось, как после хорошей пробежки. Он был в своей постели. Разумеется, один.
Хотя успокаивающее ощущение чужого прикосновения, телесного контакта таяло слишком медленно. Иллиан не раз благословил свою предусмотрительность, заставившую его разобраться в принципе действия электронной самоделки врача прежде, чем надевать ее на голову. Доминичи не смотрит содержание его снов на большом экране, в цвете и звуке; хорошо, потому что делиться этом сном ни с кем ему категорически не хотелось. Следует придумать для невролога правдоподобный, но опускающий некоторые подробности пересказ.
Но самому себе надо ответить — почему, черт возьми?
Как СБшник, Саймон считал счастливый брак регента чистым политическим везением и пришиб бы всякого, кто на этот драгоценный союз посягнул. Как друг, он желал Эйрелу счастья. Просто как человек, из собственных эгоистических соображений, он категорически не желал смешивать работу, которая свалилась ему на плечи, с личной жизнью. Если в его отношении к Эйрелу сейчас и оставалась капелька утихающей тоски по старым временам, то с ней можно было справиться.
Иллиан потряс головой, словно вытряхивая из нее остатки сновидений. Восстанавливая реальность в своих правах. Ведь Корделия сбежала на самом деле. Их с Форкосиганом сегодняшний разговор начался именно с этой фразы. Но то, как этот разговор во сне у него закончился, Форкосигану присниться бы точно не могло.
«Если ты его любишь, Саймон, то и люби настоящего, черт побери. А не свою эротическую фантазию».
Чип послушно развернул перед ним картину давностью в несколько часов.
— … Корделия сбежала, — произнес Эйрел бесцветно. Рокочущий глуховатый голос эхом прокатился по комнате.
Иллиан кивнул. Позади были два часа поисков по всем помещениям Тейнери, лихорадочного и тихого опроса возможных свидетелей, проработки гипотез о похищении, покушении, внезапной болезни… Леди Форкосиган скрылась вместе со своей телохранительницей. Последняя запись с камер слежения показывала обеих женщин выходящими вместе из главного лифта в гараже. Они были решительны и явно спокойны, в руках несли большие сумки. Вскоре с базы выехало несколько машин, одна из них — не досматриваемый охраной лимузин самого генерала графа Форкосигана.
— Она поехала в столицу. Вбила себе в голову, что… — Эйрел замолчал, прочистил горло. Тяжело уперся ладонями в край стола и стиснул пальцы, точно намереваясь отломить край пластиковой столешницы. — Решила сделать то, что не могу я. Намерена рискнуть собою ради, — он едва уловимо запнулся, — ради ребенка. Снова.
— Вы уверены? — переспросил Иллиан недоверчиво.
— К сожалению, да, — с досадою признался Эйрел, на мгновение отводя глаза. — Она мне сама сказала.
— А мне вы почему не сообщили? — возмутился шеф СБ. Хорошенькое дело — когда от тебя утаивает профильную информацию твой же собственный глава государства.
— Потому что! — огрызнулся Форкосиган. — Это был личный разговор. Мне… я не думал, что у нее хватит безрассудства на самом деле так поступить.
Он отвел глаза, сглотнул — дернулся кадык на широкой шее. А когда заговорил снова, голос его стал ровным, а тон — угрожающе командным.
— Капитан Иллиан. Леди-консорт необходимо вернуть на охраняемую территорию. Рассматривайте обеспечение ее безопасности как приоритетную задачу.
Это было рискованно близко к неповиновению, но Иллиан спешно встал, поднял руку:
— Эйрел. Подожди с приказом, прошу. Ты что, хочешь, чтобы я пустил по следу твоей жены погоню и привез ее силой?
— Можешь попробовать уговорить ее вернуться, — ядовито парировал Эйрел. Что-то дрожало в нем, напряженное, злое, гневное, почти лишающее Регента его обычного подавляющего спокойствия. Таким Иллиан видел его разве что в достопамятную ночь покушения. Страшная штука любовь, страшная и сокрушающая.
Иллиан взял полусекундную паузу, кивнул.
— Она уехала ранним вечером, сейчас ночь. Направление неизвестно. Вероятность выследить леди Форкосиган до того, как она попадет на контролируемую противником территорию — процентов шестьдесят. Вероятность взять ее группу без сопротивления — процентов семьдесят. Уговорить ее вернуться… Как ты думаешь, моим людям потребуется парализовать твою Корделию для верности?
— Ты ее боишься, — презрительно бросил Форкосиган.
Иллиан хмыкнул.
— Еще бы. Я видел ее в действии и я — не идиот. Опасаюсь, так будет точнее. Она — офицер в отставке…
— Она — женщина! Кто я такой, по-твоему, чтобы прятаться за спиной собственной жены, посылая ее в диверсионный рейд?
Пол-четвертого ночи, подсказал чип. В комнате царила глухая темень, было жарко. Во рту Саймон чувствовал ожидаемо отвратительный — а что вы хотели после спирта, пусть и медицинского? — привкус. Висок до болезненности намяла клемма датчика. Сердце билось, как после хорошей пробежки. Он был в своей постели. Разумеется, один.
Хотя успокаивающее ощущение чужого прикосновения, телесного контакта таяло слишком медленно. Иллиан не раз благословил свою предусмотрительность, заставившую его разобраться в принципе действия электронной самоделки врача прежде, чем надевать ее на голову. Доминичи не смотрит содержание его снов на большом экране, в цвете и звуке; хорошо, потому что делиться этом сном ни с кем ему категорически не хотелось. Следует придумать для невролога правдоподобный, но опускающий некоторые подробности пересказ.
Но самому себе надо ответить — почему, черт возьми?
Как СБшник, Саймон считал счастливый брак регента чистым политическим везением и пришиб бы всякого, кто на этот драгоценный союз посягнул. Как друг, он желал Эйрелу счастья. Просто как человек, из собственных эгоистических соображений, он категорически не желал смешивать работу, которая свалилась ему на плечи, с личной жизнью. Если в его отношении к Эйрелу сейчас и оставалась капелька утихающей тоски по старым временам, то с ней можно было справиться.
Иллиан потряс головой, словно вытряхивая из нее остатки сновидений. Восстанавливая реальность в своих правах. Ведь Корделия сбежала на самом деле. Их с Форкосиганом сегодняшний разговор начался именно с этой фразы. Но то, как этот разговор во сне у него закончился, Форкосигану присниться бы точно не могло.
«Если ты его любишь, Саймон, то и люби настоящего, черт побери. А не свою эротическую фантазию».
Чип послушно развернул перед ним картину давностью в несколько часов.
— … Корделия сбежала, — произнес Эйрел бесцветно. Рокочущий глуховатый голос эхом прокатился по комнате.
Иллиан кивнул. Позади были два часа поисков по всем помещениям Тейнери, лихорадочного и тихого опроса возможных свидетелей, проработки гипотез о похищении, покушении, внезапной болезни… Леди Форкосиган скрылась вместе со своей телохранительницей. Последняя запись с камер слежения показывала обеих женщин выходящими вместе из главного лифта в гараже. Они были решительны и явно спокойны, в руках несли большие сумки. Вскоре с базы выехало несколько машин, одна из них — не досматриваемый охраной лимузин самого генерала графа Форкосигана.
— Она поехала в столицу. Вбила себе в голову, что… — Эйрел замолчал, прочистил горло. Тяжело уперся ладонями в край стола и стиснул пальцы, точно намереваясь отломить край пластиковой столешницы. — Решила сделать то, что не могу я. Намерена рискнуть собою ради, — он едва уловимо запнулся, — ради ребенка. Снова.
— Вы уверены? — переспросил Иллиан недоверчиво.
— К сожалению, да, — с досадою признался Эйрел, на мгновение отводя глаза. — Она мне сама сказала.
— А мне вы почему не сообщили? — возмутился шеф СБ. Хорошенькое дело — когда от тебя утаивает профильную информацию твой же собственный глава государства.
— Потому что! — огрызнулся Форкосиган. — Это был личный разговор. Мне… я не думал, что у нее хватит безрассудства на самом деле так поступить.
Он отвел глаза, сглотнул — дернулся кадык на широкой шее. А когда заговорил снова, голос его стал ровным, а тон — угрожающе командным.
— Капитан Иллиан. Леди-консорт необходимо вернуть на охраняемую территорию. Рассматривайте обеспечение ее безопасности как приоритетную задачу.
Это было рискованно близко к неповиновению, но Иллиан спешно встал, поднял руку:
— Эйрел. Подожди с приказом, прошу. Ты что, хочешь, чтобы я пустил по следу твоей жены погоню и привез ее силой?
— Можешь попробовать уговорить ее вернуться, — ядовито парировал Эйрел. Что-то дрожало в нем, напряженное, злое, гневное, почти лишающее Регента его обычного подавляющего спокойствия. Таким Иллиан видел его разве что в достопамятную ночь покушения. Страшная штука любовь, страшная и сокрушающая.
Иллиан взял полусекундную паузу, кивнул.
— Она уехала ранним вечером, сейчас ночь. Направление неизвестно. Вероятность выследить леди Форкосиган до того, как она попадет на контролируемую противником территорию — процентов шестьдесят. Вероятность взять ее группу без сопротивления — процентов семьдесят. Уговорить ее вернуться… Как ты думаешь, моим людям потребуется парализовать твою Корделию для верности?
— Ты ее боишься, — презрительно бросил Форкосиган.
Иллиан хмыкнул.
— Еще бы. Я видел ее в действии и я — не идиот. Опасаюсь, так будет точнее. Она — офицер в отставке…
— Она — женщина! Кто я такой, по-твоему, чтобы прятаться за спиной собственной жены, посылая ее в диверсионный рейд?
Страница 62 из 67
