Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2716
Черт с ними, с кошмарами, нервы можно и подлечить, но что, если ему приснится не бред, а нечто правдоподобное? И Иллиан, с его нынешней властью и неоспариваемыми решениями, примется настаивать, что так оно и было?
Качественный, медицински обеспеченный сон способен перевернуть его реальность вверх тормашками с особым цинизмом. Кстати, кто поручится, что сейчас ему не продолжает сниться сон про то, как он проснулся. Как бы это проверить… Память чипа не сдержала нужных сведений, а воспоминания детства были спутанными и ускользающе смазанными. Вроде бы во сне не удается ни увидеть себя в зеркале, ни включить свет при помощи выключателя: спящему сознанию якобы не хватает ресурсов на достройку картинки до полного правдоподобия. Впрочем, это у кого какие ресурсы, не каждому в голову добавляют иллирийскую железку…
В зеркале санблока честно отразилась его опухшая физиономия со следом от подушки на щеке и встрепанные волосы, по-дурацки торчащие через сетку с металлическими бляшками. Он осторожно снял сеть и сунул голову под холодную воду, смывая липкий контактный гель и прочищая мозги.
Все не так страшно. Проснувшись, он сумел отличить сон от реальности. Перепугался на секунду, но почти не промедлил с оценкой. Мир во сне был нелогичен и неосязаем. Во сне, как и вообще в данных чипа, ему недоставало тактильных ощущений — простейший способ, ущипнуть себя за руку, здесь сработал бы безошибочно. И хотя чип ставил на эти воспоминания метку реального времени, само время было несообразным. Глухая полночь — не время для совещаний. Призвав на помощь логику и оценив, чего и когда в принципе не могло случиться, можно легко рассортировать свои воспоминания на истинные и фальшивые.
Но лучше бы фальшивых не было вообще.
Саймон вздохнул и пробежался пальцами по комму.
— Доминичи? Если вы еще не спите… а даже если и спите, подъем. Я-то по вашей милости проснулся. Спешу обрадовать: ваша пакость сработала. И мне бы крайне хотелось, чтобы вы нашли и устранили причину. Как можно скорее. Приказ ясен?
Следующие дни напряжение на базе только нарастало. Обстановка в Империи ежечасно подкидывала сюрпризы. Последним было новостное сообщение из сетей вещания узурпатора — в самом полном и безоговорочном смысле слова: Фордариан не выдержал и четырех дней, из лорда-регента объявив себя уже императором. Что его подтолкнуло на этот шаг — отчаяние или несвоевременная утечка информации из стана оппонентов? Как бы то ни было, это заявление ставило под вопрос завтрашние переговоры со старшими офицерами Фордариана: немолодой и осторожный генерал Форранже был готов пойти на попятный, затребовав такие гарантии безопасности, какие СБ была совершенно не намерена санкционировать. Черт бы побрал упрямых стариков…
Кстати об упрямцах. Граф Петр Форкосиган уже поджидал шефа СБ у кабинета, сверля его возмущенным взглядом с высоты своего немалого роста.
— Заставляете себя ждать, Иллиан, — буркнул он гневно. — Потрудитесь объясниться, почему я сегодня не получил заказанный пропуск на выезд.
— Меры безопасности, сэр.
— Поздно запирать конюшню, когда лошадь украли, — раздраженно отрезал граф. — Смотрели бы лучше за моей сумасшедшей невесткой, когда она угоняла чужие машины. Тогда мне не пришлось бы просить у вас транспорт для встречи с Форранже.
— Откровенно говоря, слишком много чести Форранже, чтобы вы лично гарантировали его неприкосновенность, генерал. Завтра он и Крестовский прибудут сюда на переговоры, никуда не денутся. А вам предпочтительней оставаться эти сутки на охраняемой территории.
— А это уже не вам решать. — Форкосиган-старший грозно сдвинул густые брови. — Я — боевой генерал, и не в ваших чинах мною командовать.
— Вы не находитесь у меня в подчинении, сэр, — согласился Иллиан вежливо. — Тем не менее я не в силах обеспечить вашу неприкосновенность при приватных переговорах с вражеским командующим. То, что десять лет назад он служил у вас под началом, достаточным резоном безопасности не является. Разумеется, вы не под арестом, и задержать я вас не вправе… но и охрану с транспортом выделять тоже не обязан. А без нее — могу вам только порекомендовать дождаться своих оруженосцев.
— Я и без вашей охраны прекрасно справлюсь, — ядовито процедил граф — Это ведь ваши люди прошляпили покушение на моего сына, и не одно, побег его жены, да и начало мятежа, если на то пошло?
— Мы учимся на своих ошибках, — ответил Иллиан невозмутимо. — Не создавайте же нам сами дополнительные сложности.
— Учитесь на ком-нибудь другом, Иллиан, и побыстрее, — фыркнул старый генерал. — Будь на вашем месте Негри, мне не пришлось бы ему объяснять необходимость моей поездки.
— Привыкайте, что на этом месте теперь буду я. Человек, который не сделает вам послаблений по давнему знакомству.
— Я иду к Эйрелу. Сейчас же! И поставлю вопрос о вашей профпригодности, капитан.
Качественный, медицински обеспеченный сон способен перевернуть его реальность вверх тормашками с особым цинизмом. Кстати, кто поручится, что сейчас ему не продолжает сниться сон про то, как он проснулся. Как бы это проверить… Память чипа не сдержала нужных сведений, а воспоминания детства были спутанными и ускользающе смазанными. Вроде бы во сне не удается ни увидеть себя в зеркале, ни включить свет при помощи выключателя: спящему сознанию якобы не хватает ресурсов на достройку картинки до полного правдоподобия. Впрочем, это у кого какие ресурсы, не каждому в голову добавляют иллирийскую железку…
В зеркале санблока честно отразилась его опухшая физиономия со следом от подушки на щеке и встрепанные волосы, по-дурацки торчащие через сетку с металлическими бляшками. Он осторожно снял сеть и сунул голову под холодную воду, смывая липкий контактный гель и прочищая мозги.
Все не так страшно. Проснувшись, он сумел отличить сон от реальности. Перепугался на секунду, но почти не промедлил с оценкой. Мир во сне был нелогичен и неосязаем. Во сне, как и вообще в данных чипа, ему недоставало тактильных ощущений — простейший способ, ущипнуть себя за руку, здесь сработал бы безошибочно. И хотя чип ставил на эти воспоминания метку реального времени, само время было несообразным. Глухая полночь — не время для совещаний. Призвав на помощь логику и оценив, чего и когда в принципе не могло случиться, можно легко рассортировать свои воспоминания на истинные и фальшивые.
Но лучше бы фальшивых не было вообще.
Саймон вздохнул и пробежался пальцами по комму.
— Доминичи? Если вы еще не спите… а даже если и спите, подъем. Я-то по вашей милости проснулся. Спешу обрадовать: ваша пакость сработала. И мне бы крайне хотелось, чтобы вы нашли и устранили причину. Как можно скорее. Приказ ясен?
Следующие дни напряжение на базе только нарастало. Обстановка в Империи ежечасно подкидывала сюрпризы. Последним было новостное сообщение из сетей вещания узурпатора — в самом полном и безоговорочном смысле слова: Фордариан не выдержал и четырех дней, из лорда-регента объявив себя уже императором. Что его подтолкнуло на этот шаг — отчаяние или несвоевременная утечка информации из стана оппонентов? Как бы то ни было, это заявление ставило под вопрос завтрашние переговоры со старшими офицерами Фордариана: немолодой и осторожный генерал Форранже был готов пойти на попятный, затребовав такие гарантии безопасности, какие СБ была совершенно не намерена санкционировать. Черт бы побрал упрямых стариков…
Кстати об упрямцах. Граф Петр Форкосиган уже поджидал шефа СБ у кабинета, сверля его возмущенным взглядом с высоты своего немалого роста.
— Заставляете себя ждать, Иллиан, — буркнул он гневно. — Потрудитесь объясниться, почему я сегодня не получил заказанный пропуск на выезд.
— Меры безопасности, сэр.
— Поздно запирать конюшню, когда лошадь украли, — раздраженно отрезал граф. — Смотрели бы лучше за моей сумасшедшей невесткой, когда она угоняла чужие машины. Тогда мне не пришлось бы просить у вас транспорт для встречи с Форранже.
— Откровенно говоря, слишком много чести Форранже, чтобы вы лично гарантировали его неприкосновенность, генерал. Завтра он и Крестовский прибудут сюда на переговоры, никуда не денутся. А вам предпочтительней оставаться эти сутки на охраняемой территории.
— А это уже не вам решать. — Форкосиган-старший грозно сдвинул густые брови. — Я — боевой генерал, и не в ваших чинах мною командовать.
— Вы не находитесь у меня в подчинении, сэр, — согласился Иллиан вежливо. — Тем не менее я не в силах обеспечить вашу неприкосновенность при приватных переговорах с вражеским командующим. То, что десять лет назад он служил у вас под началом, достаточным резоном безопасности не является. Разумеется, вы не под арестом, и задержать я вас не вправе… но и охрану с транспортом выделять тоже не обязан. А без нее — могу вам только порекомендовать дождаться своих оруженосцев.
— Я и без вашей охраны прекрасно справлюсь, — ядовито процедил граф — Это ведь ваши люди прошляпили покушение на моего сына, и не одно, побег его жены, да и начало мятежа, если на то пошло?
— Мы учимся на своих ошибках, — ответил Иллиан невозмутимо. — Не создавайте же нам сами дополнительные сложности.
— Учитесь на ком-нибудь другом, Иллиан, и побыстрее, — фыркнул старый генерал. — Будь на вашем месте Негри, мне не пришлось бы ему объяснять необходимость моей поездки.
— Привыкайте, что на этом месте теперь буду я. Человек, который не сделает вам послаблений по давнему знакомству.
— Я иду к Эйрелу. Сейчас же! И поставлю вопрос о вашей профпригодности, капитан.
Страница 64 из 67
