Демон-хранитель

или за… но Феста… я знаю её очень давно, и вот просто так, цинично её убить?

Тогда, в лабиринте, бы ни за что не решился на это, если бы не Диала. Из-за этой назойливой девчонки я едва не упустил Фесту, которая воспользовалась случаем и попросту убежала. А я ничего не мог сделать, только смотреть ей вслед! Чтобы не отдать победу просто так, я и метнул кинжал, позабыв на миг, какую страшную вещь держу в руках.

К счастью ли или к сожалению, артефакт не причинил Фесте вреда. Азарт битвы полностью захватил меня, и я легкомысленно позволил себе отдаться этому азарту. Желание победить — это прекрасно, но чего может стоить мне победа? Об этом я задумался слишком поздно. Я был вторым победителем, и у моих ног приветственно шумела толпа. Феста пришла третьей.

Несс был бы доволен и этим, в конце концов, он не настолько кровожаден, чтобы без причины желать девчонке смерти, но Совет… Ему нужна Феста. Нужна победа Фесты. И особенно в этом заинтересован почему-то Даррелл, — так мне сказали обрывки воспоминаний в голове коменданта. Поэтому Феста всё равно стала бы победительницей, а меня бы попросту устранили. Есть много способов… Нет, не убийство, это привлекло бы внимание… Но мало ли, несчастный случай, досадная случайность и всё: победитель Корнел из Ледяной башни не сможет отправиться во Внешний мир! А вместо него поедет Мефистофия, занявшая третье место.

Моя победа путала Совету все карты. Я им не нужен. Благоразумнее отказаться от победы самому, чем дожидаться, пока за меня это сделает Совет.

Вот только у Несса было другое мнение.

— Как?! Ты?! Посмел?! — кричал комендант, вцепившись руками в столешницу так, что побелели костяшки пальцев, — Ты хоть понимаешь, что натворил?! Теперь она победила, и… Что будет теперь? А кинжал?! Ты своими собственными руками отправляешь меня в тюрьму, в подземелья Собора! Зачем? Зачем, Корнел? Зачем, объясни мне, нужно было всё выкладывать Совету, зачем?

Я взглянул на стол, который полностью покрылся коркой льда. В комнате было уже так холодно, что при каждом выдохе изо рта вырывались облачка пара.

— Вы же не хотите заморозить всю башню, господин комендант?

Несс посмотрел на меня, будто очнувшись, выдохнул и сел обратно в кресло, закрыв глаза.

— Или ты скажешь, в чём дело, или я тебя убью, мальчишка, прямо здесь и сейчас.

У меня было своё мнение на этот счёт, но злить Несса ещё сильнее я не хотел. Я изложил ему свои мысли насчёт намерений Совета. Мне показалось, что я сумел убедить его в необходимости своих действий.

— Допустим. Я не подумал об этом раньше. Всё-таки ты отправишься во Внешний мир. Пусть она тоже будет там, с этим уже ничего не поделать. Корнел, у меня есть подозрение, что победа Фесты нужна им не просто так… Они хотят изменить миропорядок, нарушить равновесие… А у неё есть сила — случай с Ретари только доказал это.

— Чтобы один демон нарушил равновесие Сил? Какими бы способностями… — начал я с сомнением, но Несс перебил меня.

— Ты не знаешь Совет! Думаешь, чем они занимались все эти годы? Пойми, им нет дела до Даймонеса, даже Внешний мир их почти не интересует. Они знают способ, как сделать из неё оружие. Это погубит всё, это погубит всех нас, Корнел! Они, — комендант огляделся по сторонам и понизил голос, — погрязли в научных изысканиях, в самых тёмных тропах магии… Потеряли связь с реальностью… такое бывает…

Я поражённо смотрел на Несса. Он обвиняет Совет, и в чём? В сумасшествии? В измене?

— Если развяжется война со Светом, мы не выстоим. Совет может этого не помнить, но мы-то, простые демоны, знаем, насколько мы слабы. Если Мефистофия выполнит задание, каким бы оно ни было, Свет воспримет это как вызов, как знак войны. Даймонес падёт. Пострадают тысячи демонов, обычных демонов, не готовых к воплощению слепых амбиций Совета Девяти. Лучше погибнет одна, чем многие… ты меня понимаешь?

Я медленно наклонил голову в знак того, что понял его слова.

— Так вы хотите, чтобы я устранил Фесту?

— Пойми, так будет лучше… — лихорадочно зашептал комендант, — Совет просто не понимает всей опасности…

Я смотрел на Несса и не узнавал его. Обычно невозмутимый, он был охвачен странным возбуждением. Признаться, я засомневался, а всё ли в порядке с головой у самого коменданта. Скрыв улыбку, я поклонился и поспешил покинуть кабинет: карета, которая должна была везти меня в Собор, уже ждала у ворот башни.

Далеко внизу завыла полицейская сирена. По тоненькой полосе шоссе промчался, распугивая остальные машины, бело-синий автомобиль, мигавший вращавшейся лампочкой. Звук сирены постепенно затих, скрывшись вместе с машиной, и снова я слышу лишь ровный гул городских дорог.

Убить Фесту, чтобы помешать Совету… убить ангела Матвея, чтобы угодить Совету… Я напоминал сам себе киллера, который по глупости нанялся сразу к двум противоположным сторонам.