Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
Добавить в моё избранное
586 мин, 27 сек 22325
Сама девочка толком не понимала, почему это было важно, но мама часто повторяла, что если она научится вызывать огоньки, то у них наконец-то всё будет хорошо. Может, она перестанет бояться и при каждом стуке двери прятать свою дочь в страшный и сырой подвал замка. Она будет чаще улыбаться — не вымученно, как будто у неё что-то болит, а по-настоящему. Девочка очень важна для своей мамы, она не может ей не помочь. У неё уже почти получается… Всё будет хорошо…
Дверь открылась без скрипа, почти беззвучно. Женщина задохнулась, попыталась встать с кресла, но её ноги подкосились, и она была вынуждена уцепиться за подлокотник.
— Ты пришёл…
Вошедший не ответил ей. Он подошёл к окну и резко захлопнул ставни, высоко зазвеневшие при этом. Мужчина был высок и плечист, одет он был в тёмный плащ, цвет которого было не различить в сумраке комнаты, а его массивная фигура заслоняла и без того скупые лучи смотревшей в окно звезды. С его появлением в комнате стало совсем темно.
— У неё получается… — робко улыбнулась женщина и тут же сжалась под холодным взглядом мужчины. Тот приблизился к замершей от страха девочке и попытался взять её за подбородок, чтобы заглянуть ей в лицо — но тут же отдёрнул руку, обжёгшись о вспыхнувшую кожу. Женщина еле слышно застонала.
— Будешь кусаться, маленькая тварь?!
Мощный удар свалил девочку со стола, и она упала на пол, как тряпичная кукла.
— Она не виновата! Она тебя боится! — женщина вскочила. Гнев придал ей сил.
— Мне всё равно, что она любит и чего боится. Важно то, что эта девчонка, прокляни её Темнейший, растёт. Она становится слишком заметной.
Голос мужчины был таким же холодным и безэмоциональным, как и его взгляд. Сложно было поверить, что это он только что с диким рыком ударил ребёнка.
— Ты же говорил, что она будет полезна, если разбудит свою силу…
— Планы изменились. Я не вижу в ней никакой силы, которая могла бы иметь значение.
Женщина заплакала, уже не сдерживая себя.
— Прекрати, иначе мне придётся ударить и тебя тоже.
— Хорошую же дочь ты воспитаешь, — процедила в ответ мать.
— Уходи. Уходи, тебя никто здесь не держит. Ну же! Что, не нужна больше своим старым дружкам? Того следовало ожидать. Бесполезная. Падшая. Да, так они тебя назовут, — с отвращением произнёс мужчина. Женщина билась и стонала, сдерживая рыдания, у его ног.
— Ну же, Мефистофия. Вставай, — отец рывком поднял девочку на ноги и заставил её посмотреть ему в глаза, — Твоя мамаша говорит, ты стала на что-то способной. Покажи мне.
Девочка упрямо молчала и кусала губы.
— Тебе придётся это сделать.
Малышка подняла было ладони, но затем, передумав, снова опустила их и даже сжала кулаки.
Внешне мужчина не сделал ни одного движения, но что-то толкнуло девочку в грудь, больно ударив её о ножку стола. Но в этот раз девочка не осталась в долгу — она наотмашь ударила ладошкой по воздуху, и золотистый луч ударил отца в плечо. Ещё один взмах, уже другой рукой — и чёрная, густая полоса расчерчивает воздух.
Мужчина отступил, вытянув руки вперёд. На его лице медленно проступал гнев, смешанный с постепенным пониманием.
— Ты хотела показать мне это? — прошипел он, развернувшись к матери девочки.
Мефистофия поняла — её маме сейчас сделают больно. Так же больно, как сделали ей самой, а, возможно, и ещё хуже. Она редко видела этого мрачного человека и очень боялась, его, так, что спряталась бы, если могла. Но она боялась за маму, которая не хотела бежать и почему-то каждый раз ждала его прихода.
Но разве она могла допустить, чтобы этот человек ранил её маму?! А он медленно поднимал, поднимал, поднимал свою руку…
И тогда время остановилось. Точнее, так ей показалось. То, что она видела и слышала, отступило куда-то на второй план. В груди вместе со слезами и болью что-то поднималось, как будто пробуждалось ото сна и расправляло свои большие крылья. Перед Мефистофией были равнины огня и ледяные пустыни. Мрачные пропасти, пахнувшие тьмой и страхом, и небесные вершины с неведомым ей, но безумно радостным светом. Тонкая полоса чего-то древнего, опасного и жутко ненавидевшего её. Прозрачные облака, как будто сотканные из паутины, и пылающие недра подземного мира. Какой-то другой, огромный мир, полный странных смуглых людей, да, не демонов, а людей. Так они себя называют.
Она не услышала — скорее, почувствовала тихие бестелесные голоса.
«Ты сможешь выдержать это?»
Девочка поняла, что ей предстоит увидеть всё это снова. Увидеть и сделать что-то очень важное. Куда-то отправиться, чтобы… Зачем? Куда?
«Смогу», — ответила она. Нет, не так. Она будто бы смотрела на всё, и на себя в том числе, со стороны. И голос, который был так похож на её собственный, отвечал за неё прежде, чем она успевала хоть что-то осознать.
Дверь открылась без скрипа, почти беззвучно. Женщина задохнулась, попыталась встать с кресла, но её ноги подкосились, и она была вынуждена уцепиться за подлокотник.
— Ты пришёл…
Вошедший не ответил ей. Он подошёл к окну и резко захлопнул ставни, высоко зазвеневшие при этом. Мужчина был высок и плечист, одет он был в тёмный плащ, цвет которого было не различить в сумраке комнаты, а его массивная фигура заслоняла и без того скупые лучи смотревшей в окно звезды. С его появлением в комнате стало совсем темно.
— У неё получается… — робко улыбнулась женщина и тут же сжалась под холодным взглядом мужчины. Тот приблизился к замершей от страха девочке и попытался взять её за подбородок, чтобы заглянуть ей в лицо — но тут же отдёрнул руку, обжёгшись о вспыхнувшую кожу. Женщина еле слышно застонала.
— Будешь кусаться, маленькая тварь?!
Мощный удар свалил девочку со стола, и она упала на пол, как тряпичная кукла.
— Она не виновата! Она тебя боится! — женщина вскочила. Гнев придал ей сил.
— Мне всё равно, что она любит и чего боится. Важно то, что эта девчонка, прокляни её Темнейший, растёт. Она становится слишком заметной.
Голос мужчины был таким же холодным и безэмоциональным, как и его взгляд. Сложно было поверить, что это он только что с диким рыком ударил ребёнка.
— Ты же говорил, что она будет полезна, если разбудит свою силу…
— Планы изменились. Я не вижу в ней никакой силы, которая могла бы иметь значение.
Женщина заплакала, уже не сдерживая себя.
— Прекрати, иначе мне придётся ударить и тебя тоже.
— Хорошую же дочь ты воспитаешь, — процедила в ответ мать.
— Уходи. Уходи, тебя никто здесь не держит. Ну же! Что, не нужна больше своим старым дружкам? Того следовало ожидать. Бесполезная. Падшая. Да, так они тебя назовут, — с отвращением произнёс мужчина. Женщина билась и стонала, сдерживая рыдания, у его ног.
— Ну же, Мефистофия. Вставай, — отец рывком поднял девочку на ноги и заставил её посмотреть ему в глаза, — Твоя мамаша говорит, ты стала на что-то способной. Покажи мне.
Девочка упрямо молчала и кусала губы.
— Тебе придётся это сделать.
Малышка подняла было ладони, но затем, передумав, снова опустила их и даже сжала кулаки.
Внешне мужчина не сделал ни одного движения, но что-то толкнуло девочку в грудь, больно ударив её о ножку стола. Но в этот раз девочка не осталась в долгу — она наотмашь ударила ладошкой по воздуху, и золотистый луч ударил отца в плечо. Ещё один взмах, уже другой рукой — и чёрная, густая полоса расчерчивает воздух.
Мужчина отступил, вытянув руки вперёд. На его лице медленно проступал гнев, смешанный с постепенным пониманием.
— Ты хотела показать мне это? — прошипел он, развернувшись к матери девочки.
Мефистофия поняла — её маме сейчас сделают больно. Так же больно, как сделали ей самой, а, возможно, и ещё хуже. Она редко видела этого мрачного человека и очень боялась, его, так, что спряталась бы, если могла. Но она боялась за маму, которая не хотела бежать и почему-то каждый раз ждала его прихода.
Но разве она могла допустить, чтобы этот человек ранил её маму?! А он медленно поднимал, поднимал, поднимал свою руку…
И тогда время остановилось. Точнее, так ей показалось. То, что она видела и слышала, отступило куда-то на второй план. В груди вместе со слезами и болью что-то поднималось, как будто пробуждалось ото сна и расправляло свои большие крылья. Перед Мефистофией были равнины огня и ледяные пустыни. Мрачные пропасти, пахнувшие тьмой и страхом, и небесные вершины с неведомым ей, но безумно радостным светом. Тонкая полоса чего-то древнего, опасного и жутко ненавидевшего её. Прозрачные облака, как будто сотканные из паутины, и пылающие недра подземного мира. Какой-то другой, огромный мир, полный странных смуглых людей, да, не демонов, а людей. Так они себя называют.
Она не услышала — скорее, почувствовала тихие бестелесные голоса.
«Ты сможешь выдержать это?»
Девочка поняла, что ей предстоит увидеть всё это снова. Увидеть и сделать что-то очень важное. Куда-то отправиться, чтобы… Зачем? Куда?
«Смогу», — ответила она. Нет, не так. Она будто бы смотрела на всё, и на себя в том числе, со стороны. И голос, который был так похож на её собственный, отвечал за неё прежде, чем она успевала хоть что-то осознать.
Страница 73 из 164
