Фандом: Ориджиналы. В этот вечер на внешнем уровне Ибере — Кханготане — погода была просто замечательной — снег, лазурного цвета, как это бывало только здесь, падал хлопьями на сизую мостовую магической реки Аквелнест, проистекающей из самого Ядра Ибере, реки, что протекала практически через все уровни, небо было настолько светло-серым, что даже казалось белым, а холода вдалеке от дворца императрицы, ослепительно белоснежного и сверкающего, как и сама ледяная женщина, сегодня почти не чувствовалось.
Добавить в моё избранное
31 мин, 59 сек 18646
Но она чувствовала себя такой раздражённой, что всё остальное отступало на задний план.
— Уберите руку с моего запястья! — зло процедила сквозь зубы Ванесса. — Не смейте ко мне прикасаться!
Мерсер отпустил её. Только посмотрел на неё так… Сенатор не знала, как можно это объяснить. Знала только, что взгляд этот был ей до дрожи неприятен, но страха перед генералом она не чувствовала никакого. Напротив, в душе её появлялась какая-то необъяснимая, даже противоестественная смелость, которая вряд ли была разумна в таких обстоятельствах. Она чувствовала, что ей хочется много чего сказать генералу. Много чего такого, что едва простили бы даже Марии ГормЛэйт, которая, всё-таки, была супругой Киндеирна и пользовалась некоторыми привелегиями.
Леди Мария была настоящей знаменитостью Сената, и не уважать её Ванесса не могла, хотя и далеко не со всеми её доводами могла согласиться. Леди Мария была необыкновенной женщиной, и дело было не только в Арго Астале, который в своё время был настолько в неё влюблён, что… Кажется, это было ещё до их свадьбы. То, что он натворил в её честь тогда, теперь упоминалось достаточно часто, хоть и реже, чем в ту пору, когда это только произошло. Кажется, это случилось именно в день Саменреты. Во всяком случае, княжна всегда слышала, что это случилось именно в день богини любви. Впрочем, подобные мелочи могли оказаться и вовсе выдуманными лишь потому, что так звучало лучше, краше, что история становилась более романтичной и яркой. И в облике довольно грубого, острого на язык и довольно безжалостного генерала появлялось нечто, из-за чего кто-то из маленьких девочек из пансионов для благородных девиц мог считать его образцом галантного кавалера с не слишком хорошей, правда, репутацией.
— Я думал, княжны Ахортон предпочитают воздушные платья и музыку всей этой грязи Сената! — бросил он небрежно, и Ванесса едва удержалась от того, чтобы не ударить его чем-нибудь. — А вы столько времени проводите там и, кажется, вполне довольны своей работой и её последствиями.
Это было почти оскорбление. Намёк на её несчастную сестру, с которой у Мерсера некоторое время назад была интрижка. И от этого становилось ещё более противно. Лемети была совсем не виновата в том, что была несколько наивна, воздушна и беспечна. Возможно, Ванесса сама была бы такой же — если бы не училась с десяти лет в Академии, а после не оказалась бы в западном крыле Сената, где весьма усердно работала уже довольно долго… Иногда ей даже хотелось быть такой, как её сестра. Иногда. Довольно редко, на самом деле. Реже, чем, вероятно, должно было хотеться.
Ванесса даже пожалела, что рядом с ней нет никого из восточного крыла Сената. Саломея ударила бы этого генерала, оттолкнула бы, завизжала бы на всю улицу и бросилась бы бежать — это было вполне в её стиле. А Амелия — эта девчонка с алыми волосами, лицом похожая на фарфоровую куклу — точно придумала что-нибудь каверзное и, в конечном счёте, не слишком-то приятное для Мерсера. Впрочем, зная Амелию, она могла сделать что угодно, и это не вышло бы ей боком — отец её в своё время, это было довольно давно, выловил из реки едва не утонувшего Хуана Астарна, и Киндеирн готов был сделать многое, чтобы облагодарить за такую услугу.
В восточном крыле всё было проще. Там было много вспыльчивых особ, и Ванесса вполне сумела бы затеряться на их фоне. А так — она могла только мечтать о том, чтобы расцарапать Карелу лицо. И в какой-то момент княжне показалось, что подобная выходка была бы именно тем, о чём она мечтала всю свою жизнь, и лишь усилием воли ей удалось подавить это желание и сдержаться. Во всяком случае, не показать этого внешне.
В восточном крыле всё было проще и правильнее. Оно отвечало за другую сферу жизни Ибере, и сенаторы оттуда были прямолинейнее, вспыльчивее, они старались говорить всё как было и редко были достаточно вежливы, чтобы хоть кто-нибудь из дворян пригласил бы их на один из своих балов. В восточном крыле почти не было сенаторов из числа дворян. Во всяком случае, из великих и средних дворянских родов, как это было в северных башнях и западном крыле, да и представителей купеческих родов тоже почти не было, в отличие от южного Сената. Впрочем, официальных данных о том, в какую часть Сената отправляли выпускников академии, не было. Ванесса не знала, почему её поместили именно в западную, а её кузину отправили в северную.
— Я думала, вы не должны быть чем-то подобны Джанхагскому Прокурору, быть не хуже его, — улыбнулась сенатор, стараясь говорить как можно более сладко, елейно. — А вы ему и в подмётки не годитесь. И ладно бы дело было только в том, что магии в вас меньше — харизмы-то вам тоже не хватает.
Она развернулась и снова продолжила идти, в глубине души опасаясь, что Мерсер может что-то предпринять относительно неё. Впрочем… Возможно, стоило сказать Горскому, что она его раскусила. Тогда и месть Карела не будет так страшна — против Элины Мерсер вряд ли сможет что-то сделать.
— Уберите руку с моего запястья! — зло процедила сквозь зубы Ванесса. — Не смейте ко мне прикасаться!
Мерсер отпустил её. Только посмотрел на неё так… Сенатор не знала, как можно это объяснить. Знала только, что взгляд этот был ей до дрожи неприятен, но страха перед генералом она не чувствовала никакого. Напротив, в душе её появлялась какая-то необъяснимая, даже противоестественная смелость, которая вряд ли была разумна в таких обстоятельствах. Она чувствовала, что ей хочется много чего сказать генералу. Много чего такого, что едва простили бы даже Марии ГормЛэйт, которая, всё-таки, была супругой Киндеирна и пользовалась некоторыми привелегиями.
Леди Мария была настоящей знаменитостью Сената, и не уважать её Ванесса не могла, хотя и далеко не со всеми её доводами могла согласиться. Леди Мария была необыкновенной женщиной, и дело было не только в Арго Астале, который в своё время был настолько в неё влюблён, что… Кажется, это было ещё до их свадьбы. То, что он натворил в её честь тогда, теперь упоминалось достаточно часто, хоть и реже, чем в ту пору, когда это только произошло. Кажется, это случилось именно в день Саменреты. Во всяком случае, княжна всегда слышала, что это случилось именно в день богини любви. Впрочем, подобные мелочи могли оказаться и вовсе выдуманными лишь потому, что так звучало лучше, краше, что история становилась более романтичной и яркой. И в облике довольно грубого, острого на язык и довольно безжалостного генерала появлялось нечто, из-за чего кто-то из маленьких девочек из пансионов для благородных девиц мог считать его образцом галантного кавалера с не слишком хорошей, правда, репутацией.
— Я думал, княжны Ахортон предпочитают воздушные платья и музыку всей этой грязи Сената! — бросил он небрежно, и Ванесса едва удержалась от того, чтобы не ударить его чем-нибудь. — А вы столько времени проводите там и, кажется, вполне довольны своей работой и её последствиями.
Это было почти оскорбление. Намёк на её несчастную сестру, с которой у Мерсера некоторое время назад была интрижка. И от этого становилось ещё более противно. Лемети была совсем не виновата в том, что была несколько наивна, воздушна и беспечна. Возможно, Ванесса сама была бы такой же — если бы не училась с десяти лет в Академии, а после не оказалась бы в западном крыле Сената, где весьма усердно работала уже довольно долго… Иногда ей даже хотелось быть такой, как её сестра. Иногда. Довольно редко, на самом деле. Реже, чем, вероятно, должно было хотеться.
Ванесса даже пожалела, что рядом с ней нет никого из восточного крыла Сената. Саломея ударила бы этого генерала, оттолкнула бы, завизжала бы на всю улицу и бросилась бы бежать — это было вполне в её стиле. А Амелия — эта девчонка с алыми волосами, лицом похожая на фарфоровую куклу — точно придумала что-нибудь каверзное и, в конечном счёте, не слишком-то приятное для Мерсера. Впрочем, зная Амелию, она могла сделать что угодно, и это не вышло бы ей боком — отец её в своё время, это было довольно давно, выловил из реки едва не утонувшего Хуана Астарна, и Киндеирн готов был сделать многое, чтобы облагодарить за такую услугу.
В восточном крыле всё было проще. Там было много вспыльчивых особ, и Ванесса вполне сумела бы затеряться на их фоне. А так — она могла только мечтать о том, чтобы расцарапать Карелу лицо. И в какой-то момент княжне показалось, что подобная выходка была бы именно тем, о чём она мечтала всю свою жизнь, и лишь усилием воли ей удалось подавить это желание и сдержаться. Во всяком случае, не показать этого внешне.
В восточном крыле всё было проще и правильнее. Оно отвечало за другую сферу жизни Ибере, и сенаторы оттуда были прямолинейнее, вспыльчивее, они старались говорить всё как было и редко были достаточно вежливы, чтобы хоть кто-нибудь из дворян пригласил бы их на один из своих балов. В восточном крыле почти не было сенаторов из числа дворян. Во всяком случае, из великих и средних дворянских родов, как это было в северных башнях и западном крыле, да и представителей купеческих родов тоже почти не было, в отличие от южного Сената. Впрочем, официальных данных о том, в какую часть Сената отправляли выпускников академии, не было. Ванесса не знала, почему её поместили именно в западную, а её кузину отправили в северную.
— Я думала, вы не должны быть чем-то подобны Джанхагскому Прокурору, быть не хуже его, — улыбнулась сенатор, стараясь говорить как можно более сладко, елейно. — А вы ему и в подмётки не годитесь. И ладно бы дело было только в том, что магии в вас меньше — харизмы-то вам тоже не хватает.
Она развернулась и снова продолжила идти, в глубине души опасаясь, что Мерсер может что-то предпринять относительно неё. Впрочем… Возможно, стоило сказать Горскому, что она его раскусила. Тогда и месть Карела не будет так страшна — против Элины Мерсер вряд ли сможет что-то сделать.
Страница 4 из 9
