Фандом: Гримм. Портленд наводнили охотники за монетами, жнецы, спецслужбы и Феррат, а утро Ника и капитана Ренарда началось в одной постели и с провалом в памяти. Всему виной необдуманные поступки, череда недоразумений и пробудившееся заклятие, способное навсегда изменить жизни Гримма и принца, но как — решать только им.
Добавить в моё избранное
241 мин, 45 сек 10425
У Ника была одна теория насчёт произошедшего, но рассказывать о реальной судьбе монет Закинтоса он не хотел: капитану лучше не вспоминать о них для его же собственного блага. Тем более, это всего лишь теория, и он мог ошибаться. Поэтому когда Ренард сказал, что у него нет даже предположения, с кем или чем они столкнулись, и спросил, что на этот счёт думает Ник, тот только покачал головой, пожал плечами и глубоко задумался.
Покалеченный профиль притягивал взгляд. Ник старался смотреть в окно, но незаметно для себя вновь и вновь начинал коситься влево. Когда капитан регулировал обогрев, на глаза попались сбитые костяшки, небольшой порез под перстнем, оставленный кромкой этого самого перстня, и синяя полоса, выглядывающая из-под манжеты рубашки. Значит, была драка. Значит, руки связывали. Либо нападавших было несколько, либо нападавший хорошо подготовился. Хищные везены в принципе сильнее среднестатистического человека, но ведь и капитан далеко не среднестатистический человек. Ник бы с ним в спарринг встать не рискнул. Если дело в монетах, то за ними пришёл одиночка: никто не захочет ими делиться. Сильный, ловкий, умный одиночка. Что если он уже добрался до трейлера? Нет, в таком случае логичнее было бы убить Гримма, чтобы замести все следы, но трейлер всё равно нужно будет проверить. И тайник в лесу — обязательно.
На идеальный синий воротничок упала тяжёлая густо-вишнёвая капля. Ник заметил движение краем глаза и удивлённо обернулся. Волосы над правым ухом капитана слиплись от крови, тёмные ручейки катились по шее, срывались с мочки частыми лоснящимися бусинами.
— Капитан? — Ник подался вперёд и с замиранием сердца уставился на кровавую змейку, медленно вытекающую из уха.
Капитан Ренард повернул голову.
— Что-нибудь случилось? — спокойно спросил он.
При виде обширного кровоизлияния в склеру правого глаза и неестественно огромного чернильного зрачка у Ника перехватило дыхание. Черепно-мозговая травма. Но откуда, и почему она стала заметна только сейчас?
— Сэр… У вас… голова разбита, — пробормотал Ник.
— Я знаю. Вот здесь, — Ренард запустил пальцы в слипшиеся волосы, раздвигая кожу и осколки черепа. — Ты мне нужен, Ник. Проснись, Ник.
Капитан потормошил его за плечо и похлопал по щеке, возвращая в реальность. Ник с трудом сглотнул — во рту от потустороннего ужаса пересохло, и, похоже, все эмоции отразились на лице. Капитан обеспокоенно заглянул ему в глаза.
— Ты как себя чувствуешь? Всё в порядке?
— Да-да, всё в норме. Задремал, — Ник тряхнул головой, прогоняя остатки сна, и посмотрел в окно. Улица, на которой они остановились, была ему знакома — его дом находился всего в двух минутах за поворотом.
— Дойдёшь или к порогу довезти?
— Дойду! — встрепенулся он и выбрался из машины.
— Ник, — окликнул капитан, — не задерживайся.
— Переоденусь и сразу в управление, — пообещал Ник, делая самые честные глаза на свете.
Яркое весеннее солнце поднималось всё выше, и над мокрым тротуаром плыл белый парок — день обещал быть тёплым. В куртке было даже жарковато, и Ник ускорил шаг. Очень хотелось наконец снять грязную одежду и забраться в душ. И нужно ещё позвонить Монро — единственному другу, с которым можно говорить откровенно, — нужно изучить все вчерашние звонки, съездить в лес и в трейлер… Нет, столько времени капитан ему не простит, придётся выбирать между лесом и трейлером.
У обочины, действительно, дежурил полицейский форд. Ник отсалютовал патрульным и вошёл в дом.
Здесь всё было по-прежнему: тихо и уютно, ничего не прибавилось, и не пропало, только отсутствие куртки Джульетты сразу бросалось глаза. Среди фотографий на полке обнаружился ключ зажигания пикапа.
Ник стянул куртку практически вместе с рубашкой — третья снизу, она же первая сверху, пуговица повисла на двух нитках, — с наслаждением сбросил мокрые ботинки и прошёл на кухню, на ходу активируя сотовый. Так, что там со списком вчерашних звонков и сообщений?
Сообщений вчера не было. Восемь исходящих вызовов на номер капитана с без трёх минут четыре до десяти минут пятого — слишком короткий промежуток времени, тринадцать минут, это был какой-то экстренный вопрос; входящий из управления в тринадцать тридцать — это нормально… Ник поймал себя на том, что смотрит в журнал звонков и ничего не понимает — все мысли вытеснял жуткий сон. И ведь придремал всего минут на пять, а такой пробирающий до глубины души кошмар привиделся. Всё казалось слишком реальным: липкие багровые пальцы, приподнимающие белые осколки черепа под рваными лоскутами кожи… Хорошо, что Гриммы не видят вещих снов.
Тряхнув головой, Ник сосредоточился на сотовом. В восемь утра был входящий вызов от Монро — и вот это уже странно: если бы исходящий, то нормально, но Монро сам ему редко звонил, тем более так рано, только если у него что-то случилось. Ах да, они же вчера договорились выпить с утра кофе!
Покалеченный профиль притягивал взгляд. Ник старался смотреть в окно, но незаметно для себя вновь и вновь начинал коситься влево. Когда капитан регулировал обогрев, на глаза попались сбитые костяшки, небольшой порез под перстнем, оставленный кромкой этого самого перстня, и синяя полоса, выглядывающая из-под манжеты рубашки. Значит, была драка. Значит, руки связывали. Либо нападавших было несколько, либо нападавший хорошо подготовился. Хищные везены в принципе сильнее среднестатистического человека, но ведь и капитан далеко не среднестатистический человек. Ник бы с ним в спарринг встать не рискнул. Если дело в монетах, то за ними пришёл одиночка: никто не захочет ими делиться. Сильный, ловкий, умный одиночка. Что если он уже добрался до трейлера? Нет, в таком случае логичнее было бы убить Гримма, чтобы замести все следы, но трейлер всё равно нужно будет проверить. И тайник в лесу — обязательно.
На идеальный синий воротничок упала тяжёлая густо-вишнёвая капля. Ник заметил движение краем глаза и удивлённо обернулся. Волосы над правым ухом капитана слиплись от крови, тёмные ручейки катились по шее, срывались с мочки частыми лоснящимися бусинами.
— Капитан? — Ник подался вперёд и с замиранием сердца уставился на кровавую змейку, медленно вытекающую из уха.
Капитан Ренард повернул голову.
— Что-нибудь случилось? — спокойно спросил он.
При виде обширного кровоизлияния в склеру правого глаза и неестественно огромного чернильного зрачка у Ника перехватило дыхание. Черепно-мозговая травма. Но откуда, и почему она стала заметна только сейчас?
— Сэр… У вас… голова разбита, — пробормотал Ник.
— Я знаю. Вот здесь, — Ренард запустил пальцы в слипшиеся волосы, раздвигая кожу и осколки черепа. — Ты мне нужен, Ник. Проснись, Ник.
Капитан потормошил его за плечо и похлопал по щеке, возвращая в реальность. Ник с трудом сглотнул — во рту от потустороннего ужаса пересохло, и, похоже, все эмоции отразились на лице. Капитан обеспокоенно заглянул ему в глаза.
— Ты как себя чувствуешь? Всё в порядке?
— Да-да, всё в норме. Задремал, — Ник тряхнул головой, прогоняя остатки сна, и посмотрел в окно. Улица, на которой они остановились, была ему знакома — его дом находился всего в двух минутах за поворотом.
— Дойдёшь или к порогу довезти?
— Дойду! — встрепенулся он и выбрался из машины.
— Ник, — окликнул капитан, — не задерживайся.
— Переоденусь и сразу в управление, — пообещал Ник, делая самые честные глаза на свете.
Яркое весеннее солнце поднималось всё выше, и над мокрым тротуаром плыл белый парок — день обещал быть тёплым. В куртке было даже жарковато, и Ник ускорил шаг. Очень хотелось наконец снять грязную одежду и забраться в душ. И нужно ещё позвонить Монро — единственному другу, с которым можно говорить откровенно, — нужно изучить все вчерашние звонки, съездить в лес и в трейлер… Нет, столько времени капитан ему не простит, придётся выбирать между лесом и трейлером.
У обочины, действительно, дежурил полицейский форд. Ник отсалютовал патрульным и вошёл в дом.
Здесь всё было по-прежнему: тихо и уютно, ничего не прибавилось, и не пропало, только отсутствие куртки Джульетты сразу бросалось глаза. Среди фотографий на полке обнаружился ключ зажигания пикапа.
Ник стянул куртку практически вместе с рубашкой — третья снизу, она же первая сверху, пуговица повисла на двух нитках, — с наслаждением сбросил мокрые ботинки и прошёл на кухню, на ходу активируя сотовый. Так, что там со списком вчерашних звонков и сообщений?
Сообщений вчера не было. Восемь исходящих вызовов на номер капитана с без трёх минут четыре до десяти минут пятого — слишком короткий промежуток времени, тринадцать минут, это был какой-то экстренный вопрос; входящий из управления в тринадцать тридцать — это нормально… Ник поймал себя на том, что смотрит в журнал звонков и ничего не понимает — все мысли вытеснял жуткий сон. И ведь придремал всего минут на пять, а такой пробирающий до глубины души кошмар привиделся. Всё казалось слишком реальным: липкие багровые пальцы, приподнимающие белые осколки черепа под рваными лоскутами кожи… Хорошо, что Гриммы не видят вещих снов.
Тряхнув головой, Ник сосредоточился на сотовом. В восемь утра был входящий вызов от Монро — и вот это уже странно: если бы исходящий, то нормально, но Монро сам ему редко звонил, тем более так рано, только если у него что-то случилось. Ах да, они же вчера договорились выпить с утра кофе!
Страница 5 из 69
