Дальний путь

— Она… здесь?

Проклиная свой дар предвидения, ответ он знал и так. Они сидели за столом в компании трёх служанок и двух одинаковых на лицо подростков и в мрачном молчании слушали рассказ:

— Всё было нормально, понимаете, всё! Она вела себя как обычно. Только мы встаём однажды поутру, а её нет. Как сквозь землю провалилась. Мы побежали искать, ничего не нашли, даже следов не было…

Толя сидел низко опустив голову, боясь наткнуться на взгляд Хауруна.

— Когда это случилось? — спросил Люциус.

— Полтора месяца назад, — ответила одна из служанок. Толя помнил, что её звали Элизабет.

— Это мы виноваты! — проскулил Александер. — Простите нас…

— Хватит реветь, юноша, — сурово велел Хаурун, и Толя по голосу понял, что у него комок в горле. — Никто ни в чём не виноват! Она свободный человек и сама решила, как ей быть.

— А если она… умерла? — предположила Лия, и Магнус шикнул на неё, потому что Александер залился слезами.

— Хватит! — велел король. — Рёвом горю не поможешь!

Он помолчал, собираясь с мыслями. Таким суровым и собранным Толя его уже однажды видел: когда они думали, как спасти Изольду. Изольду… Менестрель уткнулся в сгиб локтя, притворяясь, что зевает, и почувствовал на своём предплечье ладошку Лии. Он поднял голову, но всё равно ничего не видел из-за слёз. Что-то пробормотав, он поднялся и вышел вон, каждый шаг отдавался острой болью. Вот здесь, на крыльце, он накинул принцессе плащ на плечи. Досюда, до ворот, дошла она, провожая его.

Он слышал, что подходит Хаурун, но даже не пошевелился, стоя посреди двора.

— Выше нос, менестрель, — сказал король. — Не всё ещё потеряно. Пойдём в дом. Люциус предложил ехать на поиски, Лия за, Магнус против. Нужно твоё мнение.

— А вы? — машинально спросил Толя, неотрывно глядя на какую-то былинку, качающуюся у ворот. — Вы тоже за?

— Как ты догадался? — невесело усмехнулся Хаурун. — Пойдём.

Когда Толя вошёл в комнату, все взгляды обратились к ним.

— Ну, менестрель, говори.

— Я… — неуверенно начал Толя. — Я думаю, что нам не нужно сдаваться, вот…

— Но мы рассчитывали на путешествие сроком в месяц! — возразил Магнус. — А нам, по-видимому, предстоит путь гораздо больший.

Скрестив руки на груди, Хаурун прислонился к дверному косяку.

— И в чём затруднения? — спросил он.

— У нас могут закончиться деньги…

— Я взял с собой сто золотых вдобавок к той сумме, что взяли вы, — ровно ответил Люциус.

— Ну хорошо, — попытался протестовать алхимик, — наше снаряжение…

— Починим! — завопил Ян. — И провизией снабдим! Одежду девчонки залатают, упряжь — мы с братом!

— И вы, господа, не забудьте, что мы с вами! — добавил Александер.

Хаурун иронично прищурился:

— Юноши, вам сколько лет?

— Четырнадцать! — храбро заявил Ян.

— А по правде — тринадцать, да и того нет? — фыркнул король, и мальчики замерли, переглянувшись.

— Без двух месяцев тринадцать, — признался Александер. — Откуда вы знаете?

Хаурун усмехнулся.

— Угадал, — сказал он. — Смею вас, юноши, огорчить, мы вас с собой не берём!

— Ах, вот как! — Ян, уперев руки в бока, надвинулся на него. — А чего это вы, сударь, распоряжаетесь?!

— Значит, право имею, не подумали? — свысока ответил ему Хаурун, и Толя подумал, что юноша заподозрит в нём хотя бы какого-нибудь графа, но Яну было не до того, чтобы что-то соображать.

— Вы что, запрещаете мне искать мою госпожу?! Вы наносите мне оскорбление, а оскорбляя слугу принцессы, тем самым оскорбляете и её саму! Я… я вас вызываю!

Он с яростью смотрел в глаза королю, не замечая, что едва достаёт ему до плеча.

— Вот что, молодой человек! — неожиданно рявкнул Хаурун, да так, что Толя отпрянул. — Если хотите, чтобы я из вас душу вытряс, то это я вам завсегда готов услужить, а если хотите ещё пригодиться своей госпоже, то извольте оставаться здесь и содержать постоялый двор в порядке на случай, если принцесса вернётся сама!

Толя искренне понадеялся, что Хаурун больше разыгрывает ярость, чтобы мальчишка отцепился, а не выплёскивает злость и разочарование, но Ян не думал и того, у него задрожали губы и он с бессильным бешенством продолжал смотреть на короля.

Александер подскочил, встал рядом с братом:

— Вы, сударь, не смейте на него кричать! Он поступает так, как ему велит присяга!

— Ф-ф-ф! — Хаурун стукнулся затылком о косяк и заговорил уже спокойнее. — Ян, я прекрасно знаю, что такое присяга. Но ты не рассчитываешь свои силы и думаешь, что можешь горы своротить ради своей госпожи. Не можешь, и смирись с этим!

— Вы не берёте нас с собой потому, что нам только двенадцать лет! — возразил Александер. Хаурун ткнул пальцем в них обоих:

— А по мне лучше, если бы вы сначала выросли, а потом лезли в приключения!