Фандом: Ориджиналы. Пришла весна. Король Хаурун собирается в дальний путь и берёт с собой самых верных своих приближённых.
Добавить в моё избранное
85 мин, 52 сек 9521
Понятно?
Близнецы угрюмо кивнули.
— Умаялся я на вас орать… — миролюбиво сказал король, ероша себе волосы. Александер потянул носом воздух и с воплем «Жаркое!» умчался на кухню.
— И в какую сторону мы поедем, чтобы найти принцессу? — спросила Лия, и Магнус потянулся было к карте, но тут одна из служанок воскликнула:
— А про надпись-то мы и забыли!
— Какую надпись? — нахмурился Люциус, и девушка поманила путешественников за собой:
— Пойдёмте.
В комнате принцессы было чисто. Казалось, что после пропажи Жанны в ней ничего не трогали, надеясь, что она вот-вот вернётся. Элизабет поднесла свечу к стене над кроватью.
— Древний язык! — взволнованно воскликнул Магнус. Толя, оперевшись о кровать коленом, вглядывался в цепочку закорючек.
— Вы можете это прочитать? — с надеждой спросил Ян, с надеждой глядя на алхимика. Тот покачал головой:
— Боюсь, что с трудом…
Люциус отстранил Толю, пробежался взглядом по надписи:
— Се фе а то ариний, адже а то мэай йенмир алафевен.
Толя затаил дыхание, стоящий позади него Хаурун, не замечая, стиснул ему плечо.
— Пути назад нет, а путь вперёд слишком прям, — перевёл министр.
— Загадка какая-то, — пробормотал король.
— Никакой загадки, — возразил Люциус. — Пути назад нет, значит, в свой замок она не вернулась. А путь вперёд слишком прям. Она хотела сказать, что отправиться в Белый город — слишком простое решение.
Магнус развернул на столе карту, и все склонились над ней. От Столетнего леса на северо-запад уходила ещё одна дорога. — Ох, я чувствую, приключений будет по горло… — Хаурун завалился на постель, сонно прикрыл глаза. — А, что думаешь, менестрель?
— Не знаю, — откликнулся Толя: он как раз снимал сапоги. — Не люблю я приключения…
— Ты?! — расхохотался король. — Да, оно и видно! Особенно по тому, что ты мне рассказывал!
Толя бросил сапоги на пол рядом со своей кроватью.
— Когда вы ругали пажа, Люциус на вас смотрел как хищник на охоте.
— Ну и что? — легкомысленно спросил Хаурун. — Наверняка не ожидал от меня. Не каждый же день я на кого-нибудь ору. Я вообще тихий и добрый!
— Здесь что-то не чисто…
— Брось ты свою паранойю, — лениво велел король.
— Паранойю?! — не выдержал Толя. — А кто два месяца назад боялся из своей комнаты нос высунуть? Да и принцесса Жанна никогда не знала древнего языка… Два дня ушло на то, чтобы собраться и привести себя в порядок. Мальчики носились как угорелые. Толя охотился на птицу у озера — близнецы вытащили откуда-то арбалет и несколько связок болтов к нему. Лия открыла, по крайней мере, для себя, факт наличия в лесу медведей и с воплями и визгом неслась от тропинки до постоялого двора, где в воротах налетела на Магнуса, который, устав совещаться с министром, вышел подышать свежим воздухом, и долго от него не отходила. Если бы не этот визг, служанка Кэрриетта так и строила бы ей глазки.
На второй день Толя опять отправился на охоту, но ничего не добыл. И, возвращаясь, увидел, что неподалёку от постоялого двора его следы в мокрой земле пересекают чьи-то ещё. Толя заколебался, но потом вспомнил, что подслушивание и подглядывание ему ещё ни разу не повредило, и пошёл. Вверх по склону, вдоль балки и дальше в лес. Следы тянулись в лес чётко и уверенно — широкий шаг, металлические подковки на каблуках. Толя стал думать, у кого были такие сапоги, и, придумав, некоторое время размышлял, не повернуть ли назад. Но тут лес стал редеть, и менестрелю пришлось красться.
Люциус неторопливо брёл по опушке, а Толя наблюдал издалека. Потом решил, что поступает глупо, подглядывая за обычной прогулкой, и отправился назад другой дорогой. Герцог вернулся вскоре после него.
— Я дошёл почти до того места, где начинается эта дорога, — сообщил он, снимая плащ. — Ничего опасного не видел. Вот только мне всё время казалось, что за мной кто-то следит… — чуть обернулся, взглянул на Толю, которого тут же бросило сначала в жар, потом в холод. — Ума не приложу, кто бы это мог быть… — Удачи! — завопили вдогонку Ян и Александер, прыгая у ворот. Толя обернулся, махнул рукой.
Арбалет мальчишки всё-таки заставили взять, и теперь он висел у Толи на луке седла. Лия и Хаурун искренне радовались, воображая себя бывалыми путешественниками. Впрочем, у Лии на то было больше оснований.
Они добрались до дороги. Заброшенную, поросшую быльём, её легче было найти на карте, чем на местности.
— Куда она ведёт? — спросил менестрель.
— В село под названием Лисий Хвост, — не оборачиваясь ответил Люциус. — До него четыре дня пути.
— Так долго, — удивился Толя.
— Это же Великая Пустошь, — пояснила Лия. — Что ни построишь, то долго не существует. Местность такая, всё затягивает. Говорят, проклятая. Но мы пока ещё в Чёрной земле.
Близнецы угрюмо кивнули.
— Умаялся я на вас орать… — миролюбиво сказал король, ероша себе волосы. Александер потянул носом воздух и с воплем «Жаркое!» умчался на кухню.
— И в какую сторону мы поедем, чтобы найти принцессу? — спросила Лия, и Магнус потянулся было к карте, но тут одна из служанок воскликнула:
— А про надпись-то мы и забыли!
— Какую надпись? — нахмурился Люциус, и девушка поманила путешественников за собой:
— Пойдёмте.
В комнате принцессы было чисто. Казалось, что после пропажи Жанны в ней ничего не трогали, надеясь, что она вот-вот вернётся. Элизабет поднесла свечу к стене над кроватью.
— Древний язык! — взволнованно воскликнул Магнус. Толя, оперевшись о кровать коленом, вглядывался в цепочку закорючек.
— Вы можете это прочитать? — с надеждой спросил Ян, с надеждой глядя на алхимика. Тот покачал головой:
— Боюсь, что с трудом…
Люциус отстранил Толю, пробежался взглядом по надписи:
— Се фе а то ариний, адже а то мэай йенмир алафевен.
Толя затаил дыхание, стоящий позади него Хаурун, не замечая, стиснул ему плечо.
— Пути назад нет, а путь вперёд слишком прям, — перевёл министр.
— Загадка какая-то, — пробормотал король.
— Никакой загадки, — возразил Люциус. — Пути назад нет, значит, в свой замок она не вернулась. А путь вперёд слишком прям. Она хотела сказать, что отправиться в Белый город — слишком простое решение.
Магнус развернул на столе карту, и все склонились над ней. От Столетнего леса на северо-запад уходила ещё одна дорога. — Ох, я чувствую, приключений будет по горло… — Хаурун завалился на постель, сонно прикрыл глаза. — А, что думаешь, менестрель?
— Не знаю, — откликнулся Толя: он как раз снимал сапоги. — Не люблю я приключения…
— Ты?! — расхохотался король. — Да, оно и видно! Особенно по тому, что ты мне рассказывал!
Толя бросил сапоги на пол рядом со своей кроватью.
— Когда вы ругали пажа, Люциус на вас смотрел как хищник на охоте.
— Ну и что? — легкомысленно спросил Хаурун. — Наверняка не ожидал от меня. Не каждый же день я на кого-нибудь ору. Я вообще тихий и добрый!
— Здесь что-то не чисто…
— Брось ты свою паранойю, — лениво велел король.
— Паранойю?! — не выдержал Толя. — А кто два месяца назад боялся из своей комнаты нос высунуть? Да и принцесса Жанна никогда не знала древнего языка… Два дня ушло на то, чтобы собраться и привести себя в порядок. Мальчики носились как угорелые. Толя охотился на птицу у озера — близнецы вытащили откуда-то арбалет и несколько связок болтов к нему. Лия открыла, по крайней мере, для себя, факт наличия в лесу медведей и с воплями и визгом неслась от тропинки до постоялого двора, где в воротах налетела на Магнуса, который, устав совещаться с министром, вышел подышать свежим воздухом, и долго от него не отходила. Если бы не этот визг, служанка Кэрриетта так и строила бы ей глазки.
На второй день Толя опять отправился на охоту, но ничего не добыл. И, возвращаясь, увидел, что неподалёку от постоялого двора его следы в мокрой земле пересекают чьи-то ещё. Толя заколебался, но потом вспомнил, что подслушивание и подглядывание ему ещё ни разу не повредило, и пошёл. Вверх по склону, вдоль балки и дальше в лес. Следы тянулись в лес чётко и уверенно — широкий шаг, металлические подковки на каблуках. Толя стал думать, у кого были такие сапоги, и, придумав, некоторое время размышлял, не повернуть ли назад. Но тут лес стал редеть, и менестрелю пришлось красться.
Люциус неторопливо брёл по опушке, а Толя наблюдал издалека. Потом решил, что поступает глупо, подглядывая за обычной прогулкой, и отправился назад другой дорогой. Герцог вернулся вскоре после него.
— Я дошёл почти до того места, где начинается эта дорога, — сообщил он, снимая плащ. — Ничего опасного не видел. Вот только мне всё время казалось, что за мной кто-то следит… — чуть обернулся, взглянул на Толю, которого тут же бросило сначала в жар, потом в холод. — Ума не приложу, кто бы это мог быть… — Удачи! — завопили вдогонку Ян и Александер, прыгая у ворот. Толя обернулся, махнул рукой.
Арбалет мальчишки всё-таки заставили взять, и теперь он висел у Толи на луке седла. Лия и Хаурун искренне радовались, воображая себя бывалыми путешественниками. Впрочем, у Лии на то было больше оснований.
Они добрались до дороги. Заброшенную, поросшую быльём, её легче было найти на карте, чем на местности.
— Куда она ведёт? — спросил менестрель.
— В село под названием Лисий Хвост, — не оборачиваясь ответил Люциус. — До него четыре дня пути.
— Так долго, — удивился Толя.
— Это же Великая Пустошь, — пояснила Лия. — Что ни построишь, то долго не существует. Местность такая, всё затягивает. Говорят, проклятая. Но мы пока ещё в Чёрной земле.
Страница 11 из 25
