Фандом: Overwatch. Выходя из дома, стоит быть готовым к тому, что вернуться может и не получиться. Или получиться, но не туда. Или туда, но не там? Да что здесь вообще происходит?!
Добавить в моё избранное
225 мин, 36 сек 20741
— Аоки на улицу, Хидео в дальнюю камеру, — командует он. — И принесите ему что-нибудь, чтобы он переоделся. Не кимоно. И еще какие-нибудь книги, но не особо много.
— Но почему? — возмущается Хидео. — Он же вон сознался, что все придумал сам. Почему меня в камеру?
— Тебе сообщат об этом когда-нибудь позже, — отзывается Ханзо и выходит.
Интересно, он в самом деле не понимает или притворяется? Черт его разберет, что хуже, но Ханзо без разницы. Это все больше не его проблемы.
С Аоки и охраной они выходят в лес, Ханзо приказывает принести лук и качает головой:
— Я могу только посочувствовать тебе, — говорит он. — Я знаю, каково это, жить и понимать, что ты не нужен своему омеге. Чувствовать его и не иметь возможности помочь. Быть готовым на что угодно и понимать, что это никогда не понадобится. Я обещаю тебе, что он останется в живых. Ответь на один вопрос. Сколько вы заплатили Рафаэлю и из каких денег?
— Спасибо, Шимада-сан. — Аоки низко кланяется и выпрямляется, тряхнув головой. — Я продал свой дом и драгоценности моей матери. Вместе получилось около полумиллиона кредитов. Двести пятьдесят получил Рафаэль, семьдесят — актер, изображавший Митчелла, двадцать — тот, который похож на вашего тестя. Остальное частично ушло на замену мебели, телефона и покупку всего, что нам было нужно, и обработку фотографий и документов. На остатки я купил Хидео украшения, но он их не носил. Я знал, что все, скорее всего, вскроется, поэтому Хидео должен был оставаться в замке, но он не усидел на месте. У меня не получилось его защитить.
Ханзо кивает:
— Я верну твоим родителям дом и драгоценности. Не беспокойся, у них все будет хорошо. — Ему передают лук, Ханзо усмехается и вынимает из колчана стрелу. — Ты прожил не самую плохую жизнь, Аоки-сан. А теперь… беги!
Домой он возвращается далеко за полдень, пошатываясь от усталости. Теперь бы лечь и проспать пару дней, но дома — в отдельном маленьком домике на территории замка — обнаруживается идиллия. Вся кухня в муке, Джесси, одетый в пижаму, по уши перемазан в клубнике, Гейб задумчиво размешивает в миске тесто, Джек ест, мама режет яблоки, Генджи играет во что-то на телефоне, отец делает вид, что читает, но на самом деле тайком косится на Грей-сана, изучающего какие-то бумаги.
Интересно, а кто-нибудь не в курсе, что они истинная пара? И что отец отказался разводиться, потому что это противоречило интересам клана? Это не сделало счастливее ни его самого, ни маму, ни Ханзо и Генджи, всю жизнь чувствовавших между родителями легкую прохладу, ни Грея, убивавшегося на работе.
Подростком Ханзо не знал, как к этому относиться. Потом, когда у него появился Джесси, он многое понял и смог принять. Без омеги плохо, но можно прожить. Правда, зачем, непонятно. Отец вон жил, и Ханзо пытался заставить, пока не вмешалась мама и не сказала, что сам он может жить как хочет, но издеваться так же над сыном она не позволит.
В любом случае…
Ханзо подходит к Джесси, садится рядом с ним на пол и кладет голову ему на колени.
В любом случае все закончилось.
Он посидит так еще пару минут, а потом расскажет всем желающим о том, что Хидео проведет остаток жизни в камере, один, зато в компании драгоценностей от Аоки. Не очень долго проведет, заразить его Джек успел еще на стоянке, так что необратимые изменения в теле Хидео уже начались. Забавно, что кровь или слюна — ну физиологические жидкости, — если вызывают изменения, то положительные, достаточно посмотреть на Гейба, чтобы в этом убедиться.
А вот дым убивает. Медленно, на клеточном уровне, но убивает.
Еще нужно рассказать об Аоки и о том, что он был альфой Хидео. Аоки даже похоронят по всем правилам.
А вот Рафаэля… ну вряд ли. Его тело выбросили в лесу. Набитое деньгами вместо внутренностей. Причем Ханзо позаботился о том, чтобы он умер не очень быстро. Если тело найдут, то деньги заберут, а его сожгут или выбросят тем же акулам. Прекрасное погребение для такого ублюдка.
Актеров просто избили, посоветовав больше никогда не появляться в Японии.
С охраной Ханзо разберется завтра или вообще не будет разбираться, предоставив это Окубо-сану или отцу.
Все закончилось.
Ханзо посидит немного и расскажет все.
Джесси запускает пальцы ему в волосы, чешет за ухом, говорит что-то, но Ханзо не разбирает слов, но и не нужно.
Все потом. А пока он просто посидит.
Джесси снится омлет.
Пышный, золотистый, острый настолько, что слезятся глаза и перехватывает дыхание. Джесси сглатывает слюну, открывает глаза и вздыхает.
Однако прямо сейчас поесть не получится. Он со всех сторон аккуратно подоткнут детьми, а сверху подперт еще и Ханзо.
То есть он лежит головой на животе Ханзо, а на нем самом разложены дети. Омежка Кин …
— Но почему? — возмущается Хидео. — Он же вон сознался, что все придумал сам. Почему меня в камеру?
— Тебе сообщат об этом когда-нибудь позже, — отзывается Ханзо и выходит.
Интересно, он в самом деле не понимает или притворяется? Черт его разберет, что хуже, но Ханзо без разницы. Это все больше не его проблемы.
С Аоки и охраной они выходят в лес, Ханзо приказывает принести лук и качает головой:
— Я могу только посочувствовать тебе, — говорит он. — Я знаю, каково это, жить и понимать, что ты не нужен своему омеге. Чувствовать его и не иметь возможности помочь. Быть готовым на что угодно и понимать, что это никогда не понадобится. Я обещаю тебе, что он останется в живых. Ответь на один вопрос. Сколько вы заплатили Рафаэлю и из каких денег?
— Спасибо, Шимада-сан. — Аоки низко кланяется и выпрямляется, тряхнув головой. — Я продал свой дом и драгоценности моей матери. Вместе получилось около полумиллиона кредитов. Двести пятьдесят получил Рафаэль, семьдесят — актер, изображавший Митчелла, двадцать — тот, который похож на вашего тестя. Остальное частично ушло на замену мебели, телефона и покупку всего, что нам было нужно, и обработку фотографий и документов. На остатки я купил Хидео украшения, но он их не носил. Я знал, что все, скорее всего, вскроется, поэтому Хидео должен был оставаться в замке, но он не усидел на месте. У меня не получилось его защитить.
Ханзо кивает:
— Я верну твоим родителям дом и драгоценности. Не беспокойся, у них все будет хорошо. — Ему передают лук, Ханзо усмехается и вынимает из колчана стрелу. — Ты прожил не самую плохую жизнь, Аоки-сан. А теперь… беги!
Домой он возвращается далеко за полдень, пошатываясь от усталости. Теперь бы лечь и проспать пару дней, но дома — в отдельном маленьком домике на территории замка — обнаруживается идиллия. Вся кухня в муке, Джесси, одетый в пижаму, по уши перемазан в клубнике, Гейб задумчиво размешивает в миске тесто, Джек ест, мама режет яблоки, Генджи играет во что-то на телефоне, отец делает вид, что читает, но на самом деле тайком косится на Грей-сана, изучающего какие-то бумаги.
Интересно, а кто-нибудь не в курсе, что они истинная пара? И что отец отказался разводиться, потому что это противоречило интересам клана? Это не сделало счастливее ни его самого, ни маму, ни Ханзо и Генджи, всю жизнь чувствовавших между родителями легкую прохладу, ни Грея, убивавшегося на работе.
Подростком Ханзо не знал, как к этому относиться. Потом, когда у него появился Джесси, он многое понял и смог принять. Без омеги плохо, но можно прожить. Правда, зачем, непонятно. Отец вон жил, и Ханзо пытался заставить, пока не вмешалась мама и не сказала, что сам он может жить как хочет, но издеваться так же над сыном она не позволит.
В любом случае…
Ханзо подходит к Джесси, садится рядом с ним на пол и кладет голову ему на колени.
В любом случае все закончилось.
Он посидит так еще пару минут, а потом расскажет всем желающим о том, что Хидео проведет остаток жизни в камере, один, зато в компании драгоценностей от Аоки. Не очень долго проведет, заразить его Джек успел еще на стоянке, так что необратимые изменения в теле Хидео уже начались. Забавно, что кровь или слюна — ну физиологические жидкости, — если вызывают изменения, то положительные, достаточно посмотреть на Гейба, чтобы в этом убедиться.
А вот дым убивает. Медленно, на клеточном уровне, но убивает.
Еще нужно рассказать об Аоки и о том, что он был альфой Хидео. Аоки даже похоронят по всем правилам.
А вот Рафаэля… ну вряд ли. Его тело выбросили в лесу. Набитое деньгами вместо внутренностей. Причем Ханзо позаботился о том, чтобы он умер не очень быстро. Если тело найдут, то деньги заберут, а его сожгут или выбросят тем же акулам. Прекрасное погребение для такого ублюдка.
Актеров просто избили, посоветовав больше никогда не появляться в Японии.
С охраной Ханзо разберется завтра или вообще не будет разбираться, предоставив это Окубо-сану или отцу.
Все закончилось.
Ханзо посидит немного и расскажет все.
Джесси запускает пальцы ему в волосы, чешет за ухом, говорит что-то, но Ханзо не разбирает слов, но и не нужно.
Все потом. А пока он просто посидит.
Эпилог
Омлет.Джесси снится омлет.
Пышный, золотистый, острый настолько, что слезятся глаза и перехватывает дыхание. Джесси сглатывает слюну, открывает глаза и вздыхает.
Однако прямо сейчас поесть не получится. Он со всех сторон аккуратно подоткнут детьми, а сверху подперт еще и Ханзо.
То есть он лежит головой на животе Ханзо, а на нем самом разложены дети. Омежка Кин …
Страница 59 из 61
