Конный франк

«Конный франк», — зачитал он, — впервые отчеканен в тысяча триста шестидесятом году, так было отмечено окончание плена короля Иоанна Доброго«… Представьте, джентльмены, ювелир уверяет, что это редчайшие монеты, редчайшие…» Первая в истории памятная монета«. Мда-а…» Карл Пятый стал чеканить новый франк, получивший название пешего«, ну, я не знаю, нужна ли нам эта информация. — Он взглянул на Холмса, но тот остался безучастным. — Стоимость монеты ювелир назвать затрудняется, но убежден, что Гиббс мог озолотиться. И…»

— И кажется, я начинаю понимать, — кивнул Холмс и обернулся к вошедшему мистеру Латимеру, который сжимал в руке расписание железных дорог. — Скажите, вы успели просмотреть его?

— Нет, сэр, я только убедился, что это действительно тот самый справочник, который был у мистера Гиббса. Видите ли… кхм, — он немного смутился, — на него один из постояльцев пролил вино, а вы же понимаете, мы… мы не можем давать его самым…

— Можете не продолжать, — мой друг великодушно избавил почтенного управляющего от конфуза и принял от него справочник. Холмс быстро перелистал его, но чем больше он просматривал страниц, тем мрачнее делалось его лицо. Наконец он положил расписание на столик. — Хуже, чем я ожидал, — заметил он недовольно, — мистер Гиббс не делал никаких пометок. А горничная, мистер Латимер? За ней уже послали? И кстати, — это Холмс адресовал уже Лестрейду, потом он подошел поближе к нам и тихо добавил: — Инспектор, мне очень интересно знать, кому принадлежал дом, в котором мистер Гиббс нашел эти монеты.

Лестрейд покивал головой.

— Да, Холмс, да, ведь Гиббс должен был разделить с владельцем стоимость этой находки.

Он быстро покинул комнату, в дверях едва не столкнувшись с хорошенькой горничной. При виде управляющего и Холмса, а также меня и констебля она немного стушевалась, но быстро взяла себя в руки. Было заметно, что она привыкла иметь дело с важными персонами и умела держаться с достоинством и скромностью.

— Мисс Джеремайя, сэр, — представил ее мистер Латимер. — Лорин, ответьте на все вопросы этого джентльмена, прошу вас.

Холмс, как я и ожидал, не предложил ей сесть, и она осталась стоять, с любопытством рассматривая моего друга.

— Вы всегда убираетесь в этом номере, мисс?

— Да, сэр, — кивнула она, — этот номер закреплен за мной. Разумеется, когда я работаю.

— И как часто вы проводили уборку?

— Каждый день, сэр, но только тогда, когда постояльцы мне разрешали.

— Мистер Гиббс разрешал вам убираться в его номере?

Мисс Джеремайя помрачнела.

— Он был таким хорошим джентльменом, сэр. Мне так его жаль, — сказала она. — Да, я убиралась у него каждый день… Только однажды, после своей прогулки, он немного простыл и попросил меня отложить уборку. Я спросила, не позвать ли ему врача, но он отказался. И в тот день, перед тем как совершить такой страшный грех, — она бросила быстрый взгляд на мистера Латимера и спешно перекрестилась, — он тоже отказался от моих услуг. Но он дал мне гинею. Ах, если бы я тогда знала! — И она чуть заметно всхлипнула.

— Вы ни в чем не виноваты, — мягко успокоил ее Холмс. Бывали минуты, когда он мог проявлять искреннее участие. — А как выглядел номер, когда вы вошли?

— Ужасно, сэр, — вздохнула она. — Горел свет, и я сразу несколько удивилась, но подумала, что… — и мисс Джеремайя замолчала.

— Что вы подумали, мисс? — все так же мягко подбодрил ее Холмс.

— Ох, сэр, о мертвых нельзя говорить плохо, — почти простонала горничная. — Но когда я открыла дверь, увидела две пустые бутылки. Они валялись прямо возле двери, одна была треснутой. И тогда я сказала себе: Лорин, этот несчастный вчера напился. И… — Она опять вздохнула, помотала головой. — Да простит меня господь, сэр, я даже не сразу заметила его. Ну, когда гости напиваются… — Она опустила голову и мило покраснела. — Уборка номера, сэр, может… занять… довольно долгое время. И мне несколько раз приходилось… такое делать. И я, конечно, подобрала бутылки и стала смотреть на пол. — Она робко взглянула на Холмса, потом, еще более робко, — на мистера Латимера, и даже голову немного втянула в плечи. — Я хорошо исполняю свои обязанности, сэр, — обратилась она больше к управляющему, — но… но мне…

— Я понимаю, Лорин, — мистер Латимер приободрил ее улыбкой. — Никто не говорит, что вы плохая горничная. Это, кхм, должно быть действительно неприятно.

— Потом я увидела стул, — немного воодушевившись, продолжала мисс Джеремайя, — и тогда я сказала: ох, Лорин, он совершенно точно напился и устроил погром. А Джеймс, коридорный, грешил на синьору Бранкатти с ее привычками! А потом… потом я подняла голову, и вот тогда, ох, сэр, тогда я просто проглотила крик и вышла из номера, заперев за собой дверь, и побежала и мистеру Латимеру. Он живет здесь же, на верхнем этаже, и, видит бог, он лучший управляющий, с которым мне доводилось работать.