Не прикасайся ко мне, Поттер!

Если бы он не встретил снова Поттера… Ах, да что там — если бы отец отправил его в свое время в Дурмстранг, то Драко не мечтал бы теперь о мужчинах.

Больше всего ему хотелось свернуться в клубок и поплакать. Или сесть за пианино и что-нибудь сыграть.

— Извини, — тихо сказал он.

— Тебе не за что извиняться, — возразил Поттер и усмехнулся, но сразу же помрачнел. — Ну, если только за то, что ты превращал мою жизнь в ад, и сломал мне нос, и чуть не отравил Рона, и… Ну, ты и сам знаешь, о чем я. Но сейчас ты не сделал ничего, за что стоило бы извиняться.

Поттер смотрел на него очень серьезно, а потом опять заулыбался. Драко задался вопросом, не желает ли он добавить ко всем своим орденам еще и приз «Ведьмополитена» за самую обаятельную улыбку и не смеется ли он так часто потому, что постоянно в этом тренируется.

Поттер невозмутимо сделал еще один глоток лимонада.

— Я просто не хочу, чтобы ты подумал что-нибудь такое, — объяснил Драко.

Мерлин, для него действительно было важно, чтобы этот ненормальный понял: у Драко просто странный период в жизни, и вообще… О Мерлин!

— Я ничего такого и не подумал, — поспешно заверил его Поттер. — Не драматизируй, Малфой.

Притихший Скорпиус с любопытством переводил взгляд с одного на другого. Интересно, какие мысли бродят у него в голове? Драко ведь всего лишь немного погладил Поттера по голове — и только.

Ему вдруг отчаянно захотелось провалиться сквозь землю. Мать его не убьет, если он наколдует на ее клумбах огромную дыру и прыгнет туда?

Хотя нет, лучше не стоит. Гномов она вздергивает за шкирку и за меньшие ямы.

— С вами так круто летать! — неожиданно гаркнул Скорпиус.

— А ты в курсе, что твой отец тоже здорово летает? — спросил Поттер, бросив на Драко быстрый взгляд.

Скорпиус уставился на Драко.

— Мой отец? — растерянно переспросил он. — Да у него ведь даже метлы нет, только эти дурацкие музыкальные инструменты, и…

— Скорпиус! Пожалуйста, замолчи! — оборвал его Драко. И почему детям обязательно нужно все выболтать?

— Ну, раньше у него метла была, — заметил Поттер и закивал, словно и сам не верил в то, что говорит.

Драко раздраженно покачал головой. Нет, этот придурок его точно в могилу сведет.

— Так, — резко сказал он, — благодарю за визит, Поттер. Надеюсь, ты еще как-нибудь почтишь нас своим высочайшим присутствием. И не забудь в следующий раз захватить открытки с автографами.

— Может, еще и каталог принести? — с ухмылкой осведомился Поттер.

Драко не понял ни черта и даже меньше. Что еще за каталог?

— Каталог с товарами для фанатов, — пояснил Поттер в ответ на его недоуменный взгляд. — Шапочки там всякие. И зонтики. И даже футболки с изображением молнии, — с энтузиазмом перечислил он.

— Очень остроумно! — саркастически заметил Драко и закатил глаза. — Просто обхохочешься.

— Что ж, мне и в самом деле пора. Всего вам хорошего, — сказал Поттер и помахал Скорпиусу.

— Как? Вы уже уходите? — разочарованно протянул тот.

Драко строго посмотрел на него.

— Тебе нужно принять ванну. Ты весь в грязи. Да твоя мама в обморок упадет, если увидит тебя таким.

Сын засопел и потопал к дому. От цветника Нарциссы осталось лишь воспоминание.

Идя за ним следом, Драко раздумывал, как бы не позволить матери обойтись со Скорпиусом, как с садовым гномом. Может, просто свалить вину на Поттера? Правда, с МакГонагалл и другими это никогда не срабатывало, но должно же Драко хоть когда-нибудь повезти.

Напряженность Драко

Урок полетов окончательно лишил Драко покоя. Он думал о Поттере постоянно. Он то просыпался с рукой в пижамных штанах и точно знал, что Поттер снова ему снился, то не мог отделаться от беспокойства при мысли, кем его считает главный гей страны после того, как Драко погладил его по голове.

Первое не доставляло ему таких уж больших проблем. Да, приятным это не назовешь, — очень уж Драко стыдился своего поведения — но это хотя бы было тайной, которую он унесет с собой в могилу. Он всегда умел держать свои мысли при себе, а после уроков окклюменции тетушки Беллы в них и подавно никому не пробраться.

Порой он даже дрочил прямо в спальне, пока Астория крепко спала. Если бы она проснулась, он всегда мог бы ей сказать, что думал о ней или видел ее во сне. И хотя она вряд ли купилась бы на это, но и доказать обратное не смогла бы.

Зато второе причиняло Драко немало головной боли. У него было стойкое ощущение, что чем больше он старается, тем больше Поттер верит, будто Драко — о Мерлин! — гей. Ну вот как объяснить ему, что это совсем не так?

И ведь ничего страшного Драко не сделал, всего лишь немного потрогал его волосы. В этом ведь нет ничего плохого. Или есть?

Астория с ним совсем не разговаривала.