Фандом: Гарри Поттер. День свадьбы Гарри и Драко. Но первобрачная ночь будет не совсем тем, что они ожидали.
Добавить в моё избранное
70 мин, 3 сек 24199
— Точно. Кто, как не отец может знать, какая кара будет для него самой изысканной? Представь, это его первая брачная ночь… Не хочу, чтобы его ожидания совсем уж не оправдались, поэтому, скажем так — полностью лишен этого удовольствия он не будет.
— Что ЭТО значит, черт возьми?! — Гарри не надеялся на ответ, хотя похоже, уже начал подозревать, о чем речь. — Ты, больной УБЛЮДОК!
— Да-да… Ты уже это говорил. Гарри, давай я проясню ситуацию. Мне не хотелось бы связывать тебя и насиловать. Вообще-то мысль о связывании меня заводит, но если выбирать, я бы предпочел добровольное согласие — в нашем положении. Тем не менее, я пренебрегу своими принципами, и свяжу тебя… потому что не откажусь от своего намерения и получу то, чего хочу. Если не по согласию, то хотя бы таким образом.
То, как Люциус говорил все это, истощило Гарри. Страстное желание, замаскированное под угрозу, этот тон, в точности как у Драко, когда он шептал его имя…
Гарри напомнил себе, что возможно, именно обстановка тому виной, а не то, что Люциус влияет на него так же, как его сын.
«Драко совершенно не похож на тебя». — Он надеялся, что не произнес это вслух.
Но Люциус продолжил:
— От твоего поведения также зависит, насколько быстро я освобожу Драко. Я вполне могу оставить тебя здесь на день или на два, а Драко, тем временем, будет оставаться в том же положении в отместку за то, что меня вынуждают. Вынуждают брать силой принадлежащее мне по праву. Гарри, ты когда-нибудь испытывал на себе действие заклинания полного обездвиживания? Могу сказать, что это неприятно. Особенно, если долго ему подвергаться.
Гарри не мог понять, что Люциус пытается до него донести — он угрожает? Описывает, что сейчас происходит с Драко?
Хотя, какая разница?
В глубине души ему приятно было сознавать, что Драко все-таки отказался выполнить требования отца… отказался в такой форме, что Люциус сейчас наказывает его. А еще это означало, что ему ни в коем случае нельзя сдаваться, потому что… потому что, если выясниться, что Драко вынужден был пройти через все это — и зря… и… и он ненавидел эти мысли, но это еще значило, что он точно не захотел бы, чтобы Гарри сдался. «Черт бы тебя побрал, Драко! Как ты мог поставить меня перед таким выбором!»
«О, а тебе, наверное, больше понравилось бы, приди он к тебе с сообщением, что твоя обязанность — переспать с его отцом? Здесь нет вины Драко, это только Люциус, похотливый ублюдок!»
— Я должен считать твое молчание согласием? — спросил Люциус, приподнимая бровь.
— Убирайся в АД!
— А, то есть, ты выбираешь заклятие полного обездвиживания? Хорошо.
— Нет! Подожди, — Гарри почувствовал, что мертвая хватка на его запястьях чуть ослабла. Люциус приготовился достать палочку, Гарри рванулся изо всех сил…
И ничего. Было ошибкой недооценивать Люциуса. Это только хитрость — Гарри все еще не мог двигаться. Черт.
— Изнасилование в данных обстоятельствах будет очень неприятным, но, Гарри, я хочу, чтобы ты еще подумал и о том, как прекрасна может оказаться эта ночь. Ты не девственник, ты знаешь, что это будет, а я могу со своей стороны проявить великодушие к любовнику, — он опустил голову. — Я даже могу пообещать, что ты не пожалеешь о проведенной со мной ночи. И еще — я совсем не против, если ты выкрикнешь имя моего сына во время оргазма.
Больше всего Гарри хотелось убрать с лица Люциуса его ухмылку:
— Ты такой ублюдок.
— Если под ублюдком ты подразумеваешь человека, который получает то, чего хочет, я с радостью соглашусь с твоим эпитетом. Так что, Гарри, как это будет?
— Иди на х…
— Этот ответ не подходит ни к одному из моих вопросов. Ты подчинишься? Тебе все равно не вытащить Драко из ситуации в которой он сейчас находится. Тебе кажется, что ты выбрал удачную линию поведения? Уверяю, ты ошибаешься.
Гарри сомневался, что Люциус говорит так только из самоуверенности. Он был бы никем, если бы не его логика и изворотливость. И, похоже, тот готов оставить его полностью обездвиженным, если не получит четкого ответа.
Гарри облизал губы, стараясь, чтобы этот жест не выглядел эротично:
— Не… не накладывай это чертово заклятье, — ему нужно попробовать выиграть немного времени, чтобы подумать.
— Я должен воспринимать это как согласие?
Гарри попытался вспомнить, как звучал вопрос.
«Ты подчинишься?»
Он не мог заставить себя ответить вслух, даже для того, чтобы выиграть время. Он кивнул, чувствуя, как от трения о ковер электризуются волосы.
— Ты не против, если я проверю?
И прежде, чем Гарри успел спросить, что это означает, губы Люциуса накрыли его рот.
Гарри застыл.
Мер-лин мой!
В этом поцелуе все напоминало ему Драко — и в тоже время, ничего не напоминало. Вкус… его вкус был почти таким же.
— Что ЭТО значит, черт возьми?! — Гарри не надеялся на ответ, хотя похоже, уже начал подозревать, о чем речь. — Ты, больной УБЛЮДОК!
— Да-да… Ты уже это говорил. Гарри, давай я проясню ситуацию. Мне не хотелось бы связывать тебя и насиловать. Вообще-то мысль о связывании меня заводит, но если выбирать, я бы предпочел добровольное согласие — в нашем положении. Тем не менее, я пренебрегу своими принципами, и свяжу тебя… потому что не откажусь от своего намерения и получу то, чего хочу. Если не по согласию, то хотя бы таким образом.
То, как Люциус говорил все это, истощило Гарри. Страстное желание, замаскированное под угрозу, этот тон, в точности как у Драко, когда он шептал его имя…
Гарри напомнил себе, что возможно, именно обстановка тому виной, а не то, что Люциус влияет на него так же, как его сын.
«Драко совершенно не похож на тебя». — Он надеялся, что не произнес это вслух.
Но Люциус продолжил:
— От твоего поведения также зависит, насколько быстро я освобожу Драко. Я вполне могу оставить тебя здесь на день или на два, а Драко, тем временем, будет оставаться в том же положении в отместку за то, что меня вынуждают. Вынуждают брать силой принадлежащее мне по праву. Гарри, ты когда-нибудь испытывал на себе действие заклинания полного обездвиживания? Могу сказать, что это неприятно. Особенно, если долго ему подвергаться.
Гарри не мог понять, что Люциус пытается до него донести — он угрожает? Описывает, что сейчас происходит с Драко?
Хотя, какая разница?
В глубине души ему приятно было сознавать, что Драко все-таки отказался выполнить требования отца… отказался в такой форме, что Люциус сейчас наказывает его. А еще это означало, что ему ни в коем случае нельзя сдаваться, потому что… потому что, если выясниться, что Драко вынужден был пройти через все это — и зря… и… и он ненавидел эти мысли, но это еще значило, что он точно не захотел бы, чтобы Гарри сдался. «Черт бы тебя побрал, Драко! Как ты мог поставить меня перед таким выбором!»
«О, а тебе, наверное, больше понравилось бы, приди он к тебе с сообщением, что твоя обязанность — переспать с его отцом? Здесь нет вины Драко, это только Люциус, похотливый ублюдок!»
— Я должен считать твое молчание согласием? — спросил Люциус, приподнимая бровь.
— Убирайся в АД!
— А, то есть, ты выбираешь заклятие полного обездвиживания? Хорошо.
— Нет! Подожди, — Гарри почувствовал, что мертвая хватка на его запястьях чуть ослабла. Люциус приготовился достать палочку, Гарри рванулся изо всех сил…
И ничего. Было ошибкой недооценивать Люциуса. Это только хитрость — Гарри все еще не мог двигаться. Черт.
— Изнасилование в данных обстоятельствах будет очень неприятным, но, Гарри, я хочу, чтобы ты еще подумал и о том, как прекрасна может оказаться эта ночь. Ты не девственник, ты знаешь, что это будет, а я могу со своей стороны проявить великодушие к любовнику, — он опустил голову. — Я даже могу пообещать, что ты не пожалеешь о проведенной со мной ночи. И еще — я совсем не против, если ты выкрикнешь имя моего сына во время оргазма.
Больше всего Гарри хотелось убрать с лица Люциуса его ухмылку:
— Ты такой ублюдок.
— Если под ублюдком ты подразумеваешь человека, который получает то, чего хочет, я с радостью соглашусь с твоим эпитетом. Так что, Гарри, как это будет?
— Иди на х…
— Этот ответ не подходит ни к одному из моих вопросов. Ты подчинишься? Тебе все равно не вытащить Драко из ситуации в которой он сейчас находится. Тебе кажется, что ты выбрал удачную линию поведения? Уверяю, ты ошибаешься.
Гарри сомневался, что Люциус говорит так только из самоуверенности. Он был бы никем, если бы не его логика и изворотливость. И, похоже, тот готов оставить его полностью обездвиженным, если не получит четкого ответа.
Гарри облизал губы, стараясь, чтобы этот жест не выглядел эротично:
— Не… не накладывай это чертово заклятье, — ему нужно попробовать выиграть немного времени, чтобы подумать.
— Я должен воспринимать это как согласие?
Гарри попытался вспомнить, как звучал вопрос.
«Ты подчинишься?»
Он не мог заставить себя ответить вслух, даже для того, чтобы выиграть время. Он кивнул, чувствуя, как от трения о ковер электризуются волосы.
— Ты не против, если я проверю?
И прежде, чем Гарри успел спросить, что это означает, губы Люциуса накрыли его рот.
Гарри застыл.
Мер-лин мой!
В этом поцелуе все напоминало ему Драко — и в тоже время, ничего не напоминало. Вкус… его вкус был почти таким же.
Страница 7 из 20
